Небо расцвело сотнями снарядов

Воинов, так как у меня их немного с собой, мы поделили примерно поровну, отправив со второй частью Вяземских двоих своих предвысших, дирижабль и с ними также их наземные силы.

Столкновение предвысших произошло явно не так, как этого ожидали враги. Двое вражеских предвысших запустили в Аню и Гришу массированные техники, пока они оба просто прорывались.

Когда же Аня и Гриша добрались до врагов — те уже начали паниковать, но было слишком поздно. Первый предвысший лишился головы довольно быстро, потому что в моём Роду практикуется сражение в тройках и двойках. Поэтому Аня и Гриша действовали как единый механизм.

Сами по себе эти баронские Рода ничего не представляют. От их возможного величия, от тех, кто когда-то бросил вызов Вяземским, даже крох не осталось. Просто загнанные и потерянные люди, вынужденные вести войну, развязанную предками и подпитывающуюся от тех, кто находится в тени…

Особое сопротивление оказали несколько отрядов. По ним было видно, что они явно не относятся к гвардии баронств, но с моими людьми им не справиться.

Понимая, что тут скоро всё будет кончено, я полетел в сторону остальных баронств, чтобы предотвратить возможный побег.

Побега как такового и не было. Три оставшихся Рода попытались распределить свои многочисленные силы по двум направлениям, но я не позволил им этого сделать, перехватывая предвысших и части их сил.

Вяземским не хватало именно этого — плеча, на которое они могут опереться. Я видел, как их воины шли в бой, уверенные, что победа близка и что не стоит переживать, ведь теперь они сражаются не одни.

У баронств было полно сил и они сражались яростно, но часть воинов рассосредоточена по землям, а наши удары били в самое сердце, без возможности вовремя стянуть войска. Да и, судя по информации ранее, часть войск им предоставляли временно. Те появлялись на поле боя, а после исчезали.

Спустя три часа от начала всего военного конфликта, за счёт того, что мы застали врагов врасплох и за счёт того, что я не давал всем силам смещаться — всё было почти кончено.

Но всё ли?

Глядя вдаль, я чувствовал сильную энергию. И не одну. Сюда летят двое высших.

Две энергоструктуры быстро приближались, и, кажется, Светлана тоже это почувствовала. Пока внизу догорали огни, женщина вышла далеко вперёд так, чтобы защитить всех остальных.

Судя по её виду — она нисколько не переживает. Вот только наверняка специально держит маску, чтобы не боялись другие.

Я скрыл энергию, чтобы немного понаблюдать.

Светлана Вяземская стояла и смотрела вдаль. Там она чувствовала приближение мощной маны. Пару мгновений и пространство перед ней взволновалось. Неподалёку появились двое высших: граф Соколов и высший водной стихии, имени которого она не знала, потому что ей было всё равно.

Оба огляделись, а затем Соколов нахмурился.

— Что здесь происходит? — спросил он, смотря на женщину. — Боевые действия внутри страны запрещены во время войны.

Светлана спокойно смотрела на него, ничего не отвечая.

Двое высших… И так быстро прилетели? Что-то тут неладно… Они оба должны быть на границах, но вместо этого находятся здесь. Неужели Сергей был прав и в делах действительно замешаны другие графы, если один из них сейчас прямо здесь?

— Я спрашиваю, — повторил Соколов, — что здесь происходит?

— Не твоё дело, — холодно ответила Светлана. — Ты зачем сбежал с места, которое должен охранять? С цепи сорвался?

Соколов прищурился, смотря на неё. Женщина почувствовала, как мана уплотнилась и приготовилась защищаться от давления, но в этот момент мана резко рассеялась, что заставило Соколова нахмуриться, а водника странно посмотреть на него.

Соколов быстро взглянул на второго высшего, но тот лишь помотал головой. Тогда мужчина вновь перевёл взгляд на женщину.

— С огнём играешь, Вяземская, — высокомерно произнёс он.

— Ой ли? — усмехнулась женщина, уверенно смотря на, по её меркам, сосунка. — Не ты ли тот огонь, о котором идёт речь? И давно у падальщиков, что действуют из тени, появились такие громкие названия? Может лучше бы назвался тенёчком для Романовых? Или их бледной тенью?

Светлана нисколько не боялась выражаться. Полностью бояться она разучилась в первые годы ухода Виктора. Ей было буквально плевать на императорский Род. Особенно ей было всё равно на его собак, которые стояли перед ней. Те не явились бы так просто так, а значит действительно имеют отношение к ситуации в этом месте.

Если они прилетели их убивать — то убьют и так. А если же чтобы разобраться, то не станут действовать в открытую. Что женщина знала точно — она не станет ни перед кем преклоняться.

— Смело, — усмехнулся Соколов. — Так выражаться себе могут позволить только Вяземские. Ничего за душой толком и не имеете, зато наглости набрались выше небес. Я так понимаю, что твоя наглость — это твой щит?

— Щит, — с полуулыбкой прищурилась женщина. — Щит нужен только тебе и таким как ты, Соколов. Вы там друг друга покрываете, лишь бы не оказаться виноватыми и лишь бы не остаться идиотами, когда проиграете в очередной раз нам войну.

— Всё также остра на язык, — цокнул Соколов. — Но ничего. После того, что вы тут натворили — ты уже не сможешь открывать рот. За нарушение императорского закона тебя отправят на фронт и лишат титула, а твоему Роду придётся последовать вместе с тобой.

Глядя на него, Светлана поняла, что это был один из исходов, который ожидали их враги. Либо Вяземские падут, либо переступят черту и тогда от них избавятся. Они продумали буквально всё и действовали чужими руками, так что сами оставались чистыми по всем статьям.

— А сейчас, — продолжил Соколов, — именем императора — я прекращаю всю вашу деятельность. Светлана Вяземская — ты и твой Род обязаны сдаться добровольно, чтобы я доставил вас на суд.

— Вперёд, — спокойно пожала плечами женщина, но внутри у неё закипала ярость на всю эту ситуацию.

Вот тот ублюдок, что так долго сосал кровь из их Рода, а она ничего не может сделать, потому что понимает разницу в силах. Ей с одним высшим не справиться, не то, что с двумя.

— Сопротивление? — вскинул бровь Соколов. — Пожалуй, Вяземским действительно пора исчезнуть. Вы слишком долго позволяли себе наглость по отношению к империи. И если император это терпит — то я не стану. Давай же, покажи всю вашу натуру, я с радостью воспользуюсь этим, — на его лице появилась едва заметная улыбка. — Ну или пора бы уже понять, что это предел твоей наглости.

Оба высших медленно двинулись к Светлане, пока на них сверху вдруг не надавила мощная сила. Она была такая явная, что сгущала воздух вокруг, чуть ли не сжимая его. Высшие от удивления резко отпрыгнули назад, накрывая себя покровами, а в следующий миг перед Светланой появился Сергей.

— Двое здоровых лбов на одну женщину? — послышался спокойный голос парня. — Где ваше благородство, Соколов? Или у вас оно тоже заёмное, как и ранг высшего?

Женщина, смотря на спину появившегося сына, отвела взгляд в сторону. Ей не нравилось, что кто-то стоит впереди. Однако где-то глубоко внутри Светлана почувствовала тепло. Тепло от того, что пусть и не родной, пусть и тот, с кем они не были в ладах, но сын стоит гордо и прямо, не боясь ничего. Именно такими и должны быть Вяземскими.

Признаться, я так ничего толкового и не выяснил из их диалога. К сожалению, всё, что сказал Соколов — лишь то, что он действует от имени императора. Но он и так довольно часто это делает. Так что где правда, а где нет — не поймёшь. Порой те, кому дали возможность действовать от чего-то имени, пользуются этим повсеместно, не принимая в расчёт возможные риски.

Наглость, которую проявили двое высших, прямо говорит об их намерениях. Я мог представить себе, что Соколов будет к этому причастен, но другой высший… Вот тут уже явный намёк на то, что он в сговоре с Соколовым.