— Я сказал охране, чтобы готовили машины к одиннадцати часам.

— Правильно. Мой организм уже перестроился на выходные, поэтому точно до девяти спать буду, — рассмеялась княжна, но замолчала, когда я обхватил её за талию возле дверей. — Что, Андрей?

— Не хочется с тобой расставаться, — честно признался я, наклонив голову к её шее.

— Уже прогресс, — улыбнулась Голицына, спокойно воспринимая моё желание прижать её к себе. Даже поддалась на мгновение, опалив жаром тела из-под тонкой ткани платья, и тут же положила ладонь на мою грудь, мягко выбираясь из моих объятий. — Держи себя в руках, милый. Всё понимаю, но… расстроюсь, если сегодняшний вечер закончится как-то иначе. Соблазны нужно уметь держать в узде.

— Знаешь, как Мамоновым удалось взять якутские земли в свои крепкие руки? — я убрал с щеки Арины непослушную кудряшку за ушко.

— Нет, — с любопытством посмотрела на меня княжна.

— Мои предки никого и ничего не боялись: ни жутких морозов, ни летнего гнуса, ни воинственных аборигенов. Раз выбрали дорогу — по ней и шли. Я следую такому же принципу. Отец говорит, что я похож на первого Главу Рода — Добра.

— А портрет его есть?

— Есть. Вот будешь в нашем родовом особняке — оценишь, есть ли сходство.

— Обязательно, — Арина чмокнула меня в щеку и окончательно освободилась от моих рук. — Всё, я пошла спать! Спокойной ночи, Андрюша!

— И тебе тоже, — я проводил княжну до её двери, заодно проверив, бдит ли наша охрана. Бдели. Один у торцевого окна сидит на стуле, а Влада сменил Яким.

Вернулся в номер, позвонил на ресепшн и попросил прислать официанта. Дождался, когда тот придёт со своей тележкой, уберёт со стола и так же споро исчезнет, и только потом пошёл в душ. Побаловался контрастной водичкой, чтобы сбить напряжение в организме и ощущение прикосновения к гибкому девичьему телу, растёрся до красноты, после чего завалился на мягкую постель. Спать так спать. Что-то я действительно за эти дни устал.

Примечание:

[1] Эмиттер — говоря простым языком, излучатель.

1

Чтобы добраться до места предстоящего боя, нам пришлось ехать в промзону, раскинувшуюся на западной окраине Клина. Сначала мы пересекли почти половину города, потом по высокой эстакаде переехали через железнодорожные пути, миновали какой-то жилой посёлок и углубились в дебри разнообразных складских построек, держа в виду рельсовую однопутку, по которой на разгрузку подгоняли товарные вагоны и рефрижераторы.

«Железная Лига» предоставила для спарринга какой-то длинный и довольно высокий ангар из металлопрофиля. Он находился чуть ли не в самом центре огромного разгрузочного комплекса. Самое интересное, что к торцевым воротам единственного ангара из всех, имеющихся на территории этого самого комплекса, провели дополнительную ветку. Даже интересно стало, какую продукцию сюда сгружали? Судя по размерам строения — танки или какую-то другую военную технику. Ну, или производственные станки.

У ангара был ещё один вход — сбоку. Широкие двустворчатые ворота сейчас были закрыты, но в них была маленькая дверь, через которую можно попасть внутрь. Мы подъехали по накатанной дороге поближе к месту будущего спарринга, остановились. Здесь уже стояло несколько легковых автомобилей и парочка фургонов. Возле них крутились какие-то люди в рабочей униформе. Несмотря на морозец, они бодро сновали от машин до ангара с коробками в руках.

Я помог Арине выйти из «Фаэтона», не забыв чуть дольше необходимого придержать девушку за талию, отчего княжна только заулыбалась.

— Мы здесь не одни? — я кивнул на суету. — Кто такие?

— Полагаю, техническая группа из «Экзо-Стали», — Арина прищурилась, разглядывая какие-то надписи на фургонах. — Вальтер сейчас узнает.

Действительно, личник княжны Голицыной уже разговаривал с каким-то долговязым мужиком в длинном пальто и меховом кепи. Мы не торопились заходить в ангар. Там сейчас наша охрана всё тщательно осматривает. Никанор, Эд и оба сахаляра остались с нами.

Чуть проскальзывая на раскатанной дороге, вернулся Вальтер и доложил:

— Это люди Оболенских. Скоро сюда должна приехать княжна Елизавета, чтобы проконтролировать работу.

— А мы не будем мешать друг другу? — с иронией спросил я Арину. — Сейчас сунемся в ангар, а нас попрут оттуда. Скажут, мешаем.

— Чему мы можем помешать? — проворчала Арина, цепко держась за мой локоть. — Если Оболенским нечего скрывать, то никаких проблем не будет. К тому же у нас есть право осмотреть будущее место боя. А вот и представитель их. Сейчас узнаем.

К нам направлялся долговязый. Не доходя пары-тройки шагов, остановился, так как Яким и Вася ощутимо напряглись.

— Разрешите представиться. Горю́шко Иван Денисович, — он сделал ударение на второй слог с таким видом, словно уже устал объяснять, как правильно звучит его фамилия. — Являюсь директором группы технического обеспечения. Арина Васильевна, Андрей Георгиевич, если не ошибаюсь?

— Не ошибаетесь, — я с трудом сохранил серьёзное выражение лица. А фамилия у директора довольно забавная. Я бы тоже не удержался, и обязательно «ошибся» в произношении. — Это мы и есть. Хочется прояснить один момент.

— Пожалуйста, отвечу на все ваши вопросы, касающиеся предстоящего боя, — доброжелательно откликнулся Горюшко.

— Мы хотели бы осмотреть ангар, — переглянувшись со мной, сказала Арина. Раз она является моим представителем, пусть сама ведёт беседу. Я не стану мешать. — Надеюсь, с вашей стороны не будет никаких препятствий?

— Эм-мм… — протянул Иван Денисович. — Никаких указаний не пускать вас не было. Просто мы и не ожидали, что вы приедете так рано.

— Всего лишь с целью осмотреть арену, — напомнила Арина, улыбнувшись.

— Конечно-конечно! — долговязый всё-таки был растерян, хотя умело скрывал это. — Насколько мне известно, Владимир Артемьевич никаких особых распоряжений не давал.

— А он был должен их дать? — не удержался я от вопроса, удивлённо глядя на Горюшко.

Тот лишь пожал плечами, не зная, что сказать. Мы направились к воротам. Придерживая Арину, я негромко сказал:

— Сто процентов гарантии, сейчас он звонит князю Оболенскому и выясняет, что делать. Тебе не кажется, что в этих коробках находятся камеры?

— Да я более чем уверена, — фыркнула княжна. — Чтобы Оболенские упустили каждую мелочь? Бой будут снимать с разных точек, а потом смонтируют несколько роликов. Пару-тройку для рекламы, а остальные отдадут инженерам, чтобы те выявили критические проблемы «Атома». Заодно и твой бронекостюм исследуют.

— Коварные! — возмутился я.

— А ты как думал? — рассмеялась девушка. — Это Оболенские. За их спиной огромная технологическая империя. Вот увидишь, скоро они «Техноброню» проглотят.

— Думаешь, воевать с ними придётся? Мы же для них станем опасными конкурентами.

— Постараемся не допустить этого, — со всей серьёзностью ответила Арина.

Ангар и в самом деле был огромным. На мой уже искушённый взгляд он был довольно удачно выбран в качестве арены. Длинная широкая площадка идеально подходила для боя не только на земле, но и в воздухе. Высота помещения как раз такая, что сюда свободно может зайти вагон. Если рельсы когда-то и заходили в ангар, то сейчас их не было вовсе. Значит, демонтировали. Зато поверхность арены засыпана песком. Крышу держат поперечные металлические балки, на них я заметил копошащихся людей в рабочей униформе. Они там что монтировали. Точно, камеры устанавливают. Чуть ниже идут две продольные двутавровые балки, по которым ходит тельфер[1]. Сейчас подвесное устройство и двигатель были сняты, а вместо них прицепили большую камеру. Серьёзно ребята готовятся.

Трибуны расположены только с одной стороны. Это правильно. Зрителей всё равно будет немного, незачем ради них сужать пространство для боя. Несколько технических работников копошились возле натянутой вдоль скамеек сетки и устанавливали через равные промежутки чёрные плоские панели. Защиту готовят, догадался я. Только зря. Как только Оболенский начнёт атаковать с помощью магоформ, антимагия автоматически начнёт вышибать панели. Для зрителей — это не самый лучший вариант.