Глава 18

Я не могла отвести взгляда. Ненавижу его!

Он заставляет меня хотеть его, желать так сильно, что я готова была разорвать эту полукровку, выгнать ее, но сумев сдержать эмоции, лишь прижала с усилием бедра друг к другу. Между ними влажно, и он чувствует это. Оборотни всегда отличались отменным нюхом и Руслан Фетисов не исключение. Самодовольная улыбка на его лице даёт понять, что ему всё это очень нравится, и даже заводит сильнее.

Девушка старается, выписывает там, наверное, языком немыслимые пируэты, пока он смотрит в мои глаза и наслаждается процессом.

Я уже почти на пике. Мне хочется дотронуться до себя, но я сжала кулаки. Нет. Я выстою.

Внезапно что-то меняется, он отталкивает от себя полукровку и говорит ей:

— Вон.

Та в замешательстве убегает, не смеет возражать, а Фетисов поднимается.

Его налитый толстый член тянется кверху, покачивается при каждом шаге. Пока не оказывается прямо передо мной. Фетисов подходит и одним рывком поднимает меня и усаживает на дубовый стол, вклинивается между ногами, проводит ребром ладони по влажным складкам.

И резком толчком входит до упора.

Безумная случка двух оборотней, вот как это я бы назвала. Хватаясь за его шею и плечи, я двигала бедрами навстречу, а он бил словно отбойным молотом.

Мы ничего не говорили, только бурно отрывисто дышали, хрипели. Мои стоны были на грани криков, а его утробное рычание заглушалось на моей ключице.

Укусив раз, он тут же зализал ранку, а потом кусал снова и снова, заставляя меня биться в экстазе.

Когда всё закончилось, он взмокший весь насквозь, одернул моё платье вниз.

— Иди прими душ и жди меня в спальне. — снова холодный тон.

Успел заправить член в брюки, потом громко позвал одного из своих людей. Тот явился незамедлительно.

Кивнул на меня, ни слова не говоря, а тот чуть отстранился, дождавшись, когда я пойду. Стало ясно, что теперь без сопровождения я никуда не выхожу, даже из спальни Фетисова. Теперь я личная игрушка Фетисова, пока на мне его метка. Игрушка, потому что предложения руки мне никто не делал. А метка это признак собственности. Ты либо жена, либо бесправная девка для развлечений с меткой, из-за которой тебя никто из других оборотней не тронет.

Всё пошло явно не так. Я прижимала руку к основанию шеи, оно неприятно зудело, жалило. Зачем он укусил меня? Хочет, чтобы я дольше мучилась? Как известно меткой волк привлекает к себе волчицу, заставляет ее стать его парой. И она становится зависимой от него, постоянно жаждет его внимания и прикосновений. Метку ставят только своим парам, потому что любая, кто получит метку, но не может рассчитывать на долгие и прочные отношения, будет потом долго мучиться, так как пара ее оставит. Такие метки заживают долго, заставляют слабых духом девушек унижаться, бегать за парой, искать внимания своего волка, а если он к тому времени заводит новую, то ее ждет мучительное ожидание исчезновения метки. Исчезает она примерно от шести до девяти месяцев, сопровождаясь целым букетом недомоганий от высокой температуры до комы.

Зачем Фетисов поставил ее мне? Только с целью заставить мучиться.

Сопровождающий не смотрит на меня. Мало того, держит дистанцию. Он ясно ощущает запах вожака на мне, теперь я защищена от посягательств других оборотней. А уж соперничать с самим Фетисовым никто не решится.

Безымянный охранник доводит меня до спальни босса и остается снаружи. Не ушел, даже когда я вернулась из ванной, завернувшись в халат, пахнущий Русланом я села на кровать. И что теперь? Ждать его? Он снова захочет потрахаться? Такая и ждет меня участь, пока не надоем?

А еще, чем дольше он будет поддерживать свою метку на мне, тем больнее мне обойдется расставание.

Я словно в капкане. Проворачиваю в мыслях разговор с Лорой. Я совсем не узнавала подругу, которая вдруг сказала мне, чтобы я ни о чем не волновалась, что Фетисов тот, кто нужен мне, что он сможет защитить… Да меня защищать от него надо было! Больше никто не угрожает нашему с Ангелочком спокойствию. Всё из-за Алекса, который бросил свою семью и исчез. Я не верила Лоре. Она не могла мне такое сказать добровольно. Неужели он нашел способ надавить и на нее?

Фетисова долго не было, поэтому я подмяла под себя ноги и улеглась на край кровати, свернувшись калачиком. Веки закрывались, а после того, что он проделал со мной в кабинете не мудрено, что меня клонит в сон.

Мне ничего не снилось, вообще казалось, что я вот только закрыла глаза. Но когда распахнула ресницы, то в окна комнаты ярко светил солнечный свет. Я лежала укрытая одеялом, всё так же в шелковом халате хозяина спальни. С его стороны кровать примятая, но уже холодная. Остался только запах, он точно ночевал здесь. Почему не исполнил своё обещание? Или он не обещал? Весь мой план, чтобы он перевел своё внимание на Адель пошел трещинами.

Метка побаливала, но следов почти не осталось. Только след от укуса, который останется как свидетельство укуса.

Вышла из гардеробной в платье с длинным разрезом до середины бедра. В этот раз я надела бельё. Не думаю, что в его планах было держать меня постоянно полуголой, учитывая количество комплектов, развешанных на плечиках.

Когда вернулась в спальню, то заметила на журнальном столике белую папку.

Контракт.

Рядом лежала ручка в футляре, толстый намек на то, что я должна его подписать.

Бессрочный.

На полное подчинение.

А как насчет нескольких обещанных пунктов с моей стороны?

Я взяла папку в руки.

Основные положение, на мои обязанности хватило двух абзацев. Полное подчинение сильно не распишешь. А вот его обязанности были списком чуть больше.

Защита, полное содержание моё и дочери, дом в городе в одном из элитных районов, куда я смогу переехать после окончания контракта. Сумма на счету, которой я смогу воспользоваться позже.

Этой суммы хватит оплатить обучение Ангелочка и в школе, и в ВУЗе потом. И ещё останется на наше с ней безбедное существование.

Это неподъемные деньги для меня. И еще этот дом. Что он хочет от меня получить за всё это? Теперь мне кажется, что узел на моей шее затянулся сильнее.

На последнем листе я удивленно спотыкаюсь взглядом. Место для моих пунктов, которые я не приемлю.

Дописать от руки.

Печать и его подпись стоит.

Он примет любое уточнение с моей стороны?

Недолго думая, я пишу ровным каллиграфическим почерком, что отказываюсь от стерилизации, готова применить временную контрацепцию.

И вторым пунктом, что не приемлю никаких публичных наказаний и унижений моего достоинства. Даже если это его прислуга.

Закрываю папку и кладу обратно на столик.

Стараюсь сохранять спокойствие, но сердце заходится в ускоренном ритме. Если он не примет эти пункты?

Вздрагиваю, когда раздается стук в дверь. Я чувствую, что кроме охранника там стоит женщина. Не Адель.

— Войдите.

Дверь отворяется и я вижу одну из горничных, которая развешивала мою одежду.

— Кира Златановна, завтрак принести сюда или накрыть в столовой?

— В столовой. — не хочу сидеть в комнате, да и немного разведать обстановку не помешает.

— Хорошо. Через пять минут всё будет готово. — она, опустив взгляд в пол, уходит. А я подхожу к дверям. Охранник стоит у стены.

— В столовую. — говорю ему и он кивает. Идет впереди, я за ним. Зачем ко мне приставлять конвоира внутри дома? Можно подумать, я могу себе позволить, что-то устроить. Пока моя дочь во власти Фетисова.

В столово суетится та же горничная, ухаживает за мной. Охранник стоит у дверей.

— Расслабься, я не собираюсь ничего вытворять. Ты хоть ел? Иди поешь, с твоим хозяином можно с голоду помереть.

Молчит.

— Ну как хочешь. — пожимаю плечами и принимаюсь за завтрак.

Буду хорошей девочкой. Если Фетисов не взбесится от написанных мной пунктов, то я справлюсь.