— А почему она должна погаснуть? — голос Нины дрогнул.

— Ты разве ещё не догнала, глупышка, что Андрей — Антимаг? — вздохнула Арина. — Тебя открыто используют в чужих целях, а ты вбила себе в голову, что любишь Мамонова, как и он тебя. На самом деле взрослые дяденьки цинично ждут результата ваших отношений. Погасит ли твою слабенькую искру Андрейка или нет?

— И что тогда? — всхлипнула Нина.

— Что лично тебе пообещали за ребёнка или, на худой конец, за эксперимент?

— Усадьбу в вечное пользование, хорошее приданое в виде банковского счёта… Но я и в самом деле люблю Андрюшу! — Нина не выдержала и заревела, уткнувшись в плечо Арины. Княжна стянула с головы девушки шапочку и стала гладить по смолянистым густым волосам. А та сквозь всхлипывания пыталась высказаться. — Вам легко говорить! Вы даже не представляете, насколько противно и гадко было слушать от родного отца, что я должна лечь в постель с Андреем! Но я так не хотела! Наоборот, старалась найти в княжиче черты, которые мне нравятся! Чтобы всё по-честному! И нашла, нашла!

— Понимаешь, в чём сложность ситуации, и почему бесится Лида? — Арина дождалась, когда пройдёт приступ, и тихо заговорила. — Если ты первой родишь от Андрея, может так случиться, что вся первородная сила Антимага перейдёт к твоему ребёнку. А ты ещё и не замужем за ним… Представляешь, какие коллизии возникнут? Мстиславские сживут со свету тебя вместе с ребёнком. Просто сживут, поверь мне. Ведь этот приз должен был достаться их правнуку-внуку.

— Почему? Наоборот, радоваться должны, что Лиде не будет нанесён урон! — логично заметила Нина, зябко передёрнув плечами.

— Значит, у тебя ребёнка быть не должно до тех пор, пока не родит Лида или я, — буднично сказала Арина. — Но у Великой княжны приоритет… А вот отследить состояние твоей искры в процессе «плотного общения» с Даром Андрея — за такое исследование многим пожертвовать можно. Как бы Брюс в этом вопросе самое главное и заинтересованное лицо.

— Андрей обещал жениться на мне, — уверенно ответила Захарьина. — Я сама могу спокойно пережить все нападки, и готова на всё, лишь бы моих детей не называли бастардами.

— Детей? — приподняла брови Голицына. — Ты уверена в столь счастливом исходе ваших отношений?

— Мы можем оформить наши отношения иным способом. Например, я стану наложницей. Но дети точно будут официально им признаны. Он дал слово.

— Я не сомневаюсь в честности и благородстве Андрея. Насчёт твоего будущего у меня есть некоторые мысли, которые придадут тебе уверенности. Вытри слёзы, девочка, — княжна снова покопалась в сумочке и подала платок Нине. — Если ты и в самом деле настроена решительно жить в семье, в которой сплетётся клубок жутких противоречий и ревности, то добро пожаловать. Я-то никогда против тебя не была, но Лида… Этот вулкан может проснуться в любой момент, и как бы ты не пострадала из-за этого.

— Мне казалось, сегодня Лида изменила своё отношение ко мне, — шмыгнула носом Нина, осторожно промокнув глаза платком.

— Возможно, так и есть, — задумчиво проговорила Голицына, глядя куда-то в сторону. — Скажи, на отца идёт давление со стороны Брюса или Юрия Ивановича?

— Папа стал часто нервничать, поглядывать на меня с раздражением. Вот что я вижу.

— В таком случае я не могу тебе приказывать или заставить разорвать отношения с Мамоновым, — вздохнула Арина. — Твой капкан оказался куда прочнее тех, что расставлены на меня и Лиду… О-ооо! Как же я забыла об Астрид! Вот же ещё одна фигура на семейной шахматной доске!

— Астрид — это та самая шведская принцесса, дочка Харальда? — проявила осведомлённость Нина.

— Да-да, она самая.

— Тогда у нас обеих нет шансов, — чуть ли не торжественно сказала Нина.

— С чего такой вывод?

— Лидия и Астрид — принцессы. Высшая каста. Ты уже ниже их. Я вообще — пыль под их изящными ножками.

Арина весело рассмеялась, чего никак не ожидала Нина.

— Поверь, подруга, на Андрея можно накинуть четыре крепких поводка, но никто не сможет их удержать. Слишком своенравен наш будущий супруг. И нам придётся идти туда, куда он сам потянет. А между собой мы должны сами разобраться.

— А Астрид?

— Вилами на воде писано, — отмахнулась Арина. — Вот когда эта северная красотка появится на нашем горизонте, тогда Лида отбросит всё свое недовольство и станет твоей лучшей подругой.

— Я как бы и не особо на это надеюсь, — успокоившись, и больше не всхлипывая, ответила Нина. — Зато ради Андрея готова жить не только рядом с вулканом, но даже терпеть его периодические извержения.

Княжна Голицына задорно рассмеялась и даже прижала к себе успокоившуюся и заулыбавшуюся боярышню рода Захарьиных.

— Пожалуй, пора домой, — сказала она и деактивировала амулет тишины. — Терентий, давай к усадьбе Захарьиных. Да и нам желательно поспешить, а то батюшка опять ворчать станет.

Примечание:

[1] Варган — музыкальный инструмент в виде свободно колеблющегося в проёме рамки язычка, приводимого в движение пальцем или дёрганьем за нитку.

1

Круговерть атак, затеянных нами, в очередной раз завершилась безрезультатно. Я своими простыми отвлекающими ударами хотел загнать в ловушку противника, но тот постоянно уворачивался, и, как только мне приходилось уходить на «перезагрузку», готовя новую порцию ментально-физических атак, он прыгал вперёд и молотил кулаками, словно по груше.

Подозрения о сливе господином Колывановым некоторым участникам «Лиги» информации о моей манере боя подтвердились с первой минуты боя с Мангустом — бойцом из группы «альфа». Он сразу начал работать руками, как на боксёрском ринге, стараясь нанести максимальные повреждения моему бронекостюму. Противник перевёл интегратор в пассивный режим, что позволило ему снизить неприятное воздействие антимагических волн. Я не мог вырубить магическую плату, и Мангуст прыгал вокруг меня, полностью подтверждая своё прозвище. Видели, как настоящий зверёк охотится на змей? Вот так и он атаковал меня резкими наскоками. Его кулаки, облачённые в перчатки, в которые интегрировали систему усиления, наносили очень приличные удары по корпусу «Бастиона», от которых трещали сочленения и гнулись пластины.

Но я не только защищался. Большой манеж, любезно предоставленный господином Лукашиным — тем самым бизнесменом, о котором упоминала Арина — оказался весьма просторным. Особенно мне понравилось, что большую часть помещения отдали под арену, и для «Бастиона» этот фактор оказался самым главным для достижения победы. Ведь появилось много места для обхода и доступа к противнику с тыла, а высота помещения и вовсе давала возможность для нападения с воздуха. Конечно, все перечисленные аспекты могли сыграть положительную роль и для моего соперника, но так даже лучше. Когда оба пилота не скованы размерами арены, они раскрывают свои бойцовские качества гораздо охотнее.

А мои манёвры стали приносить результат. Я не только уходил от ударов Мангуста, но и менял вектор атаки, бил по коленям, локтям, постепенно создавая критическую ситуацию для механизмов бронекостюма соперника. «Техноброня», в чьём экзоскелете выступал Мангуст, до сих пор не могла качественно усилить защиту сервоприводов. Только линейные двигатели позволяли спрятать под броневую плиту все уязвимые узлы. Да, мне тоже доставалось, но «скелет» стоически переносил удары. В углу тактического шлема то и дело выскакивали графики разных систем, окрашенные в красные цвета. Они не отвлекали меня от боя, и более того, я успевал почерпнуть из них информацию о состоянии бронекостюма, когда выдавалась короткая передышка перед очередной атакой.

— Нет критических повреждений, — подбодрил меня Гена Берг по внутреннему каналу. — Можно продолжать. Используй реактивное сопло, а то скачешь перед «альфой» без видимого желания завалить его.

— Это как посмотреть, — пробормотал я в ответ и разорвал дистанцию. Кулак Мангуста в очередной раз не достиг цели.