— Тебе всего тринадцать лет, — я закусила губу — Макс… — позвала я тихо сына — Сынок, мне очень страшно за тебя. Страшно видеть, что ты растёшь монстром, бесчувственным монстром. Почему? Когда ты стал таким? Ты был таким чудесным, милым мальчиком. Ты так смотрел на мир и радовался жизни, а теперь говоришь мне такие ужасные слова. Я…

— Не знаю… мама. Наверное, когда понял, что отец, несмотря на всю твою любовь, заботу, поддержку, тебя не любит, не уважает. Когда видел и слышал, как тебя оскорбляют взрослые, унижают, смеются над тобой, за спиной, иногда прямо в глаза, а ты в ответ лишь улыбаешься и тоже смеёшься.

— Я не думала, что они это делают со зла, — вскрикнула я. Отчаяние душило меня.

— Ты не думала, а я решил, что это нормально. Так поступают мужчины — ведь отец так делает. Не сразу, но со временем привыкаешь. Может быть, сам не заметил, как стал к тебе так же относиться. Потом я узнал, что у нас есть брат. Да, они и не скрывали этого. Но ты никогда об этом не говорила — так же общалась с ними. Я подумал, что ты не против.

— НЕТ, НЕТ, НЕТ! Чёрт вас возьми! НЕТ! Я не знала. Я бы никогда этого не приняла. — Я обессиленно закрываю глаза руками.

В палате слышны лишь мои всхлипы. Макс молчит, я плачу.

— Он не знает, что мне теперь всё известно. Не говори ему. — Убираю руки от лица. — Ты же сумел мне ничего не говорить. Так и ему теперь ничего не говори.

Макс молчит. Смотрит на меня тяжёлым взглядом. Так смотрят взрослые, уставшие, прожившие непростые годы жизни. Так не должен смотреть ребёнок.

Сейчас, глядя на него, я готова убить Давида за то, что он сделал с нашей семьёй. За то, что заставил повзросле́ть моего маленького мальчика так быстро.

Макс молча идёт к входной двери. Тянет ручку и открывает дверь.

Я замираю. Он так и не сказал мне ответа.

— Я сделаю, как ты просишь... — Мамочка, — сын поворачивается. Я вижу в его глазах слёзы. Сердцебиение учащается. Закрываю рот руками, чтобы не закричать. — Прости меня, пожалуйста.

Макс быстро выходит, хлопнув дверью. Так и не дав мне ответить.

Резко разворачиваюсь и утыкаюсь лицом в подушку. Бью её кулаками. Кричу.

Легче не становится. Меня разрывает от эмоций.

Не знаю, сколько проходит времени. Но слёзы сами собой проходят.

Ложусь на спину и просто смотрю в потолок.

— Злата? Синицына, ты, случайно, не она? — Я поворачиваюсь на голос. Пухленькая медсестра стоит у моей кровати.

Тру глаза. Они сильно болят и слезятся.

— Простите, но я вас не помню. Да и не Синицына я уже. Шестнадцать лет как. — Приподнимаюсь, сажусь поудобнее.

— Ну так по мужу ты Князева, а я тебя по девичьей фамилии помню. Ну! Неужели совсем не узнаешь? — Я отрицательно мотаю головой. — Я Смирнова Екатерина. Катрин, как ты меня в школе всегда называла.

— Нахмурившись, внимательно всматриваюсь в её черты.

Точно! Как я могла её сразу не узнать?

— Катрин! Господи! Вот это неожиданность! — Я радостно улыбаюсь и тянусь к ней с объятиями.

Она тут же подходит и так крепко обнимает меня в ответ, что на душе становится тепло и спокойно.

— Ты как тут оказалась? Ой, ты тут работаешь! — Она отстраняется и садится на кровать.

— Да, уже десять лет. Мой муж — главврач. У нас трое детей. Собака и две кошки. Живём с родителями — своими и его — в одном большом доме. У нас весело. — Она беззаботно смеётся. — А ты почему здесь? Что случилось? Я видела твою карту. Сначала глазам не поверила. Бывает же такое совпадение. Кстати, мой Костик — твой лечащий врач. Я, увидев твоё имя, сразу сюда пришла.

Катя говорила быстро и эмоционально. Она всегда была такой. Зажигалочка. За годы почти не изменилась. Только стала немного старше.

Мне было неловко, что я её сразу не узнала.

— Злата, а почему ты запретила мужу приходить? Он что, тебя обидел? — лицо женщины стало воинственным. Она строго окинула меня взглядом: — Так, а ну рассказывай, что этот будущий инвалид тебе сделал?

Я замерла, а потом всё рассказала. Абсолютно всё. Катя слушала внимательно, не перебивая.

Было странно, но за всё это время я ни разу не заплакала.

Когда я замолчала, она задумчиво держала ручку в руках и щёлкала ею.

— Так. Сейчас ты умоешься, а потом мы с тобой куда-нибудь поедем. — Катя встала и попросила свою форму: — Костя нас прикроет. Никого к тебе не пустит.

— Куда поедем? — я встала и послушно пошла в сторону ванной комнаты.

— Увидишь. — она окинула меня придирчивым взглядом: — Будем воскресать мою подругу.

Катя привезла меня в салон красоты. Перед входом я остановилась и неуверенно попятилась назад.

— Стоять! Ты же не рак. Нам только вперёд. — Подхватив меня под руку, она уверенно потянула вперёд.

Нас встретила молоденькая девушка модельной внешности. Она улыбалась и приветливо приглашала присесть и ознакомиться с их прайсом.

Я почувствовала себя ещё хуже. Рядом с ней мне было некомфортно.

Плечи опустились, сгорбившись, взгляд упал в пол. Детская привычка заламывать пальцы, когда нервничаю, напомнила о себе. Я попыталась максимально отодвинуться от неё.

Катя уверенно взяла предложенный нам прайс и подтолкнула меня к кожаным диванчикам, села рядом. Её теплая рука накрыла мои холодные пальцы и нежно их сжала.

— Злата, ты очень красивая женщина. Ты всегда такой была. А ещё ты как солнышко, что всем дарит своё тепло, любовь, заботу. — Катя по-доброму улыбнулась. — Уверена, ты даже и не помнишь, но именно благодаря тебе я осталась на этом свете. Ты пришла ко мне как раз тогда, когда все отвернулись и предали. Ты поддержала, подарила своё тепло. — Катя обняла меня за плечи и прижала к себе. — Я ведь тогда хотела покончить собой, если бы не ты, то не было бы ни меня, ни моих детей.

Я закусила нижнюю губу и улыбнулась, стирая слёзы со своих щёк.

* * * * * *

Я помнила тот день. За неделю до этого по школе прошёл бум. Мы учились в одиннадцатом классе. Первый красавец, мечта всех девчонок — Олег — начал открыто ухаживать за Катей. Конечно, девушка была в него влюблена. А потом я узнала, что он с ней провёл ночь. Утром к ним ввалились его друзья.

Это было так подло и низко.

Катю начали откровенно травить в школе, но не только школьники, но и учителя. Ей даже предложили раньше сдать экзамены и получить аттестат.

Я не знала, как её поддержать, да и она замкнулась, отдалилась.

В тот день она не пришла в школу. После первого урока я сбежала и пошла к ней. Дверь не открывала. Повезло, что её родители оставляли запасной ключ у соседки. Придумав банальное враньё, я зашла в квартиру.

Катю я нашла в ванной. Она лежала одетая в горячей воде, а в руках держала бритву.

Помню, как сильно испугалась. Первое желание было позвать на помощь, но увидев её глаза, остановилась.