– В Пазань? – уточнил он, снова одарив меня внимательным взглядом, от которого становилось не по себе.

– В Усть-Драконар, – с трудом припомнив название города, поправила я.

Паренек с недоверием хмыкнул.

– Совсем врать не умеешь, – заключил он с осуждением, словно это был самый страшный недостаток из всех возможных.

– Это еще почему?! – возмутилась я. – Правду говорю.

– Усть-Драконар в тридцати километрах отсюда, а ты в Пазань ехала.

У меня от удивления вытянулось лицо. Получается, в кассе меня отправили в другую сторону?!

– Погоди, ты уверен, что речь про Усть-Драконар, а не про какой-то иной город? – переспросила я с сомнением.

Он только улыбнулся в ответ.

– И как мне туда добраться? – выдохнула я печально, больше обращаясь к себе, чем к пареньку.

– На дилижанс утром сядешь и вперед, – равнодушно пожал он плечами.

На душе сразу стало легче. Найдем скромный постоялый дом с горячей ванной и сытным ужином, переночуем и в Усть-Драконар. Жизнь налаживалась.

Джон насвистывал под нос веселый мотивчик. Ботинки перестали отвратительно чавкать. Грязь на платье подсохла, и запах от нее растворился в свежих ароматах леса. Так мы и шли в тишине, думая каждый о своем, пока сквозь деревья не показалась речка.

На ее берегу, опираясь покосившейся стеной на мощный дуб, скромно притаилась избушка. В одном из окон отсутствовало стекло. Между старых досок виднелись дыры. В моем бывшем саду сарай для инструментов и тот был больше.

– Вот мы и дома, – радостно оповестил меня Джон и распахнул передо мной незапертую дверь.

Все не так плохо, – уговаривала я себя, залезая в реку и громко стуча зубами. Зажав в ладони крохотный огрызок мыла, я быстро оттерла что смогла, ополоснулась. И выскочила на берег, закончив в рекордно короткие сроки. Натянула на мокрое тело чистые мужские штаны и рубаху, любезно выделенные мне владельцем дома, и принялась застирывать платье.

Джон устроился у костра, колдуя над кипящим на огне котелком.

Голодный желудок капризно заурчал, требуя что-нибудь съесть.

– Что готовишь? – спросила я, втягивая носом незнакомый аромат.

– Крапивный суп, – сообщил малец, аккуратно помешивая зеленое месиво.

Никогда о таком не слышала, но голод толкал на эксперименты.

Видя мое нетерпение, Джон усмехнулся и пообещал:

– Скоро будет готов. Тащи из дома тарелки.

Внутри избушки царила сырость. На стенах виднелись влажные подтеки. Одна из досок в полу проломилась, формируя опасную дыру. Посуда лежала на столе, аккуратно сложенная и помытая. Стоило отдать должное хозяину, даже в такой обстановке он, как мог, поддерживал чистоту.

Я взяла две потертые, но вполне еще живые миски и ложки, но внезапно остановилась. Рядом с посудой высилась кучка из украденных в поезде вещей. Немного денег, золотой браслет, запонки сомнительной желтизны и наручные мужские часы. Тут же пристроился мой кошелек и документы.

Рассматривая наворованное богатство, я недоумевала, где он все это прятал. Сколько я ни смотрела на мальца, его руки всегда были пусты.

– Ты что там застряла? – позвал он, и я выскочила на улицу, протягивая посуду.

Используя настоящий половник, где только добыл, он зачерпнул зеленого отвара и протянул мне полную тарелку.

С осторожностью помешав содержимое и не найдя ничего опасного для здоровья, я попробовала получившийся суп.

– Вкусно, – выдохнула изумленно. – А мясо где взял?

Джон хитро прищурился и засунул руку в штаны. У меня кровь отлила от лица, и открылся рот, когда оттуда показался приличный кусок хлеба.

– Как? Зачем? – с трудом подбирая слова, пролепетала я заикаясь.

Паренек осуждающе покачал головой, словно прочитал мои мысли, и показал пришитые к поясу сумки. Так вот, в чем секрет. Он складывает все туда.

– Джон, – решила я поговорить с ним начистоту. – Ты не можешь жить здесь один и воровать по вагонам. Рано или поздно тебя поймают и посадят в тюрьму или отправят в сиротинец.

– Мне здесь нравится, – коротко отрезал он, не желая меня слушать. – И потом они не догадываются, что я дракон и могу удрать через окно.

– Ну допустим, пока тебе везло. Но наступит зима, ты околеешь в этом доме, – с чувством произнесла я.

– И что ты предлагаешь? – осведомился он, глядя мне прямо в глаза.

Об этом я толком не подумала. Действительно, что я могла ему предложить?! Мне самой было негде жить, а в скором времени, возможно, и есть будет не на что.

– Вот, – протянул не по годам умный ребенок, правильно расценив мое замешательство.

– Уверен, что сиротинец для драконят не лучше?! – краснея спросила я.

В душе скреблась целая сотня кошек. Эх, не это мне следовало сказать. Совсем не это.

Он поднял на меня свои зеленые глаза и тихо ответил:

– Для драконят нет специального сиротинца.

После этих слов мы еще долго сидели в тишине, грустно поглядывая на костер.

К ночи начал накрапывать дождик, и мы переместились в дом. Передвинули кровать в сухой угол и, завернувшись в одеяло, спали до самого утра.

– Пойдем со мной, – предложила я Джону, когда он собрался проводить меня до дороги. – Я не знаю, что меня там ждет, но мы как-нибудь разберемся.

Он отрицательно покрутил рыжей головой.

– Спасибо, Эмили, но я лучше останусь здесь.

Когда я, покачиваясь в дилижансе, направилась в Усть-Драконар, а Джон остался один стоять на дороге, у меня на глазах наворачивались слезы. Я уже готова была выпрыгнуть из повозки и побежать за ним, но вовремя остановилась, заметив отсутствие обручального кольца.

Усть-Драконар встретил меня неторопливой атмосферой провинциального города. По центральным улицам неспешно прогуливались разодетые дамы. Во дворах шумно играла детвора. Торговки обменивались новостями и ругательствами.

Уловив неповторимый аромат булочек с корицей и свежего кофе, я не смогла устоять и зашла в кофейню. Сидела за столиком с кружевной белой скатертью и переживала за Джона, что так бессовестно стянул у меня последнее напоминание о неверном муже. Расстраиваться по поводу кольца, я не собиралась, а вот мальца было жалко до слез.

– Не подскажите, где здесь улица Веселая? – поинтересовалась я у девушки на кассе, когда расплачивалась за поздний завтрак.

– Повернете за угол, там два квартала прямо и упретесь в нее.

Очень скоро я оказалась на нужной улице и остановилась перед запущенным садом, в глубине которого виднелся скромный домик с покосившейся вывеской над дверью. На ней значилось крупными буквами: “Парикмахерская Дейла”.

Я открыла скрипучую калитку и оказалась перед дилеммой: как войти в дом, если нет ключей. Подергала ручку, заглянула в окно, даже постучала. Внутри было темно и тихо.

– Добрый день! Вы, видимо, новая хозяйка парикмахерской? – сбоку послышался любопытный женский голос, и из-за забора показалась копна темных волос.

Ее обладательнице явно не хватало роста, чтобы целиком просунуть голову через забор, и она подглядывала между деревянными прутьями.

– Здравствуйте! Меня зовут Эмили. Я купила дом, но не знаю, как войти. А как ваше имя? – решила я познакомиться с соседкой.

– Гертруда, – представилась она и через минуту оказалась у калитки.

– Ключи у Джастина, – с легким румянцем на миловидном лице, сообщила девушка, словно это имя должно было все прояснить.

Я вопросительно приподняла бровь, ожидая объяснений.

– Вы, наверное, не местная, – смущаясь еще сильнее, произнесла она с придыханием. – Джастин Эрик Донован – наш мэр.

Судя по имени, очередной дракон. Куда же без этих крылатых. С раздражением подумала я и поджала губы. Зачем мэру ключи от моей собственности?!

– Кто-то пытался проникнуть внутрь, и Джастин запечатал дом на магический замок до появления законного владельца, – пояснила девушка, догадавшись о моих мыслях.