Скоро, наверное, будем опорожнять бензобаки и заливать в них чистый спирт, который ещё хрен найдёшь, потому что он пропал с прилавков в первые дни зоошизы.

Но один плюс есть у спирта — срок его хранения теоретически неограничен. С ним ничего не станется и через двадцать лет, а ещё его очень легко изготовить, при наличии развитого сельского хозяйства.

Это слегка обнадёживает, хотя меня не радует перспектива постоянного ношения с собой баклажек со спиртом…

Повечерело.

— Всё, моя смена, — подошёл ко мне Бубен. — Там в картишки уже рубятся — я выиграл у Щеки плитку «Альпенгольда».

— Нихера себе, — удивился я. — Поздравляю. Ладно, спокойного караула.

— Спасибо, — улыбнулся Бубен.

Спускаюсь под палубу и захожу в кубрик.

Тут, как и сказал Бубен, идёт карточное рубилово. Играют в дурака.

— … а это на погоны! — ощерился Череп и положил две карты на плечи Щеке.

— Да иди ты нахуй! — разъярённо выкрикнул Щека. — Шулер, блядь!

— Не-не-не! — замотал головой Череп. — Всё по-честному!

— Что за возня? — спросил я.

— О-о-о, наконец-то! — воскликнула Лапша. — Садись — будем играть в пьяницу.

— Блядь, сука… — пробурчал Щека и вытащил из кармана маленькую шоколадку.

— Хе-хе… — заулыбался Череп и спрятал её в карман.

— Может, в покер рубанёмся? — предложил Щека.

— Ты же без штанов отсюда уйдёшь, — усмехнулась Палка.

— Нет, изначально договорились в пьяницу, — покачала головой Лапша. — Раздавайте карты.

Но сыграть в пьяницу нам сегодня, видимо, не суждено…

Заорала тревожная сирена, а затем на связь вышел Ронин.

— Боевая тревога! — воскликнул он. — Неопознанное судно в километре от нас — идёт на пересечение курсов!

— Вот, сука… — прошептал я. — Строиться в колонну по одному, идём в оружейку!

Через три с половиной минуты мы уже были на палубе, на штатных местах за баррикадами из мешков с песком.

Я занял место в носовой части и установил ПКМ на сошки. На спине у меня сразу два РПГ — РПГ-18 и РПГ-26.

— Будем мочить⁈ — спросил Щека. — У меня готово ружьишко!

— Отставить! — ответил ему Ронин. — Ждём! Я пытаюсь выйти с ними на связь!

Самый главный недостаток боевых действий на море, когда речь идёт о гражданских судах — это то, что в итоге может не быть победителя. Взаимное потопление очень высоковероятно, поэтому лучше договариваться мирно.

Смотрю на неопознанное судно и фиксирую, что на нём не меньше пары десятков человек, все вооружены, а на носу есть какая-то башня с непонятным орудием.

Но это не военный катер, а какая-то переделка в стиле того старого фильма, который я смотрел в раннем детстве — кажется, назывался он «Водный мир» или как-то похоже…

— Глушите двигатели! — раздался приказ с неизвестного судна. — С вами говорит капитан третьего ранга Полежаев!

На нас направлено несколько прожекторов, которые должны снизить нам видимость до околонулевых значений, но мне на такие условности плевать, потому что ИК-зрение позволяет видеть всех этих людей в мельчайших подробностях.

Судно с вооружёнными мужиками приблизилось к нам метров на сто, а затем движки нашего «Волго-Дона» остановились, и судно начало стремительно терять ход.

— Кто капитан судна⁈ — спросил какой-то мужик в военной форме.

Я рассмотрел орудийную установку — это не самопал, а башня от БТР-70, оснащённая КПВТ. Из этого можно продырявить наш сухогруз так, что мы очень быстро уйдём на дно.

— Я здесь старший! — сказал я, подойдя к правому борту. — Чего хотите⁈

— Куда вы направляетесь⁈ — сообщил мне капитан третьего ранга Полежаев.

— В Актау! — ответил я.

— С какой целью⁈ — спросил Полежаев.

— Ищем безопасные места! — ответил я.

Это чистой воды пиздёж, но не рассказывать же ему, что мы ищем боеприпасы?

— Там вас не ждёт ничего хорошего! — сказал Полежаев. — Лучше разворачивайтесь и возвращайтесь домой!

— Там, откуда мы пришли, тоже ничего хорошего! — ответил я ему. — В чём причина остановки?

— Это наша территория! — сообщил капитан третьего ранга. — Все несанкционированные суда подвергаются досмотру. Допустите на борт досмотровую команду!

— Не! — покачал я головой. — Лучше плывите, куда плыли, ребята! Мы не желаем никому зла, поэтому я предлагаю разойтись мирно! Можно обойтись без жертв!

Насчёт нас я не уверен на 100%, но им точно крышка — с такой дистанции из РПГ просто невозможно промахнуться. В общем, оба судна почти гарантированно пойдут на дно. Мы чуть медленнее, но они — очень быстро.

— Это угроза⁈ — спросил капитан.

— Слушай, если тебе нужен повод, чтобы доебаться — не надо тут строить из себя дохера чего! — попросил я его. — Ты сдохнуть хочешь⁈ Если сейчас начнётся перестрелка, то мы все тут и останемся! Ещё раз повторю: я предлагаю разойтись мирно! Как тебе такой вариант, капитан третьего ранга?

Но он взял паузу на раздумье.

— Если вы думаете, что какую-то погоду сделает ваш КПВТ, то это зря! — добавил я. — У нас тут есть чем ответить!

Да и какой им смысл просто топить наше судно? Ну, потопят они нас, допустим, в одну калитку — дальше что? Никаких ценностей, а боеприпасы потрачены. Но не получится в одну калитку — будут ответные пробоины, а также тяжёлые потери.

— Ладно, продолжайте движение! — решил Полежаев.

— Всего доброго! — пожелал я ему. — Счастливого плаванья!

Их судно заревело движками и продолжило свой путь по ночному морю, а затем загудели и наши дизели.

— Ебать тут встречи, нахуй! — подбежал ко мне Щека. — Как спать после такого⁈

— Нормально спать — всё обошлось, — улыбнулся я.

— Не, ну ты, конечно, мастерски провёл переговоры! — сказал мне Череп, подошедший к нам спустя пару десятков секунд.

— Студик, подойди на мостик, — попросил Ронин.

— Не расслабляйте булки, ребята, — сказал я Щеке и Черепу. — Бубен, следи за ними!

— Понял! — ответил тот, вслушивающийся в море.

Поднимаюсь на мостик, где меня встречают Леопольд и Ронин.

— Это были отличные переговоры, — похвалил меня Ронин.

— А мне кажется, мы на краешке прошли, — покачал головой Леопольд.

— Нет, — сказал Ронин. — Расчёт этих пиратов строился на том, чтобы морально подавить своих жертв, а Студик чётко выдержал границы, не переходя на личности и обозначив всю серьёзность последствий возможного боестолкновения. Хорошая работа.

— Спасибо, — кивнул я. — Слышать это от бывшего ФСБшника — это особенно приятно. А это реально пираты?

— А кто же ещё? — удивлённо спросил Ронин. — Думаешь, они бы просто посмотрели, что у нас на борту, а потом ушли? Не сомневаюсь, что когда он взял паузу, этот Джек Воробей взвешивал риски и посчитал, что игра не стоит свеч. Наверняка, у них есть КДшники, но море уравнивает…

— Капитан третьего ранга Джек Воробей! — поправил я его.

— Ха-ха-ха! — рассмеялся Ронин. — Ах, да, точно.

— Судя по состоянию судна и экипировке этих ребят, это было ложное звание, — произнёс задумчивый Леопольд. — Я имел дело с военными моряками и ведут они себя совсем не так.

— Да я почти уверен, что они не имеют никакого отношения к военным морякам, — кивнул Ронин. — Но теперь надо держать ухо востро — они знают о нашем существовании и могут примерно проложить маршрут.

— Может, грохнем их? — предложил я.

— А как? — озадачился Леопольд.

— У нас же есть дроны-камикадзе, — ответил я. — Они ведь нам точно не друзья, ведь так?

— Нет, оно того не стоит, — покачал головой Ронин. — Лучше прибережём их для более важных целей.

— Ну, такое себе… — поморщился я. — Теперь мне неуютно в Каспийском море, когда такие мудаки находятся в нём вместе со мной…

— Не всех мудаков обязательно нужно мочить, Студик, — улыбнулся Ронин. — Ведь шанс повторной встречи очень низок. Пусть живут.

— А если они грабанут кого-нибудь другого? — спросил я.

— Исходя из этой логики, мочить надо вообще всех встречных, — усмехнулся Ронин. — Вдруг, они ограбят и убьют кого-то? Ты же не знаешь наверняка, ведь так?