* * * Сотри, мой паж, безжалостной рукою Эмаль весны, украсившую сад, Весь дом осыпь, разлей в нем аромат Цветов и трав, расцветших над рекою. Дай лиру мне! Я струны так настрою, Чтоб обессилить тот незримый яд, Которым сжег меня единый взгляд, Неразделимо властвующий мною. Чернил, бумаги — весь давай запас! На ста листках, нетленных, как алмаз, Запечатлеть хочу мои томленья, И то, что в сердце молча я таю — Мою тоску, немую скорбь мою, — Грядущие разделят поколенья. Из «Второй книги любви»
(Мария) * * * Да женщина ли вы? Ужель вы так жестоки, Что гоните любовь? Всё радуется ей. Взгляните вы на птиц, хотя б на голубей, А воробьи, скворцы, а галки, а сороки? Заря спешит вставать пораньше на востоке, Чтобы для игр и ласк был каждый день длинней, И повилика льнет к орешнику нежней, И о любви твердят леса, поля, потоки. Пастушка песнь поет, крутя веретено, И тоже о любви. Пастух влюблен давно, И он запел в ответ. Все любит, все смеется, Все тянется к любви и жаждет ласки вновь, Так сердце есть у вас? Неужто не сдается И так упорствует и гонит прочь любовь? * * * Ты всем взяла: лицом и прямотою стана, Глазами, голосом, повадкой озорной. Как розы майские — махровую с лесной — Тебя с твоей сестрой и сравнивать мне странно. Я сам шиповником любуюсь постоянно, Когда увижу вдруг цветущий куст весной. Она пленительна — все в том сошлись со мной, Но пред тобой, Мари, твоя бледнеет Анна. Да, ей, красавице, до старшей далеко. Я знаю, каждого сразит она легко, — Девичьим обликом она подруг затмила. В ней все прелестно, все, но только входишь ты, Бледнеет блеск ее цветущей красоты, Так меркнут при луне соседние светила. * * * Любовь — волшебница. Я мог бы целый год С моей возлюбленной болтать, не умолкая, Про все свои любви — и с кем и кто такая, Рассказывал бы ей хоть ночи напролет. Но вот приходит гость, и я уже не тот, И мысль уже не та, и речь совсем другая. То слово путая, то фразу забывая, Коснеет мой язык, а там совсем замрет. Но гость ушел, и вновь исполнясь жаром новым, Острю, шучу, смеюсь, легко владею словом, Для сердца нахожу любви живой язык, Спешу ей рассказать одно, другое, третье, И, просиди мы с ней хоть целое столетье, Нам, право, было б жаль расстаться хоть на миг. * * * Мари-ленивица! Пора вставать с постели! Вам жаворонок спел напев веселый свой, И над шиповником, обрызганным росой, Влюбленный соловей исходит в нежной трели. Живей! Расцвел жасмин, и маки заблестели — Не налюбуетесь душистой резедой! Так вот зачем цветы кропили вы водой, Скорее напоить их под вечер хотели! Как заклинали вы вчера глаза свои Проснуться ранее, чем я приду за вами, И все ж покоитесь в беспечном забытьи, — Сон любит девушек, он не в ладу с часами! Сто раз глаза и грудь вам буду целовать, Чтоб вовремя вперед учились вы вставать. * * * Коль на сто миль вокруг найдется хоть одна Бабенка вздорная, коварная и злая, — Меня в поклонники охотно принимая, Не отвергает чувств и клятв моих она. Но кто мила, честна, красива и нежна, Хотя б я мучился, по ней одной вздыхая, Хотя б не ел, не спал — судьба моя такая! — Она каким-нибудь ослом увлечена. И как же не судьба? Все быть могло б иначе, Но такова любовь и так устроен свет. Кто счастья заслужил, тому ни в чем удачи, А дураку зато ни в чем отказа нет. Любовь-изменница, как ты хитра и зла И как несчастен тот, в чье сердце ты вошла! Из книги «Сонеты к Елене» * * * Уж этот мне Амур — такой злодей с пеленок! Вчера лишь родился, а нынче — столько мук! Отнять у матери и сбыть буяна с рук, Пускай за полцены — на что мне злой ребенок. И кто подумал бы — хватило же силенок: Приладил тетиву, сам натянул свой лук! Продать, скорей продать! О, как заплакал вдруг. Да я ведь пошутил, утешься, постреленок. Я не продам тебя, напротив, не тужи: К Елене завтра же поступишь ты в пажи, Ты на нее похож кудрями и глазами, Вы оба ласковы, лукавы и хитры, Ты будешь с ней играть, дружить с ней до поры, А там заплатишь мне такими же слезами. * * * Я вами побежден! Коленопреклоненный, Дарю вам этот плющ. Он, узел за узлом, Кольцом в кольцо, зажал, обвил деревья, дом, Прильнув, обняв карниз, опутав ствол плененный. Вам должен этот плющ по праву быть короной, — О, если б каждый миг вот так же — ночью, днем, Колонну дивную, стократно всю кругом Я мог вас обвивать, любовник исступленный! Придет ли сладкий час, когда в укромный грот Сквозь зелень брызнет к нам Аврора золотая, И птицы запоют, и вспыхнет небосвод, И разбужу я вас под звонкий щебет мая, Целуя жадно ваш полураскрытый рот, От лилий и от роз руки не отнимая. |
