На этом месте Арруге следовало бы положить трубку. Его род и так попал в опалу, и слава небесам, что дело не кончилось казнью, как у многих других сторонников принца Аурелио, незачем рисковать, выслушивая такую крамолу — даже это король мог счесть преступлением, заслуживающим смерти. Но вместо этого Амадис глупо спросил:

— Какие меры?

— Да вы и впрямь ничего не знаете? — удивился собеседник. — Все только и говорят о том, что стало известно сегодня утром. Король Винсент не управляет Испанией. Вместо него всем руководят три его фаворитки, и они — настоящие brujas, ведьмы. Он в полной их власти, делает всё, что они ему велят, и такое положение дел не может дальше продолжаться. Все, кому не безразлична судьба Испании, уже собираются идти ко дворцу, свергать короля.

— А кто же будет править? — удивился Арруга. — У короля нет братьев. Говорят, одна из его фавориток беременна, не из этих троих, другая, беловолосая, но…

— Смена династии, — торжественно провозгласил неизвестный собеседник. — Как только король будет свергнут, верные сыны Испании из своей среды изберут нового короля, который будет править свободно и независимо. Поспешите, если не хотите, чтобы род Арруга остался на обочине истории.

Амадис уставился на смарт, из которого послышался звук прерванного разговора — собеседник отключился.

Новости действительно были поразительными. Окружённый фаворитками король — дело обыкновенное, особенно учитывая, как молод Винсент Гарсия. Общество смотрит на такие вещи снисходительно. Даже с учётом риска рождения бастардов — в конце концов, прав на престол у них никаких, а государственные чиновники из них зачастую получаются отменные. Но управляемый фаворитками король — это уже совсем другое дело, недопустимое.

Однако свержение короля? Арруга слишком хорошо помнил, чем закончилась первая попытка. Все эти трупы, которые бесконечной чередой выносили из тронного зала, все эти мёртвые гвардейцы, которые подняли оружие против короля… И череда казней, начало которой положил принц Аурелио, болтающийся в петле, как простой бродяга.

Вряд ли король добровольно снимет корону и уйдёт в изгнание. Будет кровь… много крови. Но в одном странный собеседник был прав — нужно идти во дворец. Иначе род Арруга так и останется на обочине истории…

Амадис не стал говорить семье, куда он отправляется. Но оделся со всей тщательностью обедневшего идальго — в безукоризненно отглаженный костюм, помнивший лучшие времена, надел шляпу, и вызвал такси. Собственная машина его роду была уже не по карману, как и родовая гордость.

— В королевский дворец, — распорядился он, садясь в подлетевшую машину.

— Популярное место нынче, — усмехнулся водитель. — Уже восьмой заказ, и все туда. Король объявил большой приём?

— Вы разве не слышали новости? — спросил Амадис.

— Какие новости, сную челноком туда-сюда, дворец — город — дворец, — отмахнулся водитель. — А что, случилось что-то?

— Говорят, фаворитки нашего короля — ведьмы, взяли Винсента под полный контроль.

— Видел я их, красотки, — водитель прищёлкнул языком. — Таким не надо быть ведьмами, чтобы парня обвести вокруг пальца, а король — мальчишка по сути. Неудивительно, что поддался на их уловки. А знать чего во дворец подалась? Королю глаза открывать?

— Что-то вроде того, — нехотя ответил Арруга.

Эта мысль пришлась ему по душе. Может, обойдётся без крови? Король прислушается к своим подданным, прогонит фавориток… Такие красотки не пропадут, быстро найдут себе новых покровителей. Беловолосая родит королю бастарда, рождение ребёнка — важная веха в жизни мужчины, сразу делает взрослее и ответственнее… И всё пойдёт своим чередом.

Водитель тем временем включил новости, и в салон полился оживлённый женский голос:

— Необычное оживление сегодня наблюдается у королевского дворца. Со всех сторон собираются люди, многие прибывают целыми группами, вид у них озабоченный. Королевская пресс-служба не давала никаких объявлений о мероприятиях во дворце. Давайте попробуем узнать у прибывающих, зачем они собираются здесь в таком количестве? Добрый день. Скажите, пожалуйста, по какому поводу такое оживление?

— Это всё сегодняшние новости, — послышался мужской голос. — Говорят, фаворитки короля забрали слишком много власти и руководят страной вместо нашего короля.

— Да, я слышала об этом. И что вы намерены предпринять?

— Надо призвать короля, чтобы навёл порядок, — ответил мужчина. — Пусть его синьориты командуют им, если ему это нравится, но не дальше спальни!

Послышался дружный смех.

— Итак, причина сбора такого количества людей под стенами дворца — общественный протест, — продолжала ведущая. — Мы будем следить за развитием событий, пожалуйста, не переключайтесь. А пока поговорим о других новостях. Как стало известно, компромат, выброшенный в сеть, уже привёл к беспорядкам…

— Вот дают, — высказался водитель. — Ещё и компромат какой-то… И беспорядки… Не живётся людям спокойно.

Амадис кивнул, напряжённо вслушиваясь в репортаж. Картина вырисовывалась тревожная. Кто-то выбросил огромное количество компромата в открытый доступ, и это уже привело к массовым беспорядкам из-за закрытия банков. Арруге нечего было терять, все их сбережения были конфискованы, приходилось перебиваться тем, что давало имение, а это были крохи… Но беспокойство людей он понять мог.

— Приехали, — такси остановилось, зависнув над посадочной площадкой.

Амадис расплатился, вылез и огляделся. Площадь перед дворцом была уже забита народом, и с каждой минутой прибывали всё новые машины с людьми.

Что ж, у него был неплохой шанс запрыгнуть с обочины истории в её уходящий вагон…

— Ваше величество, представители от народа просят вашей аудиенции, — доложил секретарь.

Винсент, смотревший в окно на волнующееся человеческое море, оглянулся.

— Что ж, пусть войдут.

Вошли трое немолодых мужчин, сдержанно поклонились.

— Я вас слушаю, сеньоры, — король сделал жест, приглашая их говорить.

— Я Анхел Мачадо, — начал средний из троицы переговорщиков. — Ваши подданные просят выслушать их справедливые требования, переданные ими через нас. Ваше величество, как стало известно, ваши фаворитки, синьориты Эмеральд, Эмбер и Джейд, настоящие ведьмы. Вы под их влиянием утратили бразды правления страной. Общественность требует, чтобы вы удалили их от двора либо сложили корону, чтобы знатные дома Испании могли выбрать достойного правителя вам на замену.

Висент Гарсия выслушал его с каменным лицом, только раздувающиеся ноздри выдавали его гнев.

— Это всё? — спросил он.

— Да, ваше величество.

— Ступайте. Я дам свой ответ позднее.

Представители народа с поклонами покинули кабинет. Винсент стиснул кулаки так, что побелели костяшки пальцев.

— Как они смеют⁈ Диктовать мне, что мне делать…

— Дорогой, позволь нам уладить эту маленькую неприятность, — промурлыкала Эмбер. — Вот увидишь, всё устроится наилучшим образом…

Она погладила короля по щеке и вышла на балкон, возвышающийся над человеческим морем. Её тут же заметили.

— Ведьма! — раздались крики. — Убирайся из дворца!

Эмбер раскинула Сеть Ковена, окутывая ею волнующуюся толпу. А потом создала иллюзию.

На глазах у всех собравшихся пасмурное небо вдруг расчистилось над дворцом, и яркое сияние окутало стройную фигурку девушки. Потом ангельские крылья раскрылись у неё за спиной.

Амадис Арруга сглотнул, увидев эту потрясающую воображение картину: серая громада дворца, запруженная толпой площадь, и парящая над людьми сияющая фигурка. Кто-то заглянул ему в самую душу, словно спрашивая, что он выбирает — гнать и бить этот светлый образ, или принять его и подчиниться небесным силам, столь явственно явившим свою волю.

Он сморгнул навернувшиеся слёзы и невольно опустился на одно колено, словно присягая на верность светлому видению. Амадис точно знал — его порыв не остался незамеченным, его увидели и оценили по достоинству, его — первого из многих…