А после всей этой шумихи Государь Великий Князь заявил, что перенимать чужие идеи по управлению государством незачем, ведь в Пронском княжестве издревле помогал Государю порядок в державе поддерживать Предстатный Собор, представлявший интересы всех сословий. И если и вводить народное представительство, то в рамках Предстатного Собора, но не от случая к случаю собирающегося, а заседающего на постоянной основе.

- Так это ещё не скоро, через год или два. Пока всё обсудят, пока в губерниях пройдут Собрания Сословий, - Петя попытался обнять законную супругу, но Екатерина, хотела обсудить интересную ей тему, потому романтические поползновения суженого, решительно отвергла.

- Подожди, успеется, вся ночь впереди. А ты знаешь, из кого Собор состоит?

- Ну, всего триста тридцать три, так изначально повелось, из курса «Философии магии» помню, троих начальных, кто заседания ведёт Государь Великий Князь назначает своей нерушимой волей.

- А остальные триста тридцать?

- Ну, там маги, мещане, дворянство, купцы...

- Двоечник! – Супруга больно щёлкнула Петю по лбу. Конечно же, аурный щит в спальне тот не выставлял, оттого щелбан получился болючий, всё-таки магиня ветра и огня четвёртого разряда, рука тяжёлая.

- Да помню я, помню! «Магов трижды по десять и число то неизменно во все времена! Прочие же людишки сообразно значимости и расплождаемости представлены там да будут»!

- Ого! Действительно помнишь, точнёхонько процитировал! А нам с Мариной твоя Дивеева тоже лекцию по филмагу зачитывала, чуть ли не страницами, когда высиживали в комнатке при храме перед венчанием.

- Ей-то это зачем? И вовсе она не моя!

- Не твоя, не твоя, успокойся. – Катя расхохоталась, - расстегни на платье крючки, да, вот тут. Да не лезь! Дай отдохнуть с полчасика, ноги отваливаются.

Петя всё-таки проявил характер – не послушал жену, а распространил ласки и поцелуи, со спины начав, далее везде. Часа через полтора, уже в кровати, под одеялом чинно возлежа, Екатерина продолжила увлекательную, как ей казалось, лекцию о политическом положении в Великом Княжестве Пронском.

Оказывается, враги державы, все эти богомерзкие инсургенты и карбонарии, вознамерились по примеру разложившейся Европы, привить в княжестве парламентаризм! Но! Князь-Государь, в великой мудрости своей и опираясь на опыт великих предков, посрамил жалкие потуги иноземных шаромыжников и их немногочисленных приспешников внутри княжества. Предстатный Собор собирался в минувшие века, когда надо было сообща, «всем миром» решить некую грандиозную задачу, или же когда шла большая война, и Государь с армией уходил в дальний поход. Обычно такие Соборы по два-три месяца работали, но, случалось в Смутные времена и по два-три года заседали. И делегаты на Предстатных Соборах представляли каждый уезд Пронского Княжества, каждую щепотку людскую, будь то крестьяне черносошные, люди работные, казаки порубежные, гости торговые, церкви служители, горожане податные, маги могучие...

Князь же предложил сделать заседания Собора постоянными и выборных делегатов в него отсылать всем сословиям сроком на пять лет, а заседать те делегаты отныне будут дважды по два месяца в году, в сентябре-октябре и в марте-апреле.

- Нам-то, что с того, - по прежнему недоумевал Петя, - те тридцать мест, что магам отведены, наверняка ближние к Князю займут, маги двух старших разрядов.

Тут, если совсем честно, молодой муж подыгрывал любимой, на самом деле знал Птахин не так уж и мало. В Баяне, в Академии у преподавателей только и разговоров про «Парижский прецедент». Тамошние маги, после отречения монарха и учреждения Республики в одночасье лишились всех льгот и выплат и даже вознамерились выехать в иные страны, где к магам более уважительное отношение. Тотчас же наиболее ретивым критикам мажеского сословия отвернули головы, в прямом смысле отвернули – лишится страна магов и ждут её неурожаи, нападение соседей и прочие неприятности. И присягнули маги Франции не королю, а Республике и живут-поживают очень даже неплохо, денежное довольствие вдвое выросло, а в Национальной Ассамблее для горстки магов (чуть более четырёх сотен) учредили «Палату Одарённых» и любой закон они рассматривают и вертят со всех сторон и могут наложить на него вето! Вот после таких реформ государственного управления в европейских странах, зашевелилась власть и в богоспасаемом Пронском Княжестве.

- И Катька хочет быть в числе тех тридцати! – Екатерина торжествующе рассмеялась, - ты так и не понял, зачем она к нам на свадьбу заявилась? И зачем в Академию пошла преподавать? Она, самая завидная невеста Пронского княжества! Ну, после родичей, Государя Великого Князя, само собой, - поправилась верноподданнически госпожа Птахина.

- Признаю, за дурня вышла, - тут Петя искренне недоумевал, - но, объясни, как совмещаются молодая магиня, два года как мажеский перстень получившая и место в тридцатке наиуважаемых магов страны?

- Двоечник! – Катя больно ткнула мужа в бок, - ой, Птахин, ты аурный щит выставил? Боишься меня? Это так мило, а ну-ка – снимай защиту!

- Сперва растолкуй, чего Дивеева задумала, а то подарками дорогими княжна поманила, страшно подумать чего взамен потребует.

- Трусишка какой, а ещё весь в орденах! Ну ладно, - смилостивилась Катя, - слушай! Ты знаешь, сколько в Пронском княжестве всего магов?

- Вроде за полтыщи, под шесть сотен, - Петя прикинул, - если выпускников Академии все знают, то есть ещё государева ближняя родня, она особо считается и в опричном департаменте неизвестно сколько магов, отдельно от Академии закрытым Указом перстни получает, но их мало, один-два за год, а когда и вовсе никого.

- Шестьсот семнадцать всего. Вместе с опричными магами и с Семьёй Государя и самим Государем!

- Точно? - Усомнился Петя. - Это же важнейшая тайна державы! Подведёт нас под монастырь княжна, опричные рады будут заговор придумать. Дивееву родня вытащит, а мы – крайние окажемся!

- Эта тайна пофамильно отпечатана в ежегодном «Готском мажеском альманахе» в разделе «Пронское Княжество». И ты там есть и я и весь наш выпуск. Неточности небольшие, конечно, случаются, в указании разрядов и во владении стихиями, а что касается персон – всё сходится.

- И я там есть? – Петя поразился могуществу иноземных лазутчиков и беспомощности господ опричников, лишь брови многозначительно хмурящих. Вот же показушники и дармоеды!!!

- Птахин! Ты поменьше читай заумные книжки из библиотечки Академии, а побольше обычных журналов, да хотя бы и газет. Там все события отражены, мир бурлит, еженедельно новости меняются, по телеграфу диктуются статьи из самой жаркой Африки, с берегов реки Нигер, где людоеды захватили экспедицию отважного барона Нобликова!

- Я когда в лавке мальчиком на побегушках служил, так тогда времени больше было на чтение журналов, - буркнул уязвлённый целитель, - сейчас же надо и заклинания четвёртого разряда поскорее выучить, чтоб не ходить по Академии младшим магом на побегушках. И за стройкой дома приглядывать. Не до газет, не до новостей!

- За дом не переживай, - супруга приобняла Петю, - выстроим, а разряд летом повысишь, вон у тебя какая аура уникальная, мощнее Хранилища, по правде говоря, ты уже достиг четвёртого разряда.

- Ладно про разряд, что там с Дивеевой то? – Птахин постарался поскорее перевести разговор с опасной темы его необычайно развитой ауры, на близкое всякой женщине кумушко-сплетничное направление. И не ошибся!

- Ой, наша княжна всё здорово придумала! – Катя даже села на кровати, чтоб рук жестами придать большую красочность повествованию о хитроумии тёзки и коллеги по Академии, но обнаружила, что лежит запросто, без ночной рубашки, или, по заморски – пеньюара, мило смутилась, прикрывая грудь и юркнула обратно под одеяло.

- Какая ты у меня красивая! – Петя хоть и не куртуазный кавалер, но почитывал от руки написанные «Альбомы по соблазнению прекрасных дам», почитывал, да-с! Хвалить женщину, восторгаться ей никогда не лишне и никому не в тягость. Тем более у них вроде медового месяца, да и Катерина очень хороша и притягательна...