В военных тюрьмах имеются одиночные камеры и карцеры — последние, впрочем, не используются. Заключенные военнослужащие одеты в обмундирование пятнистого цвета.

Все военные заключенные считаются находящимися на действительной военной службе, и потому на них распространяются все права и обязанности военнослужащих, а также ряд привилегий — таких, как право на встречу с военными психологами и адвокатами. Заключенные также имеют ряд прав, которые могут быть отменены командованием военной тюрьмы за плохое поведение.

В состав Службы охраны тюрем военной полиции ранее входил Отряд 100 – подразделение спецназа, целью которого является силовое подавление тюремных волнений и мятежей. Бойцы Отряда 100 проходят обучение в течении 8 месяцев. Их подготовка включает учебу на курсах пехотинцев, снайперов, бойцов антитеррористических подразделений, овладение боевым искусством рукопашного боя Крав Мага и методами оказания первой медицинской помощи. Впрочем, сейчас их функции переданы соответствующему подразделению Управления тюрем ШАБАС.

Отдел по расследованию преступлений военнослужащих проводит следствие по всем уголовным преступлениям, совершенным в ЦАХАЛе. Следователи Отдела ведут дела, связанные с распространением наркотиков, кражей оружия, дезертирством и уклонением от исполнение воинского долга, дорожно-транспортными происшествиями с участием военных водителей.

Также объектами расследования являются коррупция, сексуальные домогательства, случаи самоубийств и несанкционированного применения оружия, неуставные взаимоотношения. Особо важные расследования ведутся совместно с полицией, Полевой службой госбезопасности и контрразведкой ШАБАК.

Решение о наказании военнослужащего принимается после разбирательства дела военным судом. Военный суд, согласно Закону 1955 г. о военно-судебной системе, состоит из трех офицеров, один из которых обязательно должен быть военным судьей.

Обвиняемый может защищаться самостоятельно, либо потребовать предоставления услуг военного или гражданского адвоката. Во время войны министр обороны может разрешить создание военно-полевых судов с упрощенной процедурой принятия решений.

Особо ответственные и опасные задачи решают военные полицейские из Контрольно-пропускной службы, проходящие службу на блок-постах на территориях, населенных палестинцами. Военные полицейские на блок-постах осуществляют детальный личный досмотр для обнаружения оружия и взрывчатки, и проверку документов арабов с целью не допустить прорыва террористов.

Зачастую, военные полицейские на блок-постах являются последним барьером на пути террористов к месту совершению теракта.

Охрану блок-постов несут боевые подразделения военной полиции, среди которых можно назвать роту «Сахлав» (в переводе — «Орхидея»), дислоцированную прежде в Хевроне. В этих подразделениях военной полиции служат солдаты, прошедшие обучение по подавлению массовых беспорядков и и ведению боя в городской местности.

В роте «Сахлав» проходила службу военная полицейская Керен Яакоби, погибшая в бою с террористами в Хевроне 12 декабря 2002 года. Керен – первая девушка-боец военной полиции, погибшая при исполнении своего воинского долга.

Кинологическое подразделение ЦАХАЛа — батальон «Окец» хорошо известно в мире. Собаки батальона «Окец» обучены действовать под огнем врага, среди разрывов мин и ракет они атакуют противника, находят раненых на поле боя и доставляют им средства спасения. Множество солдатских жизней было спасено в результате своевренного обнаружения собаками зарядов взрывчатки и мин-ловушек.

В апреле 1980 года группа палестинских террористов проникла в кибуц Мисгав Ам, что расположен на израильско-ливанской границе. Целью террористов был захват в заложники и убийство детей в кибуцном детском саду. На освобождение заложников был брошен спецназ Генерального штаба.

Решающую роль в штурме захваченного детского сада сыграла овчарка Томми из кинологического подразделения ЦАХАЛа – огромный пес первым атаковал террористов, вызвав огонь на себя. В ходе скоротечного боя все террористы были уничтожены и освобождены заложники, однако овчарка погибла в этой схватке. Отважный пес был похоронен со всеми воинскими почестями, какие положены бойцам спецназа.

Бой в кибуце Мисгав Ам широко освещался в израильской прессе. Тогда и была впервые открыта информация о секретном кинологическом подразделении ЦАХАЛа, в котором служила овчарка Томми.

К тому времени кинологическое подразделение ЦАХАЛа уже имело свою долгую историю. Еще до создания Израиля в 1939 году в Еврейской подпольной армии Хагана было создано кинологическое подразделение, собаки которого занимались охраной еврейских поселений и поиском взрывчатки.

В ЦАХАЛе с 1948 года существовало секретное кинологическое подразделение, получившее название отряд 7149. Собаки этого отряда не раз шли в бой вместе с солдатами.

Война с террором требовала непрерывного увеличения числа четырехлапых бойцов и расширения их многочисленных функций и обязанностей. Итогом многолетнего успешного применения отряда 7149 стало формирование кинологического батальона «Окец» (Жало), ставшего одним из крупнейших и опытнейших боевых кинологических подразделений в мире.

Подразделение «Окец» состоит из четырёх рот: поисково-спасательной (поиск людей, оказавшихся в завалах), служебно-розыскной (преследование и задержание разыскиваемых на местности), разминирования (поиск и обнаружение взрывных устройств) и антитеррористической (задержание террористов, находящихся в укрытиях).

Собаки батальона «Окец» проходят тщательный отбор — их стоимость составляет десять-пятнадцать тысяч долларов и их выращивают в собачьих питомниках Голландии и Германии. Отобранных псов ждет напряженный курс боевой подготовки и встреча с солдатами–проводниками.

Собаки батальона «Окец» разделены по специализации: поиск взрывчатых веществ, захват и ликвидация противника, поиск и спасение людей.

Собаки, занятые поиском взрывчатых веществ делятся на две категории — поиск взрывчатых веществ и поиск взрывчатых устройств. Первым занимаются, как правило, собаки мелких пород, способные проникать в потайные места. Поиском взрывчатых устройств занимаются более выносливые и крупные собаки, такие как немецкие и бельгийские овчарки.

Для захвата и уничтожения противника используются специально тренированные агрессивные крупные псы, способные на длительное преследование и готовые вступить в схватку с вооруженным террористом.

Наоборот, для поиска и спасения людей под завалами используются крупные собаки, дисциплинированные и лишенные агрессивности, такие как лабрадоры.

Курс обучения собак в батальоне «Окец» составляет не менее пяти месяцев. Особое внимание уделяется подбору солдат-проводников и собак — они должны совпадать по своим личностным свойствам, понимать друг друга буквально с одного взгляда.

Как говорит солдат-проводник сержант Л.: «Я должен знать и понимать мельчайшие детали поведения моей собаки, чтобы предугадывать ее намерения. Я знаком с ее мимикой, с различными движениями ушей и хвоста, я понимаю, когда собака устала или потеряла след. На каждое изменение в поведении моей собаки я должен реагировать соответствующим образом.»

С начала обучения солдат проводник и его собака непрерывно находятся вместе и так бок о бок проходят всю свою совместную службу: они вместе проходят тренировки, участвуют в учениях и боевых операциях.

Старший сержант Авив говорит о своей собаке: «Это как воспитание ребенка. Вы должны кормить его, обучать и заботиться о нем. Залогом успеха является только теснейшая взаимосвязь между собакой и ее солдатом-проводником.»

С 2004 года в батальоне «Окец» солдатами-проводниками наравне с парнями служат и девушки. Однако они не участвуют в боевых операциях, а вместе со своими собаками занимаются поиском взрывчатых устройств и веществ.

В батальон «Окец» тщательно заботятся о своих четырехлапых бойцах: каждая собака содержится в отдельной шестиметровой клетке, пол которой покрыт материалом, предотвращающим травмы лап. Действует собачий фитнесс-центр, бассейн. Есть ветеринарная лечебница, где проводятся сложнейшие хирургические операции и собачьи клыки лечат стоматологи. На содержание каждой собаки батальона «Окец» тратится не менее тысячи долларов в месяц.