— Соня, далеко отсюда до границы кластера? — крикнул я нашей водительнице, выскочившей позади экзоскелетов и джипа, причём все они стояли на одной линии и палили куда-то вперёд между домов.

— Три километра по прямой! А что? — повернулась она ко мне.

— До перезагрузки осталось меньше часа! — выкрикнул я.

— Ах, чёрт!

— Что происходит? — спросил папаша Кац, пытаясь, рассмотреть куда все стреляют. В пятидесяти метрах перед нам вдруг разлетелся угол кирпичной пятиэтажного дома и между ним и соседним протиснулась, бочком туша динозавра. Динозавр как динозавр, пасть, лапы, клыки, когти. Большой, я бы сказал даже очень. И, по-моему, голодный. Он задрал пасть в небо игнорируя потуги оружейников со все галактики, и издал протяжный звук словно ревун с корабля.

— Соня, а назад сколько ехать? — быстро спросил знахарь побледнев.

— Километров десять, можем не успеть. Надо дальше по проспекту пилить, если бы не это говно. К концу двухнедельного срока здесь появляются подобные морды, но откуда никому неизвестно. Здесь они вряд ли бы смогли так отожраться даже за месяц.

— Я тоже слышала, — кивнул Марго. — Вроде из Пекла.

— От меня и слышала, Марин.

Впереди раздался грохот обвала и здание полностью рухнуло. Сам динозавр взвыл, ему на лапу обрушилась груда кирпичей и похоже сломала ножку. Джип, пользуясь заминкой покрутив для острастки танковым пулемётом помчался дальше. Скорее всего кончились боеприпасы, а то бы от нас ни хрена не осталось. Пока динозавр выл и откапывал себя, Лиана и Ирка побежали дальше, выпустив по джипу по ракете. Одна не достала его и оставила воронку посреди дороги, а вот вторая взрыла землю как раз перед машиной беглецов. Джип сходу влетел в глубокую воронку и заглох. Затем раздался взрыв, и машина загорелась. Из воронки кто-то выполз, на его спине полыхал огонь. Лиана подбежала к человеку и схватила его манипулятором за ворот. Кое-как сбила пламя и рискуя сама взорваться вытащила из машины водителя. Я на ходу выпрыгнул из машины, чуть опять не выбив передние зубы стукнувшись об собственную коленку и побежал к жене.

— Жень! Это беспредел какой-то, смотри! — она бросила передо мной труп водителя. Он упал лицом вниз, со спины было не понять кто это. Обычный камуфляж местами сильно прогорел. В затылке торчит какая-то железка, именно она его и доконала. Я перевернул труп и ахнул! Перед нами лежал дохлый официант Шурик!

— Они там все что ли шпионы? — чуть не плача воскликнула Лиана.

— Ты ж гляди какая паскуда, — к нам подошла Соня. — Шурик этот, два года назад попал в стаб. Никогда не бы его не заподозрила.

— А как? — спросила её Маргарита. — Как их можно в чём-то заподозрить если все работают на Пингвина? Это уже потом, когда власть поменялась стали вылавливать особо упоротых. Ты же сама на него работала.

— Что было, то было. Но у меня справка есть, не забыли? — Соня кивнула на папашу Каца.

— Помним, помним, — сказал я. — То есть Шурик сообщал обо всём, что слышал в своём гадюшнике. А морду ему тогда набил Туранчокс ради конспирации?

— Выходит, что так, — хмыкнула Шкура. — Жень, надо валить. Время!

— Точно, бля, ему уже всё равно, а мы рискуем перегрузиться вместе с ними. Вон даже элитник почесал в другую сторону.

— Со вторым что? — быстро спросил я.

— Дышит, — папаша Кац присел рядом с ним и пощупал пульс. Я и Зомби схватили тело и забросили его в «буханку». Мы успели выбежать из Города до начала перезагрузки. В отличие от Магазина время перезагрузки Города начало своё движение в другую сторону, и все старались покидать этот кластер за час. Мы выскочили с другой стороны и оказались в голубой зоне. Она приветливо встретила нас излучиной небольшой реки, песчаным пляжем и колышущимися камышами. Через восемь минут позади нас возникла тёмная стена с пляшущими молниями и проливным дождём. Картина перезагрузки в Ядре ничем не отличалась от подобного в остальном Улье. Я вылез размяться, походить по белому песочку.

— Купаться не советую и вообще надо посматривать в сторону реки, девочки, — задрав голову сообщила Соня Лиане и Ирке. — Как бы чего не вылезло.

— Он пришёл в себя, Жень, — крикнула из окна машины Маргарита. Зомби с папашей Кацем вытащили обгорелого мужика на воздух. Следом вылезли остальные.

— Я его знаю, — сообщила Шкура. — Он с нами в замке одно время торчал. Саша Белый.

— Скорее уж Чёрный, — Соня присела на корточки перед ним и стёрла налёт сажи на лице. — Точно, Белый. Попался, гондон!

— Соня! — мужик улыбнулся потрескавшимися от огня губами. — Ты спасла меня?

— Соня, что этот поц себе позволяет? — возмутился Бэрримор.

— У тебя новый дружок? — разлепив пошире глаза спросил Саша Белый. — Чахлый какой-то. Всё тебя на какой-то неформат тянет. Где Пингвин?

— Это мы у тебя хотели спросить. И вообще я уже на другой стороне и с удовольствием прикончу тебя, — Соня покрутила у него перед носом кинжалом с синими разводами.

— Я тоже хочу, — сказал Шкура. — Этот тупой дебил…

— Ха! И ты здесь? — пробормотал Саша Белый. — Весь публичный дом на колёсах за мной приехал.

Соня заскрипела зубами, но сдержалась и не ударила, а повернулась ко мне.

— Погоди немного, — я присел рядом с лежавшим мужиком. — Ну что, Саша, давай знакомиться. Меня Лесник зовут. Сам скажешь зачем так быстро сюда ехал или желаешь помучиться?

— Чего ты мне сделаешь? Пристрелишь? Стреляй, ничего не скажу, — заявил обгоревший мужик. Хорошо его прожарило, а он терпел. Я бы лично уже орал, у него кожа и мясо до костей сгорели с одной стороны лица, а он ещё и шутит. Точно маньяк!

— Вижу физическая боль тебя совершенно не беспокоит. Не поделишься, как это так может быть?

— Ерунда, я под ментала попал, но выжил. После этого ничего не чувствую. Сказали, что он все нервные окончания сжёг. Вон Шкурка сколько не трудилась, ничего не почувствовал, — тут же последовал удар тяжёлым ботинком по морде от Шкуры, но мужик только сплюнул кровь. Зомби стоял рядом и слушал.

— Давай я, а то наговорит сейчас себе на три пожизненных, — папаша Кац сел позади обгоревшего и брезгливо дотронулся пальцами до головы. Их внутренний диалог занял долгие три минуты после чего папаша Кац вытер руки влажной салфеткой предложенной Маргаритой.

— Они должны были забрать Пингвина и поэтому поехали сюда. После перезагрузки в Городе и Магазине им надо подогнать машину во дворы рядом с Магазином и встретить Пингвина с Туранчоксом у портала.

— Нет там никаких порталов, — покачала головой Соня.

— В подвалах самого Магазина есть. Вы же понимаете я не вижу картинку в его голове. Они должны будут встретиться с Петровичем, он покажет, — развёл руками папаша Кац.

— Кац знал? — спросила его Маргарита.

— Кац знает почти всё, — важно заявил Изя и добавил, — но об этом только догадывался. Петрович очень подозрительный тип.

— Ну ты и клоп, — усмехнулась Лиана, повернувшись к Саше Чёрнобелому добавила. — Ну как тебе наши методы, дятел? Теперь ты нам не нужен.

— Выкинь его в реку, посмотрим представление, — предложила Соня. — Там его заждались уже.

— Ты чего базаришь, сука! — воскликнул прожаренный, с одной стороны, Саша Чернобелый. — Я может тоже хочу перейти на сторону добра. Возьмите меня к себе!

— Не рано ли? Что сразу не пришёл к нам? — нависла экзоскелетом над ним Ирка. — Мы три кластера за тобой гонялись. И потом, тебя ещё лечить надо, зачем ты нам такой?

— Я отработаю, — клятвенно пообещал Ирке Саша. Я взглянул на Соню, а затем на Шкуру и всё понял. Ирка тоже поняла меня без слов. Схватив его манипулятором, она подняла Сашу с земли.

— Хорошо, дружок, но сперва помойся, — и размахнувшись кинула Сашку на середину реки. Сегодня точно не его день. Белый, пролетев три метра был пойман выстрелившим из воды длинным языком. Тонкий жгут моментально обмотал Чернобелого насильника, а затем утащил под воду. Сашка орал и брыкался, но благополучно скрылся в бурном потоке. Чуть позже на поверхности показалась трёхметровая башка, принадлежавшая по всей видимости бывшей в девичестве жабой, но сейчас этот злобный комбайн скрежетал челюстями и облизывался, как будто спрашивая, будет ли ещё кто? Поодаль всплыли ещё две таких же с немым вопросом, занимать ли им очередь? Ирка помахал им манипулятором, но стрелять не стала. Не хватало ещё возбудить местный бомонд. Перегрузка что-то затянулась и за нашими спинами по-прежнему бушевала буря.