– Ты из какой глуши выбрался? С гор за солью спустился и в военкомат загребли? – удивился Сергей. – Сейчас молодёжь без браслета даже в сортир не ходит!

– Так то молодёжь… – лениво отмахнулся я. – И вообще, как говорил один мой друг, техника в руках дикаря – кусок железа!

– И как ты собираешься летать, если с техникой не дружишь?

– Да хрен его знает… – вздохнул я и, приглядевшись, прочитал наконец расписание. А потом, посчитав в уме количество часов, отведённых на пилотирование, обречённо вздохнул. – Я вообще высоты боюсь, если что…

– Никифоров, ты долго тупить будешь? – Окрик инструктора заставил меня дёрнуться и поднять глаза на экраны. Но тут же отвёл взгляд, после того как накатила новая волна тошноты.

Да, ко всем моим проблемам у меня добавилась новая – меня страшно мутило от всего этого мелькания на экранах. Если за штурвалом я ещё мог с этим бороться, сосредотачиваясь на управлении кораблём, то в остальное время мне было откровенно паршиво.

Зато первую неделю, пока мы изучали теорию, наслаждался жизнью по полной программе. А что? Организм молодой, ничего не болит, всегда бодр и полон сил. Не жизнь, а сказка!

Вот только всё это получено в долг, который ещё надо возвращать, и с этим уже сейчас начинались проблемы.

– Ларионов, глиста в скафандре, ты что творишь? Ты же сейчас… – Я снова невольно поднял взгляд, но успел увидеть только, как один из экранов перед инструктором потемнел. – Ларионов, твою же за ногу, ты когда поймёшь, что это не игра и сохранений не будет? Аккуратнее, не спеши, думай, что делаешь! Если так и дальше пойдёт, я тебя не допущу до практики! Ты же там сам угробишься и товарищей своих угробишь! Всё, заканчиваем, поменялись…

Вздохнув, я поднялся со стула и направился к одному из тренажёров, словно на казнь. А навстречу мне из люка вывалился мокрый как мышь Андрей, с шальными глазами и довольной улыбкой на лице.

– Круто, ещё хочу! – выдохнул он, поравнявшись со мной, и с сожалением проводил меня взглядом. Фанатик, что с него взять…

Тренажёр, на котором мы осваивали основы пилотирования, представлял собой небольшую капсулу со множеством экранов перед креслом и должен был имитировать кабину внутрисистемного корабля. Игрушка, конечно, без изменения положения в пространстве, но мне и в таком приходилось туго.

– Все заняли свои места? – раздался голос инструктора из динамиков. – Тогда запускаем четвёртое задание и спокойно его отрабатываем. Не торопитесь, сейчас ваша задача выработать моторику, чтобы потом на практике руки сами знали, что им делать.

– Легко сказать… – проворчал я, наблюдая, как меняется картинка на экране.

За следующие полчаса я взмок не хуже Андрея, раз за разом пытаясь сначала вывести корабль через шлюз станции, а потом, дав петлю по заданному маршруту, посадить его обратно. Задача, скажу я вам, не из лёгких, особенно когда картинка на мониторах дёргается и пляшет при любом моём действии.

– Плавнее, Сафронов, чего ты дёргаешь машину, аккуратнее! Ну вот куда ты прёшь, слепой, что ли?

– Не слепой уже… – буркнул я сквозь зубы, наблюдая, как гаснут экраны виртуального корабля. – Нечего было под руку голосить…

К счастью, обратной связи с инструктором не было, а потому ворчать можно было сколько угодно, звук из кабины симулятора наружу не проходил. Не то инструктор бы ошалел, слушая одновременно всех обучаемых. Зато сигналы с передних экранов всех машин дублировались к нему на пульт, из-за чего он прекрасно видел, кто и чем занимается. И не стеснялся это комментировать.

– И чего ты там прижух? Запускай задание, ещё один прогон как раз успеешь сделать!

– Угу…

Из тренажёра я выбрался такой же мокрый, как Андрей, но, в отличие от него, мне было не до улыбок. На последнем прогоне я выложился по полной, аккуратно проведя машину по всему маршруту, но теперь расплачивался за это, борясь с очередной волной тошноты, крепко сжав челюсти.

– Да… Таких не принимают в космонавты… – Инструктор, разумеется, видел моё состояние, но мне, если честно, было плевать. Да и ему, наверное, тоже, по большому счёту. – Где ж вас таких набрали на мою голову…

– И все в одной комнате живут, как специально! – поддакнул выскочка, ехидно ухмыляясь. – И этот, и Никифоров, и Ларионов.

– Ну, подобное к подобному, как говорится, – кивнул инструктор и, щелчком отключив мониторы, поднялся из-за стола. – На сегодня свободны, встретимся завтра. И да, те, кто сегодня не получил замечаний, не расслабляемся! Через неделю задачи усложнятся, и выполнять вы их будете уже в скафандрах, а это намного труднее, уж поверьте!

Группа, «обрадованная» новостями, потянулась к выходу, я же не торопился, чтобы не толпиться в проходе. И как-то незаметно поближе подтянулись соседи по комнате, с которыми я неожиданно нашёл общий язык. Мы стали если не друзьями, то хорошими приятелями точно.

– Сафронов, хочешь совет? – дождавшись, когда основная часть группы покинет тренировочный класс, проговорил инструктор. – Не мучайся, сходи к медикам и возьми себе таблетки от укачивания. Или от тошноты, если те не помогут.

– Блин, точно… – кивнул я. – Спасибо, так и сделаю, мог бы и сам догадаться.

– Да не за что, – отмахнулся тот. – А тебе, Ларионов, могу посоветовать игры. Стоит куда-то выплеснуть свой азарт, иначе он до добра не доведёт.

– Я попробую, – неуверенно пробормотал Андрей, снова превратившись в домашнего застенчивого мальчика.

Такие метаморфозы я наблюдал каждый день и именно в этом кабинете. Вот он стоит, ботаник, комнатный цветок, но стоит ему оказаться за штурвалом, и скромный мальчик превращается в бесшабашного отморозка. Откуда только что берётся?

– Куда ему ещё и играть? – Неунывающий Сергей, единственный из нас, кто не получил сегодня замечаний, в шутку отвесил лёгкий подзатыльник Андрею и легонько подтолкнул всю компанию в сторону выхода. – Он и так маньяк, а тут ещё игрозависимым станет. И всё, жизнь просрана, примите и распишитесь.

– Главное, чтобы она была, эта жизнь. Хотя, может быть, в настоящем корабле здравый смысл победит и он будет аккуратнее…

На этой оптимистичной ноте мы наконец покинули кабинет и отправились в столовую, спеша занять очередь на раздаче. Ну а что, быстрее поешь – больше свободного времени останется.

Пока стояли в очереди, я ненавязчиво наступил на ногу выскочке, а потом, разворачиваясь, чтобы извиниться, ненароком ткнул его локтем в печень, чтоб не расслаблялся.

В эту игру мы играли вдвоём, буквально с первого дня провоцируя оппонента начать драку, но пока черту никто не переходил, довольствуясь мелкими пакостями. И не потому, что решительности не хватало, просто повсюду на территории были установлены камеры, а штрафы за нарушения нам озвучили в первый же день. И были они, мягко говоря, солидными. Причём драка считалась одним из самых серьёзных нарушений, и больше чем за мордобой драли только за пьянку. Там вообще две трети месячной зарплаты списывали. Два раза в месяц расслабишься – и всё, должен родине, как земля колхозу…

– Слушай, Удав, можно тебя спросить? – неуверенно прошептал Андрей, стоило нам сесть за стол со своими порциями. – Тут такое дело…

– Да говори смелее, хватит сопли жевать! – поморщился я, вяло ковыряясь вилкой в тарелке. Хоть тошнота и утихла, когда оказался на свежем воздухе, но аппетит так и не появился. При этом я твёрдо знал, что если сейчас не поем, то ночью помолодевший организм будет требовать закинуть в топку хоть что-то, не давая нормально заснуть.

– Ну я тут… Это… – Андрей отвёл взгляд и продолжил ещё тише: – Водку не знаешь где достать?

От неожиданности я подавился и закашлялся, выплюнув то немногое, что сумел в себя впихнуть, обратно в тарелку, после чего раздражённо отодвинул посуду от себя и взялся за компот, решив не насиловать организм.

– Дурак, что ли? – озвучил мои мысли Сергей. – Ты не только игроман, но и алкаш?

– Да нет, я не пью…