Входит.

Я следом.

Ничего не спрашиваю, не хочу его злить. Хотя он в хорошем расположении духа.

Огромная круглая кровать, на которой лежит атласное платье на тоненьких бретельках, очень короткое.

— Иди помойся, от тебя фонит, как от бомжа. Ванная там. — показывает на дверь внутри комнаты. Я иду к двери.

Оказываюсь в просторной ванной с джакузи и душевой кабиной. Выбираю второе. Сбрасываю одежду и встаю под струи воды.

Минут десять понадобилось, чтобы сбить с себя посторонние запахи. Из душа я вышла посвежевшей, накинула халат, висящий на вешалке.

Фетисов ждал в комнате, он никуда не ушел. Рассматривал что-то в телефоне.

— Надевай.

При нем? Я уставилась на него, а он усмехнулся, словно прочитал мои мысли.

Медленно сбросила халат, оставаясь обнаженной. Взяла платье и поняла, что белья мне не предоставили.

Оно село ровно по фигуре, нежно заструилось по телу, приятные ощущения от ткани, я даже погладила рукой, на секунду забывшись, кто передо мной.

Фетисов не сводил взгляда.

Голодного.

От которого жгло кожу.

Тело покрылось мурашками от одного только воспоминания близости с ним.

— Где моя дочь?

— Я уж думал не спросишь. — вновь усмехнулся. — Идем. Обсудим твое положение.

Мы спустились по другой лестнице, никого не встретив по пути, чему я была очень рада. Разгуливать в платье на голое тело перед охраной не хотелось.

Вошли в гостиную и я увидела Ангелину, которую завела за руку незнакомая мне женщина с противоположной стороны.

— Мам! — дочь вырвала руку и бросилась ко мне. — Мама!

— Доченька! — я присела на колени, чтобы обнять ее. — С тобой всё хорошо? Тебя не обижали?

— Обижали! — надула губки и недовольно глянула на Фетисова. — Ты обещал, что тетя меня не обидит.

— Руслан Эдуардович, я…

— Ты свободна. — резко перебил женщину Фетисов. Та не стала ничего возражать, опустила голову и сразу же вышла.

Я еще разберусь с тем, что она себе позволяла с моей малышкой. Обнимала её и не хотела отпускать.

— Больше не обидит. — мягче сказал Ангелине. — Идем, ты, наверное, проголодалась?

Он обращался к дочке, как будто меня тут нет!

Ангелина выпустила меня из объятий и взяла за руку. Вместе мы пошли за ним.

В столовой был уже накрыт стол. На три персоны. Незаметная горничная подала блюда. Мы сидели по разные стороны от Фетисова. Словно семья. Но я не понимала, к чему это всё, пока он не начал говорить со мной.

Ангелина к тому времени поела. Её увела горничная.

— Вы будете жить здесь. Пока ты меня слушаешь и выполняешь условия контракта, ты видишь свою прекрасную малышку каждый день. Как только нарушаешь хоть один пункт, ее увезут. Я присмотрел женщину, которая сможет удочерить ее.

— Что? Я не отдам ее… Только не это, пожалуйста.

— Слушайся и она останется с тобой. — равнодушно ответил он. — Контракт тебе передадут вечером.

— Что за контракт?

— Ты отдаешь все права пользования тобой и твоим телом мне. Бессрочно. Пока я сам не решу прервать его.

— Я не полукровка. Я никогда не…

— Женщина готова забрать твою дочь уже сегодня. Я даже дам тебе выбрать несколько пунктов, чего ты не приемлешь. И обязуюсь выполнить условия контракта.

Я промолчала в ответ. Ради дочери я на всё пойду. Но отдать себя в безраздельное пользование? Такое делают только с полукровками.

— Позже я увезу тебя на стерилизацию. — я вспыхиваю и смотрю на него ненавидящим взглядом. Но Фетисову плевать на меня и мои чувства. Он нашел рычаг давления на меня.

Глава 16

Когда меня сопроводили из столовой, не разрешив видеться с дочерью, то привели уже не в кладовку, а в спальню на втором уровне правого крыла. Здесь на весь этаж было всего две двери, вторая, я так подозревала, вела в апартаменты Фетисова.

Спальня, ванная, гардеробная с размером в половину моей бывшей квартиры. Но не размер меня впечатлил, а две горничные, которые быстро развешивали одежду из брендовых пакетов. Пакетов было очень много. Бельё с срезанными бирками лежало в плетеной корзине. Очевидно, его унесут в прачечную, перед тем как разложат по полочкам.

— Это Адель. — сказал Фетисов, после того как сообщил о контракте.

В столовую вошла молодая женщина лет тридцати из полукровок. Это я сразу учуяла.

— Она тебе всё покажет. Уведи её.

Это уже приказ для его верной шавки. Та бесцеремонно взяла меня за локоть, который я выдернула из ее рук. Если Фетисов и имеет контроль над мной, удерживая Ангелину, то этой беспородной я не позволю себя унижать.

— Руки. — злобно ответила ей, та глянула на своего хозяина. Не знаю, чем ответил он ей, но больше рук она не распускала.

В спальне она прошлась к окну и выглянула наружу.

— Пошевеливайтесь тут! — крикнула горничным и быстрым шагом вышла. Я прикрыла за ней дверь и села на кровать. В комнате еще было полно пакетов и коробок из-под обуви, каких-то немыслимых аксессуаров, даже несколько шляпок, которые я в жизни не носила.

— Стерва. — услышала шепот из гардеробной.

— Тише. — ответил другой голосок, совсем юный. — Хочешь снова наказания?

Я поднялась с постели и направилась к девушкам.

— Она вам не нравится? — сложила руки на груди, встала, опираясь о дверной косяк.

— Ой… — одна из горничных выронила сумочку на пол, та упала, лязгнув металлическим ремешком. — Простите меня… — вся съежилась, сжалась в комок.

— Пустяки. Эта сумка вообще не в моем вкусе. Как вас зовут? Да хватит трястись, я тут тоже в непонятных условиях.

— Вы девушка господина Фе-Фетисова. — заикаясь, произнесла горничная.

Я презрительно фыркнула.

— Можно сказать я его вынужденная гостья. Уж точно не девушка. Глаза б мои его не видели.

— Значит, это правда? — молодая, тыкнув вторую под бок локтем. шепнула ей: — я тебе говорила, не зря болтают об этом.

— О чем? — переспросила её. — Обо мне?

— Запретили вас выпускать из территории.

— Не удивительно.

Хотя это зря. Я всё равно никуда не денусь без Ангелины.

— Значит, недолюбливаете Адель? Есть за что?

— Она стерва. Спит с хозяином, полукровка, и думает, что выше нас. Мы хоть и бедны, и горничные, но не полукровки.

— Зарабатываем честным трудом.

Ага, я бы, конечно, им сказала, какой у них честный труд: покрывать своего Фетисова в похищении ребенка и меня. Но не стала ничего говорить, если Адель они не любят за то, что она обычная выскочка-полукровка, вовремя раскинувшая свои ноги перед боссом, то его они наверняка превозносят до небес.

Оставила девиц, у них еще полно работы, а сама откинула покрывало с постели, улеглась прямо в платье и накрылась им. Мне нужен план, и вообще решить, что делать, пока я не придумаю этот план.

Ангелине он не причинит вреда. Меня же ждет его контракт на безоговорочное послушание. Трогать он меня не будет, раз собрался стерилизовать. Ублюдок. Я, конечно, не думала еще обзаводиться потомством, в своем-то положении, но так поступать со мной. Это очень жестоко.

Есть только один способ избежать стерилизации. Оттянуть его желание переспать со мной. А для этого мне нужна Адель. Если она начнет его усиленно соблазнять, возможно, он на время обо мне забудет. А чтобы она перешла в эту фазу, мне следует как можно больше ее позлить. Дать ей понять, что он меня хочет.

Только как это сделать?

Думала будет сложнее.

Но Адель глупа и недальновидна, она примчалась ко мне уже через несколько часов. Судя по ее словам, до нее дошло, что прислуга называет меня девушкой хозяина.

Она прошлась по спальне, остановилась у камина, постукивая ногтями по его кирпичной поверхности.

— Я с ним сплю. Каждую ночь.

Да ради бога. Подумала про себя. Но пришлось изобразить растерянность.

— И сегодня он приказал ждать его.

Она решила, что добивает меня этими словами, но если меня и задело, то точно не ее слова.