– Уберите с меня это немедленно, – закричала она, заметив мое появление.

– Что это? Откуда?

– Я только прикрыла глаза. И вот. Мои волосы. Вы мне за это ответите.

Отойдя от первого шока, я бросилась ее спасать. Усадила за мойку. Открыла вентиль.

И получила в ответ только насмешливое шипение лейки.

У меня едва не опустились руки. Взгляд упал на подаренные флаконы. Первый был открыт. Вот оно. Я схватила второй и добавила сверху зеленой жидкости. Шипение прекратилось, но теперь по комнате разносился подозрительно резкий запах.

Женщина закрыла ладонями лицо и завыла в голос.

– Из-за вас я останусь лысой. Да я вас по судам затаскаю.

Отставив проклятые зелья, я бросилась за водой. Притащив два объемных кувшина, принялась отмывать покрывавший голову клиентки кошмар. Субстанция легко смывалась, оставляя на волосах только легкий блеск и золотистый оттенок.

Решив, что беда прошла стороной, я вытерла ей голову полотенцем, подсушила и пересадила к зеркалу. Пряди спадали на плечи плотными завитками и выглядели совершенно здоровыми.

– Что это? – широко распахнув глаза, поинтересовалась женщина, с удивлением разглядывая волосы. – Почему они вьются?

Кто бы еще знал?! Не рассчитывая уже ни на что хорошее, я пошла ва-банк.

– Вы же хотели кудри?! Это иностранные технологи, новое столичное средство. Перманентная укладка называется. Не надо лишний раз в парикмахерскую ходить.

Женщина посмотрела на меня с уважением, повертелась перед зеркалом и заявила.

– И сколько за это надо заплатить?

– По обычному тарифу, – заметив, что она выглядит довольной, заверила я и тихонько выдохнула.

Едва за ней захлопнулась дверь, я бросилась обыскивать помещение. Кто-то должен был испортить мой труд, и я собиралась разделаться с вредителем. Проверила под диваном, навестила кладовку, даже выскочила во двор. Никого. И все же кто-то вылил ей на голову средство для труб. Кто?

– Эмили, – послышался взволнованный крик со стороны входа. – Где вы? Что у вас горит?

Чайник! Пронеслось в моей голове, пока я бежала со двора на кухню.

– Я помогу, – обгоняя меня на лестнице, крикнул Джастин Донован.

Пламя уже перекинулось на деревянный стол, наполняя помещение едким дымом. Мужчина бросился выключать плиту. Рубашка на нем вспыхнула, и он превратился в факел.

Испуганно вскрикнув, я потянулась к раковине и открыла вентиль. Кран глухо чихнул. И трубу прорвало. Вода хлынула наружу под напором, заливая все вокруг и пузырясь грязной пеной.

Ледяные струи стекали по телу, заставляя зубы стучать. Меня потряхивало от нервов и холода. Тяжело дыша, я наблюдала, как моя кухня превращается в пруд.

Но Джастин не растерялся. Облепленный черными ошметками когда-то белой рубашки, он залез туда, где торчали ржавые трубы. Что-то заскрежетало, и фонтан иссяк.

Могу поклясться, в тот момент я подумала, что лучше мужчины на свете нет. Отныне мэр Усть-Драконара мой герой.

– С вами все в порядке, Эмили? – подходя вплотную и склоняясь ко мне, поинтересовался мужчина.

Я провела ладонью по его почти обнаженному торсу, ожидая найти там ужасные ожоги, но ничего не заметила, кроме выпуклого рисунка натренированных мышц.

– Драконам не страшен огонь, – прошептал он глухо и прижал меня к себе. – Ты промокла, как бы не простудилась.

От его тела исходил жар, и мне сразу стало тепло и хорошо. По правилам этикета следовало отодвинуться, но это было выше моих сил. Я уткнулась лицом в его шею и обняла за плечи. Он обхватил меня за талию и нежно поглаживал по спине, шепча что-то неразборчивое над ухом.

– Эмили, Джастин, что тут происходит?! – заставляя нас дернуться и разлепиться, прокричала Гертруда, влетая на мою развороченную кухню.

– Эмили забыла на плите чайник, – спокойно объяснил Джастин, совершенно не смущаясь ситуации. – А потом еще и трубу прорвало. Пришлось помочь госпоже Стоун с просушкой платья.

В этот момент я посмотрела на свой наряд и с удивлением обнаружила, что он высох.

Так вот что дракон шептал над моим ухом, а я-то напридумывала.

Гертруда недовольно зыркнула в мою сторону и бросилась обнимать мужчину.

– Ты же мог пострадать, – ахнула она, по-собственнически поглаживая и снимая с его загорелой груди остатки ткани. – Пойдем, я подберу тебе свежую рубашку. Не можешь же ты в таком виде ходить по городу. У нас приличное место.

Последняя фраза явно предназначалась мне, но я ее проигнорировала. Из моего не слишком большого жизненного опыта выходило, что самое пикантное всегда происходит именно в приличных местах.

– Эмили, я могу еще чем-то помочь? – осматривая царящий вокруг беспорядок, осведомился мужчина, аккуратно отодвигая от себя Гертруду.

– Спасибо, вы и так сделали очень много. Без вас я бы потеряла дом, – со вздохом призналась я.

Моя искренняя благодарность возымела странный эффект. Мэр недовольно поджал губы, словно сожалел о геройском поступке, еще раз окинул цепким взглядом помещение, шумно вздохнул и, пообещав прислать ко мне водопроводчика, вышел. Перепрыгивая через две ступеньки, за ним бросилась соседка.

– Джастин, подожди, – прокричала она плаксивым тоном и одарила меня испепеляющим взглядом.

Похоже, я нажила себе врага.

Но раскаиваться в содеянном уже не имело смысла. Вооружившись тряпкой и шваброй, я принялась отдраивать кухню.

Очистив и вымыв все, что подлежало уборке, я присела передохнуть буквально на одну минутку, но была немилосердно разбужена громким стуком в дверь.

– Кто там? – еще не открыв, осведомилась я и замерла в изумлении, когда увидела, стоящего на пороге мужчину. – Ганс?!

– Эмили, – ни капли не смутившись, снова поприветствовал он. – Опять шалят трубы?

– Вы? – возмутилась я. – Заверили меня, что у вас нет денег.

Он только пожал плечами.

– Сущая правда. У меня их действительно не было в тот момент. Я забыл кошелек дома. Показывайте, что у вас случилось.

Я обреченно махнула рукой и повела мужчину на кухню.

– Трубу прорвало. Кстати, хотела спросить про ваше средство.

– Неужели это произошло из-за него? – с удивлением осведомился Ганс, разглядывая урон.

– Нет, – задумчиво протянула я, решая, как рассказать о случившемся с клиенткой и не показаться сумасшедшей. Пришлось поведать все как было.

– Проверьте парикмахерскую на неуспокоенный дух, Эмили. Такое иногда случается, когда бывший хозяин не закончил какие-то дела в этом мире. А что до средства?! – здесь мужчина хитро мне подмигнул. – Я же вам говорил, что добавляю туда магию. Будет нужно, заглядывайте. Продам еще.

С деньгами у меня как раз была напряженка.

– Сколько я вам должна за ремонт? – спросила я обреченно, когда работа была закончена.

– Это в счет стрижки, – заверил Ганс. – Хорошая вы девушка, Эмили. Желаю вам счастливо у нас прижиться.

Едва за ним закрылась дверь, как застучали снова.

– Есть там кто? Госпожа Стоун? – раздавался по округе громогласный голос Джонсона.

Я только успела присесть, но вскочила и побежала открывать сержанту, пока он не собрал у моего дома всех зевак на улице.

– Добрый день! Чем могу помочь? – полюбопытствовала я, не сильно обрадовавшись стражу порядка.

В памяти еще были свежи его угрозы.

Джонсон подкрутил молодецкие усы и поведал странное:

– Поймали особо опасного преступника. От вас требуется опознать его личность.

Нахмурившись, я попыталась закрыть перед мужчиной дверь.

– Вы шутите? Какое я имею отношение к преступнику?! Простите, у меня слишком много дел, – ответила резко.

– Он утверждает, что ваш племянник – не сдвинувшись ни на миллиметр, заявил сержант спокойно.

– Джон? – ахнула я, испугавшись за мальчишку.

– Он не назвался. Просил найти его тетю. Эмили Стоун. Улица Веселая двадцать один.

И как только адрес запомнил, – удивилась я.