Но Артур упорно продолжает закапывать себя. Если вдруг публично вскроется, что Юля — его дочка, будет большой скандал. Я раздумываю ещё какое-то время, а потом открываю номер Артура в списке контактов.

— Слушаю, — бросает в трубку Артур небрежно. Сразу складывается впечатление, что он не слишком рад моему звонку. Хотя, возможно, дело в эмоциях от встречи с Юлей.

— Разговор есть к тебе, — вздохнув, начинаю я. — Мне тут Егор рассказал, что ты встречался с его девушкой.

Понимаю, что нужно тщательнее подбирать слова. Если Артур поймёт, что я всё знаю про Валентину, то просто заблокирует мой номер. Такой уж он человек — решает проблемы самым простым способом.

— И что с того? — говорит он с лёгкой агрессией в голосе. — Это моё личное дело, с кем я встречаюсь и по какому вопросу.

— Не соглашусь с тобой, — возражаю я мягко. — У Егора с Юлей всё серьёзно. Так что вне зависимости от того, что ты об этом думаешь, это касается и меня.

— Эх, как же ты меня достал, Гера! — бросает Артур, уже не скрывая злости. — Вечно ты лезешь, куда не просят. Скажу прямо, чтобы ты понял: чей-то ты дядя, начальник, сват, брат — мне всё равно! Во всём, что касается Вали и её дочери, я буду действовать так, как посчитаю нужным! Посмеешь вмешаться и сильно пожалеешь.

Чувствую, как злость закипает внутри. Нет, я ничуть не удивлён тому, что Артур ведёт себя таким образом. Он всегда ставил на первое место только собственные желания. На остальных, тем более на омег, ему было плевать. Но сейчас дело действительно коснулось лично меня, и настал момент сделать выбор. Растерянно обвожу взглядом кабинет. Понимаю, что мы не настолько близки с Валентиной, чтобы я вмешивался. Но с другой стороны, Артур едва ли сделает их с Юлей счастливыми. Напротив, лишь принесёт хаос и стыд в их жизнь. Я уже молчу о том, на что способен отец Артура.

— Раз так, мне тоже придётся выразиться прямо: я не позволю причинить вред этим двоим! Ты не достоин находиться рядом с ними. Это право ты потерял много лет назад…

Осекаюсь, понимая, что сказал лишнего.

— Да что ты вообще знаешь?! — восклицает Артур возмущённо.

— Я знаю, что нужно в любой ситуации оставаться мужчиной. Достойным мужчиной, — отвечаю, чуть спокойнее. — Обвинять жертву, делать всё, чтобы разрушить её жизнь — это подло. Но гораздо хуже спустя годы пытаться разрушить то, что было выстроено из руин.

— Повторюсь, Гера, это не твоё дело! Занимайся тем же, чем и всегда — будь нянькой для великовозрастного ребёнка и неудачником, вечность страдающим из-за смерти какой-то там омеги! Тебе не идёт быть крутым парнем, защищающим слабых, — произносит он ядовитым тоном и обрывает звонок.

Вот он и показал своё истинное лицо. Стискиваю зубы со злости. Хочется перезвонить и высказать всё, что я думаю о нём. Приходится через силу отложить телефон. Что бы я ему ни сказал сейчас, он не станет слушать. Только пользуясь моментом, постарается ужалить меня побольнее, точно змей. Нужно успокоиться и обдумать стратегию поведения.

Я осознаю, что всё гораздо хуже, чем мне казалось. Это не просто банальный интерес. Артур искренне убеждён, что имеет право снова ворваться в жизнь Валентины и Юли. Я должен позаботиться о них. Однако для этого неплохо было бы сначала получить разрешение. Сам не верю, что думаю о таком. Однако я прекрасно понимаю, с кем имею дело.

Набираю номер Валентины и, пока слушаю гудки в трубке, невольно вспоминаю аромат её феромонов. После той незапланированной ночёвки я ещё пару дней чувствовал их дома. И, наверное, всё дело в том, что у меня давно никого не было, но я реагировал на них естественным образом. Я и сам не ожидал, что могу настолько завестись от феромонов той, кого даже не рассматриваю, как сексуального партнёра. Но с тех пор втайне мне хочется снова ощутить их. Я одновременно и хочу, и боюсь этого. Хочу потому, что они не просто заводят меня, — рядом с Валентиной я перестаю ощущать пустоту, что образовалась после смерти Лены. Боюсь потому, что Валентина может меня неправильно понять, расценить всё превратно. А мне бы не хотелось, чтобы она перестала мне доверять.

— Алло? — произносит высокий голос в трубке. Я вздрагиваю, нервные импульсы прошивают тело насквозь.

— Валентина Сергеевна, простите, что поздно, — говорю, прочистив горло. — У вас всё хорошо?

— Ну да, — отвечает она неуверенно. — А почему вы спрашиваете?

— Мне Егор только что рассказал, что Юля встретилась с Артуром, — произношу осторожно и прислушиваюсь к звукам из динамика.

Валентина ожидаемо зависает, не зная, как реагировать. Я думаю, может, не стоило ей рассказывать? Но с другой стороны — предупреждена, значит, вооружена.

— Вы только не волнуйтесь, — добавляю я. — Егор был с ней, так что Артур не сделал ничего дурного. Как я понял, он даже сказать Юле ничего не смог.

— Мне… надо поговорить с дочерью, — произносит Валентина растерянно. — Я кладу трубку.

— Постойте!.. — только и успеваю сказать я.

Дальше звонок прерывается. Вот ведь чёрт! Предполагал же, что так будет. Нужно было сразу предложить помощь. В том числе и юридическую. Им с Юлей сейчас пригодится хороший адвокат по семейным делам. Я со вздохом поднимаюсь из-за стола. Всё же стоит признать, что мне стало немного спокойнее после того, как я услышал голос Валентины Сергеевны. Она всё так же хорошо держится. Если бы можно было просто добиться запрета для Артура приближаться к ней и Юле.

«Хочешь посадить меня в карман и не выпускать оттуда?» — тут же приходят мне в голову слова Лены.

В последнее время я вспоминаю её всё чаще. Вот только эти воспоминания, наконец, перестали приносить боль. Это время так лечит?

Я наблюдаю за ней со стороны. Кажется, что Валентина сосредоточена и собрана. Как всегда, уверена в себе и настаивает на своём. Однако я чувствую, что с ней что-то не так. Еле заметная скованность ощущается в движениях. Она с подозрением следит за всеми, кто проходит мимо переговорной. Неужели боится появления Артура? Хочется успокоить её, сказать, что он не придёт без предупреждения. А если всё же попробует, то его развернут на ресепшене и отправят восвояси.

В некотором смысле я завидую Егору. Они с Юлькой созвонились в тот же вечер и поговорили. Кажется, внезапно нарисовавшаяся проблема сблизила их ещё больше. А вот что делать мне, я ума не приложу. Сказал, что не позволю сделать Валентине больно, но я даже поговорить откровенно с ней не могу. Не тащить же её снова в бар. Это уже попахивает чем-то нездоровым.

Вернее всего, было бы пригласить её к себе и объясниться. Успокоить, а потом подумать над совместной стратегией поведения. Но в реальности сделать это не так просто. После заключения последней сделки наше взаимодействие свелось к минимуму. Если я буду проявлять к Валентине чрезмерный интерес на работе, то это может вызвать подозрения относительно её истинной сущности. Этот альфа из юридического отдела и так уже смотрит на меня волком, каждый раз, когда я появляюсь на пороге их кабинета. Мне повезло, что он молод, а потому пока не осознаёт природу своих эмоций.

Я вижу, как Валентина становится всё более нервной и резкой с каждым днём. Замечаю, что она периодически сбрасывает звонки на удивление своим подчинённым. Понимаю, что лучше не затягивать, а потому после очередного совещания руководителей отделов прошу её задержаться. И пусть я много раз повторял у себя в голове, что хочу сказать, это всё равно оказывается жутко непросто.

— Артур всё ещё донимает вас? — спрашиваю я, и она нервно сжимает кулаки.

— Этот альфа довольно упрям, — отвечает сдержанно. — Но нельзя сказать, что я удивлена. Когда тебе с самого детства позволено абсолютно всё, очень легко потерять берега.

Пусть она внешне остаётся спокойной, мне всё равно не по себе от её слов.

— В общем, я хотел сказать, что готов защищать вас с Юлей от него или от любых других проблем, — говорю я, неловко отводя взгляд.