«Ну да, флаг в руки, транспарант на шею!» — промелькнуло у меня в голове. Успокаивал я себя самообманом, что это не ТОТ Бес, что это лишь «двойник», но иллюзий на его счет у меня не осталось, а значит при первой же возможности мы разбежимся в разные стороны.

Судя по его мыслям и захлестывающим эмоциям, он отчаянно рассчитывал на то, что его люди пойдут за ним в огонь и воду, не сомневаясь ни секунды в его лидерстве. А теперь он остался совершенно один. Причём он был слаб и полностью зависел от нашей поддержки, без которой до стаба ему не добраться, это было ясно как пить дать. А значит, как бы ему ни хотелось «высказать» своё «фе» и бросить нам вызов, он будет вынужден молчать. Пока. Но в будущем, я был уверен, он вполне может доставить нам определённые неприятности. Эта мысль основательно зацепило меня, а значит… действовать нужно на опережение и сейчас!

Подойдя к тем самым лотерейщикам, я указал ему на половинки чесночных долек в их затылочной части.

— Вот, — произнёс я, — твоя первая добыча. Добывай все сам и ручками.

Пока он, удерживая рвотные позывы неуклюже и брезгливо копошился с ещё хоть и слабыми, но уже начинающими покрываться костяными пластинами споровиками, я принялся «копошиться» в его разуме. Мои ментальные щупальца проникли в его сознание, делая определённые установки и подчищая память относительно парализации его подопечных. К моему удивлению, то, что ранее отнимало у меня уйму времени и ментальных сил, теперь я сделал буквально на «волевых» усилиях. В конце я добавил хитрую закладку: она будет вызывать сильнейшую, раскалывающую голову боль при малейшем желании, или даже мысли, причинить нам вред. Это был наш личный страховочный полис.

Была конечно идея, чтобы при малейшем поползновении в наш адрес у него опорожнялся желудок, чтобы отбить любое желание вредить, но я вовремя сообразил: нам ещё ехать до стаба дохера и больше, и рисковать нарваться на приступ «обосратушек» внутри салона авто…

Нет-нет! Такого «счастья» нам точно было не надо!

Минут за двадцать блондин «таки» справился с поставленной задачей, его руки дрожали от отвращения, но он добился своего. Он стал счастливым обладателем пяти споранов и одной горошины, что для новичка было весьма хорошим подспорьем.

Поздравив его с первым хабаром, я слил на руки ему воду из двухлитровой колбы. После того как он обтерся насухо, протянул ему пакетик-самоклейку с клоком ваты, в который посоветовал аккуратно сложить свою добычу, что все это время лежало неподалеку на земле.

Последовав моему совету, мужчина болезненно поморщился и потёр пальцами свои виски… хе-хе. Мне даже не нужно было касаться его мыслесферы, чтобы понять причину его болезненных кривляний.

«Работают закладочки!» — довольно подумал я. И будут работать ещё, о-о-очень долго!

Вернувшись к копошащимся девочкам, которые заглядывали везде и всюду в поисках полезностей, я попросил их показать наш будущий транспорт, в котором желательно было бы умоститься нам всем. Выбор пал на огромный чёрный внедорожник с логотипом в виде разделённого на три равных части кругом на радиаторной решётке — символ забытых времён и миров.

Проверив бак и забрав парочку полных канистр из стоящих рядом авто, я усадил за руль Беса, а рядышком Весту в качестве живого навигатора. Её опыт и знание местности были бесценны.

Заведя двигатель, крестник взглядом поинтересовался: куда ехать дальше? После чего молчаливая рейдерша принялась указывать ему дорогу, сверяясь с морально устаревшими, но всё ещё полезными кроками.

Проехав не более километра, Бес неожиданно резко притормозил. Причиной тому была отрезанная, словно гигантским ножом, разделяющая кластеры черта, за которой вместо посыпанной щебёнкой дороги начиналась поросшая сочной травой грунтовая тропа, уходящая в неизвестность. Это был рубеж, за которым заканчивался его кластер и начиналась новая сота, явственно доказывая все что он услышал от меня и во что старательно не хотел верить.

Не торопя мужчину, мы дали ему время осознать, что всё случившееся за прошедшую ночь — не сон и не бред. Теперь он осознал что оказался в другом мире: суровом, жестоком, беспощадном. Но он ещё не представлял, насколько, ведь одно дело — услышать, и совсем другое — увидеть и почувствовать его реальность на собственной шкуре.

Маскировка от Иришки и моя глушилка звуков позволили проехать довольно приличное расстояние, причём по открытой местности. «Поиск жизни» постоянно подсвечивал рыскающих по округе заражённых, которые, судя по всему, мигрировали между изменившимися местными хуторами и деревеньками, после рассинхрона.

По словам Весты, ранее они особого интереса не представляли… ключевое слово — ранее. Что там теперь, было известно лишь Улью и его непостижимым, кровавым законам.

Мы для заражённых также не «представляли» интереса. И хоть мы и оставляли после себя длинное пыльное облако, к моменту, когда твари заинтересовывались непонятным явлением, мы на полном ходу скрывались за очередным поворотом, оставляя заражённых недоумённо оглядываться в поисках невидимой добычи. Они были как слепые «кутята», чувствующие, но не способные ухватить свою жертву.

И если Бес к подобному относился ещё идифферентно, слишком поглощённый собственной реальностью, то у Весты всё больше и больше копились вопросы. Её ментальное поле вибрировало от любопытства и лёгкого беспокойства.

Пересекая очередную границу сот, мы выехали на невероятно широкую, хоть и пустынную автостраду покрытую чуть расстрескавшимся асфальтом, но все еще довольно добротную. Хотя нет, вру. Парочку сгоревших и вскрытых машин были видны в кювете с противоположной стороны — безмолвные свидетельства чьей-то недоброй судьбы.

И вот, на самой границе моей чувствительности, я засек не слабый такой движ, в котором преобладали крупные и весьма шустрые сигнатуры. Предположительно, это могли быть матёрые заражённые, так как их мощная энергетика ощущалась даже на расстоянии.

— Иришка, сними, пожалуйста, маскировку с нас, — обратился я по мыслесвязи, и не дожидаясь вопросов, объяснил девочкам, чтобы никто не паниковал.

— В двух километрах, скорей всего, вон за тем поворотом… — я кивнул в сторону приближающегося изгиба дороги, где горизонт манил обещанием неизвестности. — …устроили сабантуйчик местные тварюшки. И если мы проедем у них под носом, тут уж к гадалке не ходи, нас спалят по выхлопу.

— Бес, сбрось газ, пожалуйста, а то что-то мне тревожно, — вслух и довольно вежливо попросил я крестника, хотя мой тон не оставлял выбора. От возмущения он часто задышал, но смолчал, хотя зубы достаточно громко скрежетнули.

Едва мы проехали излучину дороги, как впереди и немного внизу нам открылась картина грандиозной аварии. Она простиралась на несколько сотен метров: порядка полусотни машин, фур и парочки автобусов были смяты, перевёрнуты, сожжены, словно гигантский шар для боулинга прокатился по шоссе. И среди всего этого хаоса, среди искорёженного металла и разбитого стекла, металась хоть и малочисленная, но довольно развитая стая заражённых. Среди них были видны тройка топтунов, их массивные силуэты мелькали в поле, парочка кусачей, быстрых и смертоносных, а возглавлял их «вечеринку» матёрый кусач с претензией на рубера — его сигнатура была особенно мощной и зловещей.

Бес проехал около сотни метров, пока до его сознания, привыкшего к мирной жизни, не дошло, что за мечущиеся силуэты так яростно рихтуют столкнувшиеся между собой автомобили. Его лицо за маской очков, сильно побледнело, а сердце заколотилось в диком ритме, впервые по-настоящему осознавая, что значит быть лицом к лицу с Ульем.

Резко ударив по тормозам, Бес на всю округу возвестил о нашем присутствии противным, режущим визгом пошедших юзом застопорившихся колёс. Естественно, это не осталось без внимания мечущейся у «пиршественного стола» стаи.

Подняв окровавленные морды, в нашу сторону, словно выпущенные снаряды, рванули три топтуна. Им, видимо, доставались лишь объедки, но теперь они рассчитывали на достойную добычу, которую Старшие у них не отберут, занятые ленивым ковырянием в своих «мясных консервах» — искорёженных автомобилях.