— Доброе утро, — говорит она всё с тем же тщательно скрываемым выражением лица.

Когда-нибудь мне действительно нужно будет выяснить, почему здешние женщины, кажется, держат меня на расстоянии вытянутой руки. Возможно, это просто потому, что я новичок, но у меня такое чувство, что это нечто большее. Интересно, связано ли это с моим соперничеством с Афиной или с тем, что я знакома с Дином Блэкмуром? Но я не понимаю, какое это имеет значение. Но пока я отбрасываю эту мысль.

— Доброе утро. — Я нацепила на лицо лучезарную улыбку, стараясь выглядеть как можно бодрее. — Ты не знаешь, где я могла бы найти Старлу?

Дебби изучает меня долгую минуту.

— Насколько мне известно, она в доме своего отца. Но я не видела её со вчерашнего дня.

Я с трудом сохраняю улыбку.

— Не могла бы ты сказать мне, где это?

Байкерша прервала уборку, чтобы обдумать свои следующие слова. Затем она вздохнула.

— Полагаю, я не вижу в этом ничего плохого. Это примерно в двадцати минутах ходьбы в ту сторону. — Она тычет большим пальцем куда-то на юг. — Я запишу для тебя адрес.

Я подпрыгиваю на носочках и стучу ногтями по краю барной стойки, пока она уходит в подсобку за листом бумаги. Когда она возвращается, то уже отрывает листок. Она молча протягивает его мне и возвращается к уборке бара.

— Спасибо, — говорю я, направляясь к двери.

Мне кажется, что я нарушаю правила, покидая клуб без Гейба. На самом деле я действительно нарушаю правила. При мысли о том, что он узнает, что я вышла из дома без его разрешения, у меня в животе всё сжимается от волнения. Но если я с кем-нибудь не поговорю, то просто сойду с ума. И Старла — единственная, кто открылась мне с тех пор, как я приехала.

Приятно находиться на улице и, честно говоря, быть одной. С тех пор, как я очнулась в спальне Габриэля, меня ни на минуту не оставляли в покое, разве что я лежала там и ждала его возвращения. Приятно греться на солнышке и разминать ноги. Мне действительно нужно начать заниматься чем-то помимо секса. Я чувствую своими мышцами, что мне нужно хорошенько позаниматься йогой. Прогулка довольно простая, и хотя я не так хорошо знакома с этим районом, его улицы расположены достаточно логично, чтобы я могла найти дорогу к дому Старлы… и Марка, я полагаю.

Мысль о том, что мои пути пересекутся с президентом после того, как я стала свидетелем его участия в казнях прошлой ночью, вызывает у меня нервный трепет по спине. Но мне это действительно нужно, так что я могу только надеяться, что Марка сейчас нет дома.

У милого маленького домика, выкрашенного в бело-голубые тона, есть большая веранда, на которой я бы с удовольствием посидела и выпила холодного чая, а ещё там есть идеальные качели для такого времяпрепровождения. Я стучу, а не звоню, потому что дверной звонок выглядит так, будто его давно сломали. Затем я нервно стою, сомневаясь в правильности своего решения и в том, стоило ли мне сюда приходить.

Но прежде чем я успеваю передумать и развернуться, дверь распахивается, и Старла удивлённо улыбается мне.

— Привет, Уинтер! Не ожидала тебя здесь увидеть. Зайдёшь?

Я чувствую, как мои щёки краснеют от смущения.

— Да, прости, что застала тебя врасплох. У меня нет твоего номера... Наверное, ты была бы рада, если бы я сначала позвонила. — Я медлю, но Старла отходит от двери и жестом приглашает меня войти.

— Тебе здесь всегда рады. Проходи. Я как раз пекла банановый хлеб. — Она улыбается и берёт меня за руку, затаскивая в дом, когда я не спешу входить.

Она закрывает за мной дверь и ведёт меня на кухню. Внутри дом мило обставлен мебелью в стиле старых фермерских домов 60-х годов. Кухонные шкафы выкрашены в мятно-зелёный цвет, который каким-то образом сочетается с устаревшим, почти ретро-декором, и я нахожу это маленькое пространство почти очаровательным.

— Как всё прошло с доставкой еды? — Спрашиваю я, внезапно смутившись от необходимости говорить о том, что мне нужно обсудить.

— О, отлично. День благодарения пройдёт без сучка без задоринки. Тебе придётся присоединиться к нам. — Старла открывает духовку, чтобы заглянуть внутрь, а затем закрывает её.

— Я бы с удовольствием, — улыбаюсь я. До меня доносится лёгкий аромат горячего хлеба, от которого у меня слюнки текут. — Вкуснятина, — добавляю я, оценивающе поглядывая на духовку.

— Это рецепт моей мамы. Если хочешь, я поделюсь с тобой.

— С удовольствием. — Моя улыбка становится шире при мысли о выпечке, хотя я не могу припомнить, готовила ли я когда-нибудь что-нибудь подобное. Я понятия не имею, с чего бы мне начать. — Или, может быть, ты как-нибудь покажешь мне, как это делается? — Спрашиваю я неуверенно.

— Конечно. — Старла улыбается и указывает на кухонный стол. — Хочешь чашечку кофе?

— Звучит заманчиво. Спасибо. — Я опускаюсь на кухонный стул, слегка вздрагивая, когда моя исполосованная плоть задевает твёрдую древесину.

Старла, кажется, слишком долго изучает меня взглядом, прежде чем она поворачивается к кофейнику и наливает кофе мне и себе. Затем она подаёт то и другое на стол. Придвигая ко мне чашку со сливками и сахаром, она ждёт, пока я приготовлю себе кофе, прежде чем добавить в свой кофе здоровую порцию сливок и две ложки сахара с горкой, от чего мне хочется рассмеяться.

— Итак, Уинтер, чем я могу тебе помочь?

Я прикусываю губу. Неужели так очевидно, что я пришла за помощью?

— Не пойми меня неправильно, я рада, что ты зашла. Но что-то мне подсказывает, что это не просто визит вежливости.

Я опускаю взгляд на свою кофейную кружку, которую крепко сжимаю обеими руками.

— Да, надеюсь, ты не против, но мне больше не к кому обратиться.

Старла протягивает руку через стол и сжимает моё запястье.

— Я рада, что ты доверяешь мне настолько, чтобы прийти ко мне. Ты можешь рассказать мне всё.

От её поддержки я слегка расслабляюсь и вздыхаю. Когда я всё ещё не могу подобрать слова, Старла широко распахивает глаза.

— Ты ведь не… беременна, не так ли? — Удивлённо спрашивает она.

— Нет! Боже, нет. Дело не в этом. — Я благодарю судьбу за то, что Габриэль всегда осторожен, даже когда наш секс неожиданно становится диким и грубым. — Просто… мне кажется, что я с трудом привыкаю к образу жизни байкеров. Иногда мне кажется, что я нахожусь в самом безопасном месте в мире, и Габриэль готов защищать меня ценой своей жизни, и что это одна большая семья и все поддерживают друг друга. «Сыны дьявола» явно любят и ценят Гейба, и я познакомилась со множеством интересных и уникальных людей...

Старла усмехается.

— Они уникальны, это точно.

Я слегка улыбаюсь.

— За последние несколько недель я сильно привязалась к Гейбу. Я знаю его не так давно, но мне кажется, что я знаю его всю жизнь, и что мы просто… иногда понимаем друг друга с одного взгляда. Я не знаю. — Я снова опускаю взгляд на свой кофе и, помедлив, подношу его к губам, дую на него и делаю глоток. — В Гейбе так много того, что мне нравится, и всё же... — Я делаю глубокий вдох. — Он меня пугает. — От этого признания у меня наворачиваются слёзы. Мне ненавистна мысль о том, что я его боюсь, ведь он заботится обо мне, присматривает за мной и невероятно хорошо ко мне относится, несмотря на свою собственническую натуру. Такое ощущение, что я ему действительно небезразлична.

Карие глаза Старлы смягчаются от доброты.

— Иногда он может быть пугающим. Но на самом деле он просто гигантский плюшевый мишка. Чем он тебя пугает?

— Наверное, — я прикусываю губу, не зная, стоит ли рассказывать Старле о том, что я видела, и решая, что будет лучше и безопаснее — я видела кое-что, что он сделал, и это заставляет меня беспокоиться, что он может причинить мне вред. Я хочу сказать, что он иногда так злится... — я уклоняюсь от ответа.

Старла грустнеет и проводит пальцами по своим длинным каштановым волосам, убирая их с лица и обнажая красный шрам, идущий вдоль челюсти.

— Он вымещает на тебе свой гнев?