И не стесняюсь признаться, я нравился сам себе. Говорю так вовсе не из тщеславия, а потому что старался для женщин. Для них хотелось выглядеть на все сто.

Мэриголд отступила на шаг, оценивая свою работу, и мечтательно вздохнула, издав такой тоскливый вздох, что я невольно обернулся.

— Ничто так не заставляет девушку пересмотреть своё решение остепениться, как чужая свадьба, — проговорила она с грустной улыбкой.

Я удивлённо посмотрел на неё. Мэриголд всегда казалась мне самодостаточной, довольной своей свободой.

— Ты передумала насчёт замужества?

Гномка нервно хихикнула, поправляя мой воротник в последний раз.

— Пока нет. Скажем так, моё мнение переместилось из категории «ни за что» в категорию «возможно», — она помолчала, глядя куда-то в сторону. — Если б я обладала достаточной долей эгоизма, чтобы взвалить на тебя и твою семью свои проблемы…

На мгновение её обычная жизнерадостность как-то потускнела, но тут же вернулась обратно. Мэриголд игриво шлёпнула меня по заднице настолько неожиданно, что я чуть не подпрыгнул.

— Ладно, красавчик, хватит прихорашиваться. Иди и сделай женщин, которых мы любим, самыми счастливыми в мире.

«Которых МЫ любим» — интересная оговорка. Это, безусловно, и являлось моей целью: сделать их счастливыми на всю долгую жизнь, что ждала нас впереди.

Я колебался секунду. Мэриголд редко показывала уязвимость, потом осторожно приподнял её маленький подбородок, заставив посмотреть мне в глаза. В больших голубых глазах гномки плескалась целая буря эмоций.

— Я никогда не давил на тебя, чтобы ты рассказала о прошлом, — начал я мягко, — но если захочешь поговорить, я здесь, а в моё отсутствие Ирен или Марона. Мы все тебя любим!

На лице Мэриголд отразилось раздражение, но скорее на себя, чем на меня.

— Мне не следовало говорить такое в день твоей свадьбы! — она попыталась отвести взгляд, но я удержал. — Что я за гномка, если позволяю чувствам взять верх⁈ Бабушка перевернулась бы в гробу! — она попыталась улыбнуться, но получилось криво. — Мои проблемы в прошлом, мастер Артём, с ними покончено, — её голос стал твёрже. — Мне нравится моя жизнь здесь, я люблю вас всех, и что бы ни принесло будущее, жду его с нетерпением.

Я кивнул, понимая, что давить сейчас не стоит. Вместо этого опустился на одно колено и обнял маленькую бунтарку, чувствуя, как она на мгновение напряглась, а потом расслабилась. Поцеловал нежно, не страстно, а с теплотой, которую испытывал к ней.

— Если однажды решишь, что готова, я сочту за честь стать твоим мужем.

Мэриголд покачала головой, но в глазах мелькнуло что-то тёплое. Она снова шлёпнула меня по заднице, видимо, это становилось традицией.

— Хватит растрачивать красноречие, хозяин, прибереги душещипательные речи для своих жён, — она подтолкнула меня к двери. — И поздравляю!

Стараниями Мэриголд, она буквально выпихнула меня за дверь, я оказался во дворе. Там уже собрались мои сопровождающие: Илин, Владис, Лиан, Харальд, Дректар и Морган.

Солнце било в глаза, яркое утреннее светило Валинора всегда жарило сильнее земного. Пришлось прищуриться, пока зрачки не привыкли. Утренний ветерок освежал, донося из сада лёгкий аромат цветущего жасмина. Где-то вдалеке слышался многоголосый гомон, гости уже начинали собираться.

Первым делом я подошёл к Илину. Дружище выглядел… Ну, как человек после первой брачной ночи. На лице играла такая идиотская улыбка, что хотелось сфотографировать и использовать для шантажа, но в глазах затаилась характерная усталость счастливого человека, который толком не спал.

— Ну что, пережил первую брачную ночь? — я хлопнул его по плечу, чувствуя твёрдые мышцы под парадной туникой. — Жена не слишком тебя утомила?

Улыбка Илина стала настолько широкой, что, казалось, ещё чуть-чуть, и лицо треснет пополам.

— Вообще-то сейчас несколько неуместно обсуждать подробности… — произнёс он тоном истинного джентльмена, но глаза выдавали всё.

— Судя по физиономии, всё прошло более чем хорошо, — я усмехнулся. — Поздравляю, дружище. Амализа потрясающая женщина, тебе повезло.

Обменялся рукопожатиями с остальными. Владис сжал мою ладонь как тисками, словно проверял, не размяк ли жених перед свадьбой. Лиан смотрел с благоговением — для него я Герой и пример для подражания. Харальд важно кивнул; северянин экономил на словах, но в глазах читалось одобрение.

Морган пожал руку спокойно, но крепко. Маг выглядел непривычно в парадной мантии, обычно он предпочитал практичную одежду для работы с землёй.

— Поздравляю, Артём, — сказал он своим размеренным голосом. — Пусть земля под ногами вашей семьи всегда будет твёрдой.

Дректар, облачённый в лучшие доспехи с гравировкой его клана, начищенные до блеска, подошёл последним. Для брата Самиры это важный день, его сестра выходила замуж за союзника и друга.

— Сегодня наши кланы породнятся окончательно, — проговорил он, сжимая моё предплечье воинским приветствием. — Это честь для нас.

— Честь взаимная, друг, — я ответил тем же жестом. — Твоя сестра — удивительная женщина. Обещаю заботиться о ней.

Мы двинулись через двор к тому месту, где вчера стояла деревянная платформа. Ноги немного подкашивались, но не от страха, а от волнения. В животе порхали те самые пресловутые бабочки, о которых пишут в романах, только у меня они были размером с птеродактилей.

Народу собралось ещё больше, чем вчера. Вечером и ночью подтянулись опоздавшие, а с утра пришли жители из дальних деревень. Толпа оказалась настолько плотной, что яблоку негде упасть. Задние ряды стояли на ящиках и бочках, дети сидели на плечах отцов, женщины забрались на заборы и деревья. Все хотели увидеть церемонию своими глазами.

По настоянию семьи, точнее, идею подала Ирен, а все её поддержали, мы снесли платформу. Пусть церемония пройдёт прямо на земле, ближе к Астерии. Моя дочка не могла покинуть свой холм, но так она хотя бы могла всё видеть и чувствовать себя частью праздника. Это означало, что собравшимся придётся вытягивать шеи, но никто не жаловался.

В первом ряду, среди почётных гостей, сидели служанки, держа на коленях наших малышей. По предложению Самиры всех детей одели в одинаковые бледно-зелёные распашонки,, чтобы показать единство семьи. Выглядели они умилительно.

Сердце сжалось от нежности. Вот они, мои дети. Ради них стоило рисковать жизнью, сражаться с ордами и строить это поместье. Пришлось сдержать порыв подойти и перецеловать все эти пухлые щёчки.

Глория оживлённо замахала ручками, увидев меня. Макс и Мила недоумённо вертели головёнками, оглядывая скопище народа, а Анна внимательно разглядывала свои пухлые пальчики. Рада, самая младшая, как и Сёма, мирно спала на руках няни, посапывая во сне.

Улыбнулся им, помахал рукой. Глория радостно взвизгнула в ответ, голос дочери разнёсся по всей площади, вызвав добрые смешки в толпе.

Я встал рядом с Астерией.

— Привет, солнышко, — прошептал тихо. — Папа женится. Ты ведь рада за нас?

Листья зашелестели, хотя сейчас установилось безветрие, по стеблю пробежала тёплая волна. Дочка отвечала. Иногда мне казалось, что чувствую её эмоции, и сегодня ощутил, что она счастлива.

Марона проводила церемонию на правах хозяйки провинции Терана. Баронесса надела своё лучшее платье, тёмно-фиолетовое с золотой вышивкой, которое подчёркивало её статус, но не затмевало невест. Она сидела в резном кресле, специально принесённом для неё, и тепло улыбалась. Сегодня она находилась здесь в официальной роли.

По традициям Харалдара музыканты заиграли на флейтах весёлую заводную мелодию. Звуки понеслись над площадью, возвещая о весне, новой жизни и радости. Мелодия была простой, но цепляющей, уже через несколько тактов я поймал себя на том, что отбиваю ритм ногой.

Музыка стала своеобразным сигналом для появления моих невест в окружении подружек и сопровождающих. Сердце заколотилось как бешеное. Не думал, что в свои тридцать с хвостиком буду волноваться как мальчишка.