Я стою неподвижно, наблюдая за ним, ожидая, когда он сделает следующий шаг.

Вместо того, чтобы подойти, он выходит из комнаты, снова оставляя меня разочарованной.

Я иду за ним. — Марко, что происходит? Почему ты так странно себя ведешь?

Он фыркает. — Вот такой я, когда волнуюсь. Ты еще не видела эту мою сторону.

Я еще не видела многих его сторон, думаю я, стараясь не зацикливаться на этом факте. — Почему ты беспокоишься?

Он резко останавливается и поворачивается ко мне, из-за чего я врезаюсь в него. Он поддерживает меня, и это маленькое действие заставляет мой желудок затрепетать. — Эмилия, случилось что-то плохое.

— Что? Это из-за моей семьи?

— Что? — Он хмурится, прежде чем покачать головой. — Нет, это не твоя семья.

Я тяжело вздохнула. — Хорошо. Что тогда?

— Ты действительно заботишься о них, не так ли? — спрашивает он более мягким тоном.

— Конечно. Они моя семья. Если бы они пострадали или что-то было не так, я бы хотела знать. Я бы первым же самолетом вылетела обратно в Нью-Йорк, с твоим разрешением или без него.

— Нет, — огрызается он. — Ты не можешь вернуться в Нью-Йорк.

— Я собираюсь снова увидеть свою семью, Марко. Ты не сможешь меня остановить.

— Эмилия, послушай меня. Случилось что-то плохое, — повторяет он. — Это Камилла.

От его тона мой желудок опускается к коленям. — А что насчет нее?

— Она мертва.

Я ахаю, делая шаг назад. — Что? Как?

Марко морщится и не может встретиться со мной взглядом. — Она... была убита. — Я в ужасе смотрю на него, пока он продолжает говорить. — Ее убил Виктор Левин.

— Откуда ты знаешь?

Он колеблется, прежде чем сказать: — Ее... голову доставили мне в коробке.

Мой желудок сводит так болезненно, что меня вот-вот вырвет. — Ее голова? Что...

— Помнишь, я говорил тебе, что Виктору нравится отправлять сообщения таким способом?

— Да, — шепчу я.

— Он посылает мне сообщение. Он хочет работать со мной, а я отказывал ему бесчисленное количество раз. Теперь он показывает мне, что готов вторгнуться в мой дом и убить мою экономку.

— Он проник сюда?

— Нет. Должно быть, он схватил Камиллу, когда она пошла домой. Но суть остается в том, что он идет за мной, а это значит, что есть большая вероятность, что он использует тебя, чтобы добраться до меня. Ты не можешь уйти одна. Это слишком опасно, Эмилия. Мне нужно, чтобы ты это поняла.

— Да. Да. Я понимаю. — Я смаргиваю слезы. — О боже. Это ужасно. Бедная Камилла.

— Я знаю. Она была хорошей женщиной. Она не заслужила этого.

— Что мы собираемся делать?

— Ничего. Я не провоцирую Виктора, нападая на него. Я укреплю оборону вокруг дома, чтобы он не смог проникнуть. Ты будешь в безопасности... Пока будешь меня слушать.

Я с трудом сглатываю. — Почему тебя это волнует?

Он моргает. — Почему меня это волнует?

— Да. Почему тебя волнует, что Виктор причинит мне боль?

Взгляд Марко смягчается, когда он смотрит на меня сверху вниз. — Потому что я не хочу, чтобы ты умирала.

— Потому что я тебе небезразлична или потому, что это разрушит твое перемирие с моей семьей и власть, которую ты собираешься завоевать в Нью-Йорке?

Когда его дыхание становится тяжелее, мне просто хочется протянуть руку и положить ее ему на сердце. — Я... Я просто не хочу, чтобы ты умирала, — наконец говорит он, заставляя маленькую надежду внутри меня тлеть.

— Что мы собираемся делать с Камиллой?

— Что ты имеешь в виду?

— Я имею в виду, мы должны устроить ей похороны и...

— Нет, — обрывает он меня.

— Что значит "нет"?

— Я имею в виду, что ее семья может спланировать ее похороны. Я всего лишь ее босс.

— Значит, ты собираешься сказать им, что получил ее... голову... в коробке, потому что какой-то псих убил ее?

— Нет. Им не нужно знать. Им просто нужно знать, что она умерла.

— Тогда как они могут планировать похороны без ее тела? Потому что они увидят ее тело и узнают, что с ней случилось. Будет лучше, если они услышат это от тебя.

Он начинает отходить от меня, направляясь обратно в свой офис, и я следую за ним. Я не позволю Марко так легко сорваться с крючка. — Я не имею дела с семьями, — бормочет он.

— Кого это волнует? Ты должен рассказать им, как она умерла. Ее семья имеет право знать.

Он резко разворачивается ко мне лицом. — Итак, если бы кто-то из твоих братьев и сестер был убит, ты бы хотела узнать все ужасные подробности?

Я кладу руки на бедра, не позволяя ему запугать меня. — Да. Я бы хотела. Потому что тогда я могла бы начать находить успокоение. Как ее семья должна скорбеть, если они никогда не узнают, что с ней случилось?

— Просто брось это. — Он заходит в свой кабинет. Я вхожу прежде, чем он успевает меня остановить. — Эмилия, не надо. — Он преграждает мне путь, но я вижу только бок коробки на его столе.

— Это она? — Я протискиваюсь мимо него и заглядываю внутрь. Ее голова раздулась и стала бледнее, чем была при жизни. Волна боли пронзает мой желудок, и меня рвет на египетский ковер Марко, который, я уверена, был дорогим.

— Вот почему я пытался остановить тебя, — сухо говорит он. — Тебе не обязательно это видеть.

Я вытираю рот тыльной стороной ладони. — Это... Камилла. — Я указываю на коробку. — И она заслуживает уважения, чтобы ты рассказал правду ее семье. А теперь позвони им. Прямо сейчас.

— Ты собираешься наблюдать за мной?

— Я собираюсь убедиться, что ты это сделаешь.

У Марко такой вид, будто он хочет вытащить меня из комнаты, но вместо этого он вздыхает и берет свой телефон. — Это Марко Алди, босс Камиллы. Это ее муж? — Он делает паузу. — Верно. Привет, Джон. Послушай, с Камиллой случилось нечто ужасное. Она мертва. — Он молчит, пока Джон слушает новости на другой линии. — Она была убита. Она была... — Он хрипло вздыхает. — Она была обезглавлена. — Я слышу, как Джон плачет на другом конце провода. — Я позабочусь, чтобы ты смог увидеться с ней, чтобы спланировать похороны. — Он бросает на меня взгляд, но я не клюю на наживку. — Я знаю. Мне жаль. — Он вешает трубку. — Довольна? — он спрашивает меня.

— Нет. Ничто из этого не делает меня счастливой.

Он отводит от меня взгляд. — Я не это имел в виду. Я отправлю ее в морг, чтобы Джон мог забрать ее. Я... не знаю, где ее тело.

— Ты можешь позвонить Виктору и спросить?

— Я не хочу связываться с этим человеком. Это приведет к неприятностям, я уверен. Тебе следует пойти в свою комнату, пока я разберусь с... Камиллой. Мне нужно, чтобы ты была в безопасности, поняла?

— Да. И спасибо тебе за то, что обратился к ее мужу. Это было правильно.

Он кивает, выглядя смущенным. — Просто оставайся внутри. Пожалуйста.

Я иду в свою комнату, как советует Марко, и начинаю расхаживать по комнате. Я видела Виктора всего один раз, но помню, как у меня от него мурашки побежали по коже. Комментарий, который он сделал о Джемме, заставляет меня похолодеть. Джемма. Она была со мной в клубе, когда Виктор представился. Пойдет ли он за ней? Я не знаю почему, но мне нужно предупредить ее на всякий случай.

— Джемма, — говорю я в телефон после того, как она отвечает. — Ты в порядке? С семьей все в порядке?

— Э-э, да. Настолько хорошо, насколько это возможно, учитывая все обстоятельства.

— Верно. — Я заставляю себя успокоить дыхание. — Верно. Послушай меня. Тебе нужно быть осторожной в будущем, хорошо?

— Почему?

— Потому что... потому что какой-то сумасшедший нацелился на Марко, и я не хочу, чтобы этот человек нацелился на тебя и нашу семью. Так что, пожалуйста, не ходи тайком по клубам. Не уходи в одиночку. Просто продолжай заниматься своим обычным делом, хорошо? Больше никакого бунтарства.

— Но я живу ради бунтарского поведения, — дразнит она.

— Джемма, я серьезно, — огрызаюсь я. — Будь осторожна ради меня. Пожалуйста.

Она на мгновение замолкает. — Эм, это звучит серьезно. Кто этот мужчина?