— Ну-ка… — он толкнул себя вперед, встал, и комната для него закачалась. Первый шаг — неуверенный, второй — тверже. К третьему шагу его лицо расплылось в ухмылке, которую нельзя было скрыть даже вечной гримасой ворчуна. — Ха! Опять на ногах! Такое ощущение, что мне вновь двадцать лет!

Ребелл, мокрый и недовольный, фыркнул с балкона. Марк повернулся к нему, широко расставив руки:

— Видал, пернатый? Теперь я тебя догоню! — и рванул к двери, споткнувшись о собственные ноги. Упал, засмеялся и тут же вскочил, будто подросток. — Не дрейфь, я просто разминаюсь!

Я наблюдал, как старик тыкает пальцем в Ребелла, угрожая «ковриком из его шкуры», и повернулся к Веррагору. Драконид все еще стоял у стены, его змеиные глаза сузились — то ли от непривычного света, то ли от напряжения.

— Твои люди живут в пещерах, куда камень никогда не пропускает свет, где находится множество аномалий, где каждая тварь норовит сожрать твоего соплеменника… — начал я, создавая в воздухе голограмму Домена: леса, полные дичи, реки с хрустальной водой, поля, где зреют плоды без проклятий. — Я могу дать им это. Без жертв, без ловушек. Но решать тебе.

Веррагор молчал так долго, что Марк перестал дразнить льва и прислушался.

— Решать не мне, Глеб. — наконец произнес старейшина, касаясь когтем голограммы. Озера на карте вздыбились волнами, но не пролились.

— Тогда пусть твои люди придут ко мне и проведут здесь один день, — усмехнулся я — Тогда и решат…

Я щелкнул пальцами, и недалеко, на зеленой лужайке, вспыхнул портал.

Вернув свое сознание обратно в тело, я увидел перед собой огромную толпу местных жителей. Они глядели на меня со священным трепетом: в их глазах читался страх за своего вождя.

Рядом со мной жидким золотом горел портал. Через него виднелись те самые живописные долины, что я недавно создал. Спустя несколько секунд из него показалась фигура Веррагора.

— Скажи им. — кивнул я ему. — Но знай… Внутрь домена смогут попасть только искренно верующие, — другие мне там не нужны… Лишь за редким исключением.

Драконид, собрав всю волю в кулак, заговорил:

— Наш бог предлагает нам прожить один день в чертогах его души! Там много места для счастливой жизни! Я видел реки и озера, зеленую траву! Я видел солнце! Кто истинно верует в Сириуса Эридана, может лично убедиться в моих словах! Я предлагаю всем испытать на себе гостеприимство молодого бога!

— Мама, я хочу! — маленькая девочка потянула женщину за подол платья и указала пальцем в мою сторону.

Женщина шикнула на свою дочурку, не решаясь сделать первый шаг к неизведанному.

— Я пойду! — решительно рявкнул Маэгре и отделился от толпы. Он прямым и уверенным шагом направился к порталу, и спустя секунды вошел внутрь.

Через несколько мгновений он вернулся обратно. Его глаза слезились от счастья.

— Идемте! Не бойтесь! Это просто чудо какое-то!

Его крик восторга заставил остальных ринуться вперед. Даже старики, ворча о «дьявольских штучках», не устояли.

Удовлетворенный результатом, я вновь вернулся в свой Домен Власти, чтобы посмотреть на реакцию новых поселенцев.

— Они как дети, — проворчал мне на ухо Марк, глядя на то, как охотник в костяных доспехах опасливо тычет копьем в цветок, а потом нюхает его, растерянно моргая.

— Ты тоже был таким, — я хлопнул учителя по плечу. — Помнишь, как в первый раз оказался здесь?

— Заткнись, щенок. Мне было не до удивления, знаешь ли…

Веррагор стоял на холме и его чешуя мерцала в свете солнца. Он не улыбался, но его хвост бил по траве ритмично, словно отплясывал какой-то веселый танец.

— Они счастливы, — сказал я сам себе. — Но счастье… Оно ведь редко живет долго.

— Но главное — оно случается… — бросил мне Марк, наблюдая за тем, как дети играют в салочки на зеленой траве. Его обычно угрюмое лицо разгладилось, и он улыбнулся.

«И за него стоит бороться!» — воинственно прорычал в моей голове Ребелл.

— Надо бы закатить пирушку! — подошел к нам радостный Маэгре.

— Только-только пировали! — попытался возразить я.

— То было в подземелье! А тут солнышко, травушка-муравушка! Однозначно нужно отметить это событие!

В общем, как я не сопротивлялся, но меня вновь усадили за стол. Правда, в этот раз я выводил алкоголь из организма.

Солнце работало исправно, но когда оно закатилось за горизонт, мне пришлось создать две луны. Они мерцали бледным голубым светом и вселяли в наши сердца покой.

Пир длился до глубокой ночи. Люди спали в высокой траве, обняв тыквы с вином, а я бродил среди них, поправляя границы Домена. Мои очки веры росли как на дрожжах. Поэтому я со скукой на лице выравнивал ландшафт, добавлял прекрасные сады, запускал рыбу в реки и озера.

После такой продуктивной прогулки я направился в сторону холма, на котором мы пировали. Марк и Веррагор сидели у костра. Старик при любом удобном случае тыкал льва в бок, требуя «поддать жару», а драконид… Улыбался. Нет, не так — оскаливался, но для его лица это было почти дружелюбно.

— Эй, создатель миров! — Марк махнул фляжкой. — Иди к нам, а то тут монстр учит меня их проклятиям! Говорит, мол, если шепнуть в нору змее…

Драконид покачал головой, искорки огня отражались на его чешуе.

— Это не проклятие, — поправил он, складывая когтистые руки на груди. — Это благословение. Змея принесет удачу, если попросить вежливо.

— Вежливо⁈ — фыркнул Марк. — Ты видел, как эти твари шипят? Они даже «пожалуйста» не понимают! А если один из этих червяков тебя ужалит, то и удача тебе не понадобится. Зачем она покойнику⁈

Ребелл, лежавший у костра, лениво поднял голову и зевнул, демонстрируя ряд острых зубов. Марк тут же швырнул в него огрызком яблока.

— Не выпендривайся, летун!

Лев поймал фрукт в воздухе и с удовольствием разгрыз, словно котенок, играющий с мячиком. Я сел рядом, наблюдая, как искры от костра взлетают к двум лунам.

— Значит, подружились? — спросил я, ловя взгляд Веррагора.

— Ни в жизнь! — буркнул Марк, но уголки его губ дрогнули. — Просто… Монстр оказался не таким чудовищем, как я думал.

— Ты тоже не так безнадежен, — ответил драконид, подбрасывая в огонь ветку. Пламя вспыхнуло зеленым, и в нем замелькали силуэты бегущих оленей.

— О, смотри-ка! — Марк оживился. — А это что за фокус?

— История моего рода. Каждое пламя помнит. — Веррагор провел когтем по воздуху, и тени превратились в сцены охоты, танцев, ритуалов. — Теперь и твоя история здесь.

— Польщен. — с серьезным лицом сказал Мидлер и сделал глоток из фляги.

— Ты говорил, что у тебя сохранились записи о последнем выжившем старейшине… — обратился я к дракониду, надеясь получить ценную информацию.

— Пламя все помнит… — задумчиво повторил вождь племени. — В том числе и о том, кого ты хочешь найти. Согласно огненной летописи, последний из тех, кто сражался с нашими врагами, спрятался в скалах Большого каньона, на другой стороне. Я думаю, он еще там.

— Вы о ком это? — полюбопытствовал Марк. — Что за враги?

— Меньше знаешь — крепче спишь… — сказал я учителю и требовательным взглядом уставился на Веррагора. — Ты можешь нарисовать мне карту, отмечая те места, где может находится старейшина?

— Да, конечно. — оскалился драконид и откинулся на локтях назад. — Но могу я это сделать утром? Эта ночь так плохо подходит для дел! Я так счастлив, что не могу даже думать о каких-то проблемах. Мой народ получил то, о чем я и мечтать не мог!

— Понимаю. — почувствовав легкий укол грусти, улыбнулся я. Мне вспомнились граждане моей империи, и в этот миг я просто захотел молча посидеть с друзьями у костра…

Утро встретило меня на берегу реки жизни. Народ все еще гостил в моем Домене, от чего вокруг было необычайно тихо. Рядом тихо посапывал Марк, что изъявил желание ознакомиться с поселением первых людей.