— Какой нечисти?

Я наверно побледнела, а Агнеш тут же успокоила.

— Вы не волнуйтесь, мы победили. Разломы все закрыли. Теперь нужно житье налаживать.

— Ничего не понимаю, — покачала я головой и тоже приложилась к кружке с компотом.

— Я вам все расскажу, слушайте.

И рассказала мне Агнеш, что в этом мире была война с нечистью. Нечисть та лезла из разломов. Говорят, такое происходит каждые сто лет.

Открываются разломы в другие миры, и оттуда лезет нечисть. Твари страшные и людей за еду считающие. Так вот, война это продлилась почти шесть лет. И только благодаря драконам мир этот не заполонили чудища.

— Твари еще остались, по закоулкам прячутся, — говорила Агнеш, — но уже не так страшно из города выходить. Я в раньше в деревеньке жили на краю леса…

Голос девушки прервался, и она поджала губы, чтобы не расплакаться, потом взяла себя в руки.

—Там разломы эти случились. Мы под первую волну попали. Взрослые все погибли, а детей и подростков спрятали в погребе, завалили камнями… Нас нашли через неделю, десять из нас умерли. Это было страшно. Потом два года приюта, пока меня отец не нашел, он в ту пору в дружине нашего барона служил, поэтому в деревне его не было. Правда, толку от того, что он меня нашел…— Агнеш махнула рукой, — у него жена новая ребятишек ему один за другим рожала, а я им как нянька нужна была. Помыкалась я у них три года, повздорила с мачехой, да сбежала в город в таверну работать. И вот…— Агнеш посмотрела на свой еще плоский живот.

Я коснулась ее руки и сжала в знак поддержки. Девушка выдохнула и продолжила рассказ.

— Опять я рассказ на себя перевела, а хотела вам о другом рассказать о вас драконах. У нас рассказывали сказки, что раньше драконы могли страшными зверями оборачиваться, но прошло время и потеряли драконы своих зверей.

— Почему? – удивилась я.

— А кто знает, нам простым людям никто не расскажет, — Агнеш пожала плечами. — Но магия-то с вами осталась. Знаю, что есть ступени магические, по которым драконы считают силу свою. Знаю, что первыми в бой шли на полчища монстров, что из портала выскакивали. Гибли также первыми, многие рода остались без наследников… Даже девы из обедневших родов сильно нужны стали. И дороги обедневшим везде открыты. Хоть в магическую академию хочешь, в другие академии. А еще у вас драконов там с рождением детей какие-то проблемы, так что нужно беречь вас. Чтобы в будущие приходы разломов вы могли нас защищать.

Агнеш покраснела.

— Вы только не думайте, что я такая только о себе думаю. Я ваш род уважаю, как и все люди. Поэтому не ровня я вам. Вы не переживайте, с этим мужем не получилось, так второй появится и ребеночком одарит, и будете жить в довольстве.

— Ну уж нет! Замуж пойду только по своей воле, — строго сказал я.

Агнеш засмущалась.

— И то, правда, чего ж вам торопится, драконы долго живут, успеете еще детей родить и не одного.

Я поморщилась, видимо, у Агнеш, где больно о том и говорит.

— Ты лучше о работных домах расскажи, что это такое вообще.

Девушка открыла рот, чтобы продолжить знакомить меня с новым миром, но тут в соседнем купе раздался резкий, пронзительный визг, а потом и женский крик:

— Все с меня хватит! Выкидывай его в окно!

Мы с Агнеш замерли, с удивлением, разглядывая друг друга.

— Дорогая, так нельзя – второй голос был более взрослый.

— Или ты выкидываешь его вон, или я выкину его сама! – первый голос был моложе, а потом опять послышался визг и копошения в соседнем купе. Агнеш крадучись подошла к двери и, открыв ее, выглянула в коридор.

— Ну что там? – спросила я, почесав шею. Место, куда прикладывал свою ладонь генерал, почему-то стало уже не только чесаться, но и болеть.

— В соседнем цаге кто-то ругается.

Это я и так слышала, поэтому подошла к двери и тоже прислушалась, что происходит в соседнем… ну ладно, пусть будет цаге.

— Мама! Он испортил мое белье! Я пущу его на мясо!

— Нельзя это непростой зверь, дорогая, все можно исправить

— Нет! – опять несчастный вопль, а потом визг, дверь в соседний цаг открывается, мы с Агнеш тут же прячемся в своем и прислушиваемся.

Визг был похож на поросячий, да что они там с ним делают? Я не утерпела и выглянула как раз в тот момент, когда из соседнего цага выпрыгнул поросенок.

Самый настоящий с пяточком, с огромными испуганными глазами и просто невероятно истошным визгом.

Увидев мою испуганную физиономию свин сразу же, сориентировался, куда бежать и, проскочив между моих ног, юркнул под мою лавку, сразу замолчав.

— Иридия он сбежал! Зачем ты открыла дверь?!

Дверь в соседний цаг закрылась, а молодой голос сказал:

— Мама или я, или он!

— Он пропадёт один! Отец за него отдал почти целое состояние! А если его кто-нибудь заберет?!

— Пусть пропадет все равно от него никакого толку! Просила же у отца собаку, а не это визгливое вонючее животное!

— Ири, ну как же так? Твоя сила…

— Все мама! Силу я все равно получу, как и генерала!

В соседнем цаге притушили громкость и остался только далекий бубнеж, а я прикрыла дверь, взглянула на ошарашенную Агнеш. Та икнула и показала пальцем на выглядывающего из-под лавки свина.

— Это же майборок, — прошептала Агнеш.

— Чего? — удивилась я.

— Смотрите на него, самый настоящий майборок, усилитель магии. Странно, делать животных усилителями запрещено, — протянула Агнеш и нахмурилась.

Я аккуратно приседал рядом с лавкой и взглянула на поросёнка поближе. Ничего особенного, круглый пятачок, которым он все время шевелил, испуганные глаза, и большие уши, которыми свин эти глаза прикрывал.

А потом я вскрикнула, боль в шее стала просто невыносимой, и мне стало совсем не до поросенка.

— Рия? —Агнеш помогла мне сесть на лавку, — Что с вами?

— Шея очень болит, — я дотронулась до раскаленной от боли шеи. Агнеш посмотрела на больное место и замерла.

— Что? Что там? —испуганно спросила я, видя, как Агнеш прикрывает рот ладошкой.

— Там магия, — Агнеш села на лавку, чуть не промазав мимо, — Рия у вас магия на шее шевелится.

Божички как же мне стало страшно!

Как она может шевелиться у меня шее?!

Хотелось визжать, как недавно делал это поросёнок и носится, скидывая с ебя непонятную магию, которая терзает болью шею, да еще и шевелится.

Но я постаралась взять себя в руки и не кричать, только таращилась на Агнеш, она на меня, и мы обе молча дышали, не зная, что делать дальше.

Поросёнок вдруг шевельнулся под лавкой, и я почувствовала, как мне в ноги уткнулся твердый пятачок.

Потом словно кот он обошёл мои ноги, путая юбки и, хрюкнув, замер, прислонившись к моим ногам боком. Я перевала взгляд на поросенка и удивлённо замерла, разглядывая на боках свина золотистые пятна, похожие на круги по воде.

—Судя по всему, — Агнеш прокашлялась, потом договорила, — у вас рия инициировалась магия и вы привязали к себе майборока. И это даже хорошо, потому что он не даст вам сгореть, во врем инициации. Майбороки пусть даже живые для этого созданы, брать на себя излишки магии.

— Ты много знаешь о магии, — сказала я, прислушиваясь к ноющей боли на шее.—Дашь мне еще раз твое зеркальце.

— О в таверне кого только не наслушаешься, — покачала головой Агнеш, копаясь в сумке, — приходил к нам одни старик дракон, раньше был профессором в магической академии. Как напьется, начинает лекции читать. А я что, я не против, если платят, почему не послушать. Я в школу всего пару лет ходила, читать писать научилась, а ничего другого не знаю, так что лишними мне те знания не были. Вот вам теперь рассказываю.

Агнеш протянула мне зеркальце.

Я аккуратно навела на шею и искоса взглянула, глотнула комок, подступивший к горлу.

Да чтоб этому генералу икалось без передыха! Чтоб его газы мучили день и ночь! Чтобы ему подушки камнем казались! Гад!

На моей белой шее была отчетливо видна пятерня, такая же в золотистых пятнах, похожих на круги, как у поросенка на боках. Это точно генерала козни!