«А Умберто Каниони, похоже, и сам угорает за всё это инженерное» — отметил себе Энтони.

— Но и то, и другое сильно усложняет производство, — рассказывал Каниони-старший. — В будущем можно поэкспериментировать, но пока нужно самое простое и при этом максимально эффективное. И дешёвое, конечно. Поэтому, Оллин Рив стал работать с порохом. До того мы применяли тот, который используется в ружьях. А нам необходимы другие свойства. В подробностях не расскажу, но применили серу получше, также была увеличена доля селитры. Пробовали уголь разной степени обжига. И с размером гранул варьировали.

Умберто показал на четвёртый корпус.

— Это уже соединение двух направлений. Химии и механики. И пока это максимальный результат в текущих условиях. Больше отверстие, заглушка сразу под колпачок с игнисом. Поражающие элементы нарезаны из железных прутков, так проще и быстрее. Теперь на расстоянии пятнадцать метров приличный уровень поражения.

Тиан Кольер взяла этот корпус.

— Значит, сюда засыпается порох, — произнесла она. — А взрывается игнисом?

— Именно так, госпоже Кольер, — улыбнулся Умберто Каниони. — Вот, прошу.

Он шагнул к ящику и достал готовый к употреблению корпус. Тиан его взяла. Увидела, что «чашка» закрыта каким-то материалом.

— Смола? — деловито спросила она, постукав костяшкой пальца.

— Почти, — ответил Каниони-старший…

… Поставив бомбу, Тиан Кольер взяла поданную братом пластинку из смолы с поражающими элементами.

— Ага, — произнесла она, установив пластину на место.

— Вот, — Энтони подал сестре провод. — Смотри, тут наконечник. Просто вставь в заглушку. Прям протыкай.

Наконечник провода был в виде толстой иглы. А на заглушке имелось отверстие, закрытое тонким слоем руббера (это резина, напомним). Рукоять наконечника была всё из того же ривина. Стеклопластика, по факту.

— Да, крутани, — кивнул парень, когда медное жало, проткнув серую плёнку руббера, оказалось внутри.

Наконечник был не только острый, но имел ещё и поперечный выступ. Им он фиксировался с натягом. Выступ вначале был потоньше, а потом потолще, то есть клином. Поворачиваешь по часовой стрелке, он сначала заходит в паз легко, но чем дальше, тем большее усилие надо прикладывать.

— И когда ты смог такие Щиты ставить? — спросила Тиан.

Они тут вдвоём занимались. Даже Алиса не пошла, видать, сестре надо побеседовать.

— Относительно недавно, — ответил Энтони.

И это же правда. В этом теле он недавно.

— А учил кто? — спросила Тиан, разгибаясь и вставая.

И пристально так глянула на брата.

— Того, кто учил, уже нет в живых, — ответил Энтони. — А дальше сам. Но учитель сразу и давал базу, чтобы я остальное самостоятельно мог изучить.

Женщина вздохнула. Потом её желваки вздулись.

— Проклятье, братец, — процедила Тиан. — Ты меня хочешь досрочно под землю определить?

— Наоборот, Тиан, — улыбнулся Энтони. — Как видишь, я всеми силами хочу это оттянуть.

И показал на бомбу.

— Как тебе вообще? — спросил он.

И жестом предложил пройти к рубежу. Тиан кивнула. Они двинулись к остальным, Энтони по пути разматывал провод.

— Это не панацея, — произнесла капитан. — Но неплохое подспорье.

— Именно, — произнёс Энтони. — Задумка изначально была в том, чтобы ослабить. Щит сбить и всё в таком духе.

— И это против живых, не так ли? — заметила Тиан.

— Да, — кивнул Энтони. — Против людей. Если быть точнее, против магов. Но, согласись, и голем после такого приветствия терми… хм, неодолимую силу изображать не сможет.

Капитан нахмурилась.

— Значит, вы хотите это применить в Ноксе? — спросила она.

— Испытать, — ответил Энтони. — Все идеи нуждаются в обкатке. Практика — критерий истины.

Тиан хмыкнула.

— Можно же выставить не одну такую бомбу, — продолжил парень. — А сделать несколько линий, поставить так, чтобы траектории пересекались. Прикрыть уязвимые места, закрыть узкие проходы и так далее. Представь, такая бомбочка, да в коридоре. Песня.

— И сколько таких сделают? — спросила Тиан.

— Сейчас спросим, — ответил Энтони. — Но, полагаю, немало. К тому же, кто мешает, во-первых, потом ещё подвезти? Во-вторых, по результату применения усовершенствовать?

Они дошли до рубежа, где находился маджифонс. Ранее провод наматывался прямо на штырь с резьбой и фиксировался барашком. Сейчас на штырь был накручен цилиндр. А в нём отверстие под наконечник. Такого же устройства, как на заглушке бомбы.

Энтони подал наконечник провода сестре. Та, опустившись на колено, уже без помощи брата разобралась, куда и как вставлять.

— Ставь, — коротко распорядилась Тина.

Энтони, вытянув вперёд левую руку, выставил защиту. Женщина покачала головой, снова увидев Щит в исполнении брата. А потом щёлкнула тумблером маджифонса. Ухнул взрыв. Спустя пару мгновений Энтони убрал Щит.

Тиан поднялась и, сощурившись, стояла и думала, смотря на поле, на мишени.

— Неплохо, — выдала она, наконец, вердикт.

— Минуту, сестра, — усмехнулся Энтони. — Я сейчас покажу, как сей предмет можно практически с рук применить.

— С рук? — покосилась Тиан.

— Магу, конечно.

Энтони развернулся и зашагал к столу…

… В МОНку можно ввернуть разные типы взрывателей. Например, УЗРГМ. То есть запал от обычной ручной гранаты, с трёхсекундной задержкой. Времени, чтобы поставить Щит — уйма. Для опытного мага, конечно.

МОНка, Клеймор, французская МАПЕТ, АПД, Тип 66. Даже как-то использовали чилийские мины направленного действия, но их название выветрилось из головы. Такие мины гораздо лучше для мага, чем обычная граната. Основное-то воздействие идёт в одну сторону. Да, после такого перформанса ощущения далеки от эйфории, но зато в рядах противника наблюдается полное умиротворение. Главное, сотки и двухсотки МОН не брать, они уж слишком сильно умиротворяют. И юзера могут прихлопнуть.

Для чего тут Энтони решил выпендриться. А всё просто, надо испытать, сможет ли он сейчас такое исполнить. Точнее, исполнить-то сможет, в этом есть уверенность, иначе бы не стал делать. Вопрос — насколько это будет неприятно для него самого.

Энтони, установив бомбу, щёлкнул механизмом, создавая цепь между чёрным и жёлтым кристаллами. И тут же выставил Щит. И рот открыл.

Ба-бах! В Щит врезало так, что немедленно заныла рука, сдавило голову, словно обручем. Энтони скривился.

— Как же я не люблю это, — пробормотал он.

Первый шаг дался с трудом. Внезапно реальность поплыла. Энтони помотал головой.

— Эй! Энтони!

«Очевидно, что МОНка воздействовала бы куда сильнее» — деловито констатировал Младший.

«Да, надо не сбавлять темп тренировок. Наоборот, надо ещё ускориться. За эти пару недель надо добрать по максимуму».

Во рту появился привкус железа.

— Ты как? — рядом оказалась сестра.

— Не повторяйте этого дома, — процедил Энтони. — Но принцип ясен?

— Знаешь, вот это очень… малоприменимо, — заметила Тиан. — Как-то я мало встречала на передовой алтиоров по Щитам.

— С алтиорами ты как-то…

— Братец, ты вообще отражаешь реальность? — сурово произнесла Тиан. — Щит два на пять — семь метров — это экзамен на золотого защитника! Выпуск со второго курса, на минуточку!

— А третий? Спасибо, Мариан.

Парень взял поданную ему фляжку. В ней травяной отвар. Специально для магов. Энтони взял его у Ламьена в лагере.

— В два раза больше, как по размеру, так и по времени, — ответила Тиан.

— Вот видишь, я не дотягиваю до сего почётного звания, — Энтони отстегнул бугельную пробку с фляжки.

Парень отпил отвара, поморщился. Горечь дикая, да ещё и вяжет. Вот почему все полезные вещества такие невкусные?

— Не хотела бы я оказаться там, — заметила Алиса, присевшая возле места взрыва и смотрящая на мишени.

Тиан поглядела на неё. Перевела взор снова на Энтони.

— Скажи-ка мне, братик, — произнесла женщина. — Это кого-то же ты убивал, что приходилось вот такое применять? И не говори, что ты просто попробовал.