Я сказал чистую правду. Мне не нужны их деньги или услуги — достаточно знать, что люди живут спокойно, без страха перед монстрами или алчными баронами.

Я встал и потянулся за рюкзаком, пора двигаться дальше.

— Мне нужно вернуться к мега-логову. Буду регулярно приходить, чтобы убедиться, что здесь всё в порядке.

— Ты можешь остаться, — быстро предложил Дюран. — Здесь найдётся и мягкая кровать, и хорошая еда. Это меньшее, что мы можем сделать.

Заманчиво, но…

— Спасибо за предложение, но меня там ждёт невеста, — я похлопал худощавого мужчину по руке. Лили наверняка уже места себе не находит. ь.

Я едва успел сойти с крыльца и направиться на запад по узкой улочке, как меня окликнули. Елена стояла в дверях, держа на руках Богдана.

Она смотрела на меня сверху вниз тяжёлым оценивающим взглядом. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем она заговорила. Голос звучал спокойно, но я уловил в нём скрытое напряжение.

— Дюран сказал, что соседние общины объединились, чтобы собрать нам деньги на восстановление. Он выделил нам щедрую сумму на строительство нового дома на нашей ферме.

— Рад это слышать, — искренне ответил я. — Теперь вы сможете вернуться к своей обычной жизни.

Обычной! Если вообще что-то может быть обычным после пережитого.

— Молюсь, чтобы так и произошло, — Елена помедлила, явно борясь с собой, потом решительно спустилась по лестнице. Ступеньки скрипели под её весом. Она остановилась прямо передо мной, сверля взглядом. — Это не твой ребёнок, ты же знаешь.

Прямо в лоб. Что ж, ценю прямоту.

— Я и не спорю, — сказал, стараясь звучать убедительно. Хотя, чёрт возьми, сроки-то сходились!

Она недоверчиво фыркнула, и звук получился почти как у рассерженной кошки, потом неожиданно протянула мне Богдана.

— Надеюсь, ты знаешь, как правильно держать ребёнка?

Сердце ёкнуло. Я осторожно взял малыша, стараясь поддерживать головку. Богдан оказался тёплым и удивительно тяжёлым для такого крохи. Приятная тяжесть.

Малыш поднял на меня глаза, огромные, голубые, как летнее небо, зевнул во весь свой беззубый ротик и сонно заморгал. В груди разлилось тепло.

— Он, без сомнения, прекрасный малыш, — выдохнул я.

— Да, и мы любим его всем сердцем, — Елена забрала сына обратно, прижала к себе. Помедлила, словно собираясь с мыслями, потом неохотно продолжила: — Бернард обсуждал со мной возможность назначить тебя Проводником мальчика, сир Артём, если ты не против. Я… не возражаю, если только ты не вздумаешь внушить ему какую-нибудь глупость.

Проводник. Я уже успел узнать, что на Земле это называлось крёстным отцом, но здесь его роль более практична. Проводник помогал с образованием, искал возможности для ученичества или работы. И главное, обещал позаботиться о ребёнке, если с родителями случится беда. В этом мире, полном опасностей, такое обещание весило немало.

Огромная честь и огромная ответственность. Но это позволит мне стать частью жизни мальчика. Может, не отцом, но хотя бы наставником.

— Для меня это честь, — ответил я. Голос слегка дрогнул, пришлось откашляться. — Я живу далеко, в Бастионе, сами понимаете, но я сделаю всё что в моих силах.

— Знаю, — Елена с горечью оглядела деревню. Покосившиеся дома, выбитые окна, следы недавних пожаров. — Что ж, может, нам стоит попробовать обосноваться на севере? Я вообще-то особо не привязана к этому месту, а, судя по тому, что услышала из твоего разговора с Дюраном, этот ублюдок Ланистер пытается отобрать у нас и то немногое, что есть.

Умная женщина. Слушала и сделала выводы.

— Если решитесь на переезд, в поместье Мирид найдётся земля для обработки, — предложил я.

Она уклончиво хмыкнула. Осторожная. Правильно делает.

— Загляни к нам, прежде чем отправиться на север, чтобы проверить своего подопечного, — она крепче прижала к себе Богдана. — Надеюсь, ты будешь относиться к своим обязанностям Проводника с усердием.

— Обязательно, — я кивнул ей, улыбнулся Богдану, тот снова зевнул в ответ. Потом развернулся и зашагал на запад. Солнце уже клонилось к горизонту, отбрасывая длинные тени.

Шагалось гораздо легче, чем когда входил в деревню. Душу грело спокойствие. Может, я и не отец этому мальчику, но теперь у меня есть ещё одна причина сделать этот мир безопаснее. Ещё один маленький человек, за которого я в ответе.

Метров за триста от города вепрей мой круг восприятия засёк кого-то в кустах впереди. Глаз истины высветил класс. Портной, 13-й уровень. Да это же Дайна, сестра Лили! Чёрт знает, что она там задумала, но девчонка явно не понимала, что на своём уровне я чую её с расстояния в половину футбольного поля. Не применяя никаких навыков скрытности, она сидела в засаде, будто первоклашка, играющая в прятки.

Я продолжил идти прямо на неё, решив посмотреть, что она выкинет. Если сестра моей невесты решила устроить засаду и наверняка что-то задумала. В конце концов, куниды редко делают что-то просто так.

Как оказалось, план у неё был простой и эффективный. Дайна выскочила из кустов как чёртик из табакерки, сбив меня с ног одним прыжком. Рюкзак отлетел в сторону, а она оказалась сверху, усевшись прямо мне на бёдра. Её лицо пылало от возбуждения, дыхание сбилось.

— Знаешь, о чём я думаю? — прошептала она мне на ухо хриплым голосом, от которого по спине пробежали мурашки.

Я сглотнул. Жар её обнажённого тела проникал прямо в пах через тонкую ткань, и моё тело отреагировало мгновенно. Появилось знакомое напряжение, которое куниды вызывали одним прикосновением.

— Что? — спросил я, стараясь говорить равнодушно. Не очень получилось.

Она начала медленно тереться об меня, тихонько постанывая. Движения бёдер говорили без слов, и у меня перехватило дыхание.

— Не сосчитать сколько раз меня ловили, прижимали и насаживали случайные прохожие. Или друзья, если прохожих не находилось. А когда никого не было рядом, я вспоминала приятные моменты и яростно тёрлась сама об себя.

Я едва сдержал стон, когда красавица-брюнетка запустила руку между нами и схватила член прямо через штаны. Её пальцы сжались почти грубо, лаская его до полной твёрдости. В армии бы сказали, боевая готовность номер один.

— Но я поняла, что мне больше нравится гоняться за мужчинами и самой их ловить. Годами мечтала найти того, за кем можно охотиться, прижимать к земле и брать, когда захочу.

Я вовсе не возражал против смены ролей. В конце концов, разнообразие — это пряность жизни.

— Если хочешь…

Она сильнее сжала член, заставив меня застонать. Блин, у девушки хватка, как у штангиста. — Конечно хочу. Но сначала надо убедиться, что ты готов, — её глаза блеснули. — Если готов, кивни.

Я энергично закивал. Чёрт, да я вообще уже полностью готов с того момента, как только засёк только её в кустах.

— Отлично! — Дайна резко отпустила меня и выпрямилась, всё ещё плотно прижимаясь промежностью к члену. Её глаза горели таким голодом, что у меня по спине пробежал холодок предвкушения. — Правила игры простые. Если через пять минут поймаешь меня, будешь сверху и делаешь со мной что захочешь. Если я поймаю тебя первой, ты играешь роль беспомощного зайца, пока я с тобой развлекаюсь.

— То есть я в любом случае выигрываю? — усмехнулся я. Такое мне по душе. Беспроигрышная лотерея!

Она хихикнула, и звук получился одновременно невинным и порочным.

— Мы оба выигрываем. Но погоня — это главное удовольствие, — Дайна грациозно поднялась и одним лёгким прыжком отскочила метров на шесть. Сильные ноги кунид — это не шутка. — Стоп-слово — «морковка». Считаю до десяти.

Погоди, прямо сейчас?

— Один…

Я лихорадочно сбросил оружие туда, где упал рюкзак, и рванул в лес. Надо уйти как можно дальше, пока не пришлось активировать Рывок Гончей. Этот навык — мой козырь, приберегу для момента, когда красотка-кунида бросится в погоню.

— Семь!

Может, спрятаться? Хотя какой смысл? Честно говоря, попасть в плен к Дайне, чтобы она со мной «развлеклась», звучало чертовски заманчиво. Но старшая сестра Лили явно расстроится, если я не приложу усилий. Девушки-кролики любят погоню не меньше, чем сам процесс.