— Вот так, Вальбо, наша сделка завершена. Приятно что ты выполнил все свои обязательства и не подумал как-то повлиять на семью Мирослава. Впрочем, если бы ты попытался, неустойка убила бы вас всех. Так же — на планете люди выживут. Думаю, ты оценишь тяжесть принятия решения на нашем уровне. И ты Мирослав.

Она посмотрела на меня, я же прикипел взглядом к Вальбо, который сейчас в полной мере мог оценить последствия своих решений. А ведь он боится… за себя. И плевать ему на взрыв спутника и смерти людей. Он смотрит на огненный шар и не замечает его.

— Твоё упрямство мне импонировало. Это раскрывало твоё особенное отношение ко мне…

Исида говорила в полный голос, но смысл её слов как будто отдельно нашёптывался на ухо. Негромкий звук резонировал с природой, являющейся неосознанной частью меня самого, и вызывал стойкий отклик в сознании.

— … Других ты брал без разбора. Не дал себя сломить Владычице альвов. Ко мне же делал неуверенные шаги в сторону сближения, затем дружбы, а потом заупрямился пройти финальную черту.

Так и было, отчасти именно упрямство сдерживало меня. Но и понимание безвозвратности последнего шага. Агнес могла не понимать этого в полной мере, но наглядно демонстрировала, как могут развалиться даже очень крепкие отношения. Стоит только появиться другой жизни, о которой не расскажешь близкому человеку.

— И это мне нравилось, — продолжала говорить Богиня, — без этого нет никакого интереса в масштабах жизни, что доступна бессмертным. И всё же ты перестарался…

Знает про мою договорённость с Вальбо и корпорантами.

— … посмотри к чему это привело. Ты не можешь находиться рядом, когда я вернула связь со своей основой. Напрягаешь все свои Силы, чтобы удержаться от тяги, вожделения и раздирающей мощи Моего благословения.

Ты хочешь меня, но теперь не сможешь пережить близости. А я ведь специально привела нас сюда, специально отсекла большую часть своего энергетического тела, чтобы тело материальное, вот это, могло принять тебя и твоё семя.

«Семя?» — задал немой вопрос, который, впрочем, здесь был слышен.

Говорить сейчас не мог. Правильно сказала Покровительница, боролся с Её Влиянием изо всех Сил.

— Я вернулась в мир, когда Марта сообщила, что нашла тебя. Формировала оболочку в то время, как внимательным образом всматривалась в нового кандидата. И немного увлеклась, путешествуя по твоим сновидением. Воплощение вышло слишком расположенным к тебе.

Ощутил усилившееся внимание, встретил взгляд мерцающих глаз.

— Создала для тебя идеальную версию самой себя, а в итоге тело оказалось опорочено.

Вздох сожаления был обычным настолько, что во всём безумстве нереально вокруг показался инородным.

— Обидно, просто по-женски, не говоря уже, что загубили инструмент, который должен был расширить твои возможности до божественных. Но есть и другой вариант, и потому мы здесь.

Словно на торжестве празднуя момент, Она развела руки в стороны, указывая на… пустоту. Чёрную пустоту звёздного космоса, который я впервые увидел стараниями Её Светлости Мариуцы Кешко. По какой-то причине мой домен Силы стал точной копией такого же домена темноволосой ведьмы. В прозвище сероглазой я теперь не сомневался. Ведьма, как она есть!

«Могу я увидеться с семьёй?»

Первый мой вопрос, пускай и в форме мысленной речи, адресованный непосредственно Богине. Ответ стал понятен сразу по Её взгляду.

— У тебя была возможность плавно пройти переход на ступеньку выше. Агнес мог бы свою приструнить, если бы ты понимал к чему идёшь. Но ты ещё не осознал, а у меня нет ни желания ни возможности идти на поводу у твоей слабости. Тебе нужно стать Сильнее, намного Сильнее, чем ты есть сейчас… У тебя будет на это много времени.

— Позиции Орма неустойчивые. Пока личных Сил короля хватает, чтобы удерживать власть, отсутствие Сильного наследника мужского пола сыграло с этим любителем чужих невест злую шутку. Накувыркался он вдоволь, а подходящего бастарда так и не произвёл на свет.

— Да, можно только позлословить теперь над королевой, которая прогоняла одарённых дев от короля. Сама достойного мальчика не произвела на свет, так ещё и нет у них теперь возможности взять в семью Сильного сына какой-нибудь баронессы или графини, — этот голос заставил замереть сердце.

Агнес была прекрасна. Время было не властно над ней, её возраст нельзя было определить на глаз. Она осталась точно такой, какой видел её последний раз при нашем расставании. Но была моя… любимая, конечно, старше.

Тот факт, что прошло немало времени можно было определить по говорившему первым мужчине Этот маг, даже обладая достойными собственным внутренними резервами, на вид прибавил с десяток лет.

— Власть сама уйдёт из их рук, стоит ли рисковать сейчас с попытками раскачать трон?

Мужчина приподнялся из кресла и направился в сторону стоящей возле огромного полотна портрета моей красавицы. Красавицы, что когда-то была моей. Картина не способна была передать всей истиной природы Агнес, но внешность художник попытался передать без изменений. Ещё он изобразил огненноволосого парня лет четырнадцати на вид. Ошибиться и не узнать выросшего Горислава было трудно.

— Потому что ожидание не приводит к желаемому результату, — с досадой проговорила княгиня Старза, — мне ли этого не знать.

— Ах, дорогая моя, это как посмотреть!..

Игнатий Ружинский подошёл к желанной, с большим трудом покорённой им женщине, и обнял со спины. Агнес не отстранилась, даже едва заметно прижалась.

Ещё один удар пропустило сердце.

— Твоё ожидание и попытки достучаться до покинувшего тебя бывшего супруга позволили мне в достаточной степени разобраться с тем, как оказываться в твоей спальне раз за разом, и не только для проведения странного ритуала призыва. Особенно…

— Не нужно вспоминать, в тот день окончательно… перестала ощущать. Глупо было с моей стороны ждать, но зато ты теперь понимаешь, что я не делаю сиюминутные выборы. Раз уж ты решил быть рядом, будь!

— И делай то, что ты задумала, — усмехнулся седоволосый, но всё ещё очень статный и крепкий мужчина, — и не получу я наследника пока…

— Ты знаешь, пока Горислав не станет приемником короны, а я регентом…

— Хорошо, что я успел настоять на нашем замужестве до этапа взросления нашего сына.

Ружинский, или теперь тоже Старза, проговорил это таким образом, что Агнес довольно улыбнулась. Без всякой связи он хорошо узнал свою жену и мог влиять на её эмоции. Это потребовало большого труда, но было необходимо для прочности его позиции в качестве мужа при невероятно Одарённой жене.

— Никаких новых детей до того как мы станем правящей семьёй в Роматии, — твёрдо сообщила Её Светлость, — если ты не готов приложить для этого усилия, я могу подумать насчёт того, чтобы родить наследника и Орму… не раздави!

Игнатий подобного заявления не перенёс и, сдавив женщину, приподнял, поворачивая её к себе. Встретила его хищная улыбка. В своих привычках делать болезненные уколы мужу княгиня ничуть не изменилась. Изменился только муж.

Тишина. Удар сердца.

— Вот, кстати, и будущий наследник пожаловал…

Без лишних эффектов и звукового сопровождения в покоях появился молодой человек с парного портрета.

— …Горислав, ты же помнишь, отец просил тебя не появляться здесь без предупреждения.

Отец?!

Игнатий смотрел на парня с укором, но совсем без злости.

— Ты же знаешь, мама, я чувствую, когда ты занята настолько, что тебя не стоит беспокоить. Унаследовал это…

— Я помню, — резко прервала слова мать, — и всё же.

Горислав отвечать не стал. Было понятно, что он продолжит докучать матери… родителям.

— Чем занимался будущий король? — весело поинтересовался старший огненный маг, — опять уменьшал число непорочных невест дворянского сословия в близлежащих княжествах?

— Не знаю, о чём ты… — сохранял невозмутимость парень, — даже не знаю ни одного будущего короля в этих стенах.