Моя Зажигалка и тут сподобилась решить дилемму первой. Когда сют остался болтаться на моих ногах, пылающая чувствами и ощутимым реальным жаром любимая женщина ловко ухватила меня за рычаг внизу и потянула на себя. Сама попятилась, помогая мне свободной рукой задрать верхний слой её одежды.

Мы упёрлись в край столешницы, и я порадовался массивности кабинетной мебели. На Агнес оставался лишь сарафан, но с ним мне помощи ждать не стоило. Успел только задрать его до плеч, обнажая крупные груди с красноватыми ореолами сосцов, когда сильным движением с помощью горячих пальчиков моя половинка спешно слилась со мной в целое.

Никакого взрыва эмоций, скачка взаимоощущения и прочего. Мы и так оказались на пределе этого. Вот физические ощущения нарастали лавиной со всё более активным моим вовлечением в быстрый заданный ритм. Последняя одежда на любимой так и застряла в конце своей траектории, потому что вниманием моим как завладели прекрасные формы жены, так и не отпускали.

Наслаждение наросло стремительно. Сообразить не успел, когда уже буквально вбивал себя в её лоно. Взрыв… обернулся мощным освобождением. Очень много времени я провёл в одиночестве, что вылилось в быстротечный финал, буквально.

Удивила и порадовала мужскую гордость Агнес, которая без какого либо желания угодить смогла догнать меня на моей волне. Она завалилась спиной на стол и выгнулась дугой, так и замерла на время, только сейчас отходя от яркого оргазма.

На этом дождавшаяся супруга останавливаться не была намерена. Только спина её начала опускаться, как от живота пошёл изгиб к тазу, приподнимая пах, делая округлое движение, и вновь опуская. И так снова, набирая ритм и приобретая ощущение моей повторной готовности.

Я и был готов! За все эти годы был готов подтвердить свою любовь к своей половинке. И принялся подтверждать.

Никак не мог оторвать взгляд от обнажённой фигуры Агнес. Всё ещё желал овладеть ею, но уже даже моих сил не хватало, а любимая женщина и готова была отдаваться мне до полного изнеможения, но уже насытилась. Потому очень рада была сложившейся ситуации, лучилась счастьем и красотой под моим опьянённым взором и специально расхаживала туда-сюда по кабинету без какой-либо стоящей цели.

Ни капли стеснения от неё, ни толики потери интереса у меня. Я следил, задерживал взгляд на груди, попке и даже лоне, что казалось мне очень красивым, но более всего привлекало, конечно же, прекрасное лицо с самой тёплой улыбкой из возможных.

«Или же нет?» — вспомнил про Лину.

Это было веское воспоминание, ощутимое, так-то мысли о ней мельком проносились в голове даже во время любви с Агнес.

— К Ангелине тебе торопиться не стоит, она сама скоро прибудет, — уловила мои помыслы Агнес, — только ты с ней радушнее себя веди, пожалуйста, чем со мной. Ей пришлось труднее…

Удивился и нисколько не скрыл этого от Агнес. Такие тёплые отношения между жёнами в прошлом не были мною замечены. Понятное дело, что если даже Нкиру каким-то чудом служит в этих стенах, то и Лину Агнес не стала бы гнать, но сближения не ожидал.

— … То, что было в твоих мыслях выглядело очень мрачной картиной. Такого не случилось, — она сделала паузу, вспоминая мои видения, — но твоя супруга, Мирослав, и моя сестра по мужу, разделила тяготы защиты нашего рода. И пользовалась она для этого в первую очередь умом, но и без Дара не обошлось.

— Ты же знаешь, я крайне расположен, чтобы увидеть её и не испугать!..

Уверил… ягодицы своей жены, потому что глаза опять прикипели к самому привлекательному в текущем её положении. Стояла она спиной и наливала в два хрустальных фужера светлое игристое вино.

— … Только бы она сама не испугалась. А то прознает случайно и подумает чего-нибудь про меня плохого.

— Будь уверен, прознает не случайно, а закономерно. Именно поэтому тут же примчится на встречу.

— А… Думал, ты знаешь о времени завершения её поездки, — поделился своими первоначальными мыслями.

— Ангелина последнее время больше живёт в городе. У неё там предприятие, которое позволяет нам занимать уверенную позицию в непростой политической ситуации.

Информация была расплывчатой, потому что детали моя княгиня решила оставить на усмотрение сестры в браке. Это было справедливо.

«Сестры в браке. В браке.»

Эта мысль теплом прошлась по болезненной голове, уменьшая тревогу. Агнес, конечно, услышала и обернулась ко мне с улыбкой, одобряя такой настрой.

— У вас хорошая почтовая сеть! — оценил я уверенность первой жены касательно информированности второй.

Моя красавица засмеялась.

— Уверена, что первыми новость в город доставят поставщики, которые по несколько раз в день привозят различную продукцию в поместье. Как раз на момент твоего появления должны были доставить кондитерские изделия. Такое мы тут не делаем — просто без надобности.

— Прислуга разнесла новость? Быстрые они тут тебя!

— Такие же, как и у тебя. И вообще…

Она пригубила вино, протянув второй бокал мне. Последовал её примеру.

— … ты не заметил, видимо, как долго мы праздновали воссоединение, хотя это именно я большую часть времени была в полубессознательном состоянии.

— Я пробовал прерваться, — поднял руки в свою защиту и чуть не выплеснул содержимое бокала.

— Так и я, — кажется, моя Зажигалка даже чуть смутилась, — пробовала потом…

Она встряхнулась и вновь сияла уверенностью… и красно-оранжевым цветом сосцов.

«Ух!», — снова восхитился, а Агнес улыбнулась.

— Ты мог бы хотя бы на часы взглянуть, они теперь у нас в каждой комнате!

— Не привык на часы смотреть.

— Точно…

Мой ответ был спокойным, но неприятный контекст ощущался.

— … время, — задумалась красавица, — время… Точно! Уже почти вечер! Мирослав, пять часов прошло! Нужно собраться к приезду гостя. Нкиру!

Прибытию какого-то там гостя я не обрадовался, но и злиться не стал. Настроение у меня было хорошее, а Агнес никаких ярких чувств касательно приезжающей личности не испытывала.

— Да, Ваша Светлость!

Нкиру словно за дверью стояла. Куда-то она незаметно для меня исчезла добрых пять часов назад, но прибывала явно неподалёку. Вполне возможно именно она сообщала всей всполошившейся прислуге о личности любовника госпожи, приход которого она так громко праздновала.

— Нкиру, нужно подготовиться к прибытию Ура Кёсеги!

Её Светлость Старза совершенно не беспокоило отсутствие одежды. Темнокожая служанка наш внешний вид расценивала как само собой разумеющееся, ещё и улыбалась шире прежнего. Очень радушная прислуга, и с пониманием в личных делах, как я помнил. Но об этом лучше думать тихонечко. Мне сторонние женщины больше не интересны, конечно, но объяснять этого не хочется.

— Всё подготовлено, госпожа!

— Прекрасно! Чтобы не отвлекаться, Мирослав, я первой приведу себя в подобающий вид, а ты всё равно пройди в спальню и накинь какой-нибудь пеньюар. Не стоит просто прислуге глаза ломать о хозяина дома.

Проследовал за властной супругой, оставив недопитое вино на столе. Чего мне спорить? Я почти что в гостях.

— Ур Кёсеги, мы ожидали вас, но события сегодняшнего дня заставили всех отвлечься от привычного течения дел, поэтому ужин ещё не готов. Предлагаю начать с рабочих моментов, чтобы освободиться к тому моменту, как будет накрыт стол.

— Вы сегодня просто сияете, Ваше Светлость! Какое бы событие не произошло, оно повлияло на Вас самым благоприятным образом!

— Как никогда вы правы, виконт!

Её Светлость Агнес Старза встречала гостя у главных дверей, это говорило о значимости прибывшей персоны. О хорошем отношении к мужчине говорило остававшееся прекрасным настроение любимой женщины. К простому женскому ощущению удовлетворённости и уверенности в себе от близости своего мужчины примешивалась радость от встречи с добрым другом.

«Надо же, как необычно.»

Честно сказать, я ревновал и даже не скрывал этого. Зависть от понимания того, что этот человек скрашивал одиночество дорого мне человека в моё отсутствие било не в его сторону, а наоборот — в меня. Такая моя реакция и на супругу действовала обратным образом. Не пыталась княгиня с огненным характером меня утешать, она наоборот торжествовала в моменте, возвращая отчасти к образу своевольной и горячей жены.