— Достаточно, — плоским тоном отрезала я. В свете надвигающихся событий я чувствовала, что грядет буря, итогом которой станет разрушение. Тотальное. Безоговорочное. — Мне нужно в город.

Я решилась найти Николаса Фламеля и во что бы то ни стало выяснить, что за барьер ограждал его от телепата. Узнаю мысли артефактора, пойму, связан ли он с этой суматохой.

— А можно с тобой? Пожалуйста.

Сарике я не желала отказывать, она так хотела погулять, но ходить одна в город до дрожи боялась. Слишком заметной была ее внешность для знойного Катара, каждый обращал на нее внимание и нередко подходил с предложением познакомиться, узнать о родителях для дальнейших матримониальных планов или с обычными приставаниями. Красивая, она выглядела так, словно эльфийка, и казалась настолько хрупкой, будто от каждого прикосновения к на ее коже остались бы синяки.

— Я собираюсь не в магазин.

Денег у меня всегда было, бордель взимал плату за все, в том числе и за костюмы. Праздные покупки являлись недопустимой роскошью. Грегори думал, что из-за нехватки я обращусь к нему и буду просить, но в реале все оказалось иначе — лучше ходить в заношенном платье, чем остаться у него в мнимом долгу. Одежда, подбираемая для встреч с гостями, всегда была вызывающей и какой-то вычурной, кроме того белого платья, предназначенного для герцога. Грегори собирался представить меня, как леди из обедневшего рода, но почему потом все изменилось? Почему меня снова превратили в шлюху?

Хозяин поменял стратегию и пошел иным путем. Сделал ли он это до того, как узнал, что на Льва не действует телепатия, или после? Полагаю, первое. Грегори славимся своим умом и любопытством, и не знать об особенностях телепатии при сыне телепате не мог. Если изначально ему было известно, что я не могу влиять на Реневальда, то все поменялось в момент, когда он понял, что герцогу не интересны аристократки, и тот от них вообще держится подальше. Маркиз выверил мои дальнейшие шаги: показывает меня герцогу, тот спит со мной, ему все нравится, а я, в свою очередь, пытаюсь каким-либо способом удержать аристократа — предлагаю сделку. Победа за ним.

Раунд первый: Грегори.

— Просто хочу погулять. Можно? Мне так нравится проводить время с тобой, девочки уж больно озлобленные.

Она считает меня доброй, интересно. Знала бы, кто я, шарахалась бы, как от гуля в ночи. Телепаты самые беспринципные и хладнокровные создания, дурочка. Дать тебе возможность усвоить этот урок или пожалеть?

— Пойдем, — вопреки всему бросила я.

Оставлю уроки на потом, сейчас можно немного расслабиться, да и мысли Сарики не причиняли неудобств, они являлись глотком воздуха в океане боли — чистого, свежего, так необходимого для той, кто больше и больше погружался в собственную бездну.

Не понимаю, как Даниэль справляется со всем этим, он сильнее, соответственно, слышит еще больше чужих голосов. Если я отравляю себя вином, может, он делает это посредством убийств? Бред. Он бездушный, убить для него — раз плюнуть. Неужели просто терпит? Неужели не хочет найти болеутоляющее от всего мира? Неужели готов погрузиться в себя полностью и раствориться, став сумасшедшим?

Звук города, насыщенного запахами и суетой, оглушил. Душно, и даже ночь, славившаяся поистине пустынным холодом, не приносила спасения от жары, приходившей днем. Мы шли от Асарди — место на базаре, где ближе к закату продавали с аукциона рабов. Улицы были заполонены толпами людей, мчавшимися по своим делам, словно пчелы на поиск нектара. Одетые в легкие наряды, мы пытались укрыться от палящего солнца под тентами и балконами зданий, но вот выступающий на лбу пот напоминал о жаркой погоде как ничто иное.

— Жарче обычного, — девушка вытащила платок, потирая им лицо. — Давай по чаю, а?

— Не надо. Мне нужно…

— Ну, пожалуйста, — попросили меня.

В заведении «Жасмин, принадлежавшему купцу Дерхану, можно было действительно спастись от погоды и угоститься невероятным свежесваренным жасминовым чаем, которым оно славилось. Холодные напитки и алкоголь при палящем солнце в Катаре не пили, только если к вечеру, днем предпочитали наслаждаться чаем и табаком. Мы медлили на пороге, оглядываясь в поисках свободного столика. Под звуки тихой музыки, сливающейся с журчанием фонтана, расположенного в центре помещения и дававшего приятную прохладу, к нам подошел управляющий, предлагая пройти к свободной чарпае. Усевшись удобно, я скинула платок, укрывавший плечи, Сарика вовсе стянула его с головы. Загара я не боялась, на меня он в принципе не ложился, а девушка опасалась, поскольку сразу сгорала на солнце.

— Хэтаг, — вежливо поприветствовал нас подавальщик, с интересом скосившийся в сторону Сарики, но обращаться по праву старшинства вежливость вынуждала ко мне.

— Лайлат юн, — кивнула на дайидском и сразу же перешла к заказу.

Удалился, оставляя нас одних.

— Сиви, — уже более тихо произнесла девушка, подвинувшись близко, — Эрик вчера рассказал, и я сразу поняла, что скоро начнутся беспорядки. Некоторые аристократы покинули империю на время, понимаешь? Из-за исчезновения принцессы начнется борьба за трон, говорят, что Харитону Реневальду он не нужен, сядет Лев на него только в крайнем случае. А что с нами будет? Сиви, так страшно.

— Похоть и чревоугодие даже во время войны не исчезнут, дорогая, — и сразу замолчала, ожидая пока подавальщик разложит угощения. К сладкому, исключая шоколад, я не питала слабость, как Сарика. К еде как к таковой я в принципе не испытывала много чувств, ела от силы один раз в день, медленно приближая миг своей смерти.

— Возьми, — вручает мне конфету, покрытую ореховой крошкой. Точно знает, что я готова насладиться просто вкусом чая. — У них сегодня нет шоколада, прости.

— Плевать, — сладость медленно таяла на языке, наполняя рот нотками меда и шикайских орехов.

— Сильвия, — Сарика грустно опустила плечи, — а если я надоем Грегори, он сделает со мной то же самое, что с Аделаидой?

Вздрогнула, вспоминая тот день. Я была на очередных смотринах, к Аделаиде пришел гость, заплативший авансом пятнадцать тысяч золотых. Последний день…это был ее последний день! Грегори присутствовал в борделе и ничего не предпринял, когда Аделаида выбежала в коридор с мольбами о помощи. Маркус лод Заха, ублюдок, он ее убил. Убил? Нет. Сделал хуже. Привязал ее к кровати магическими путами, отрезал руки, лишил ушей, а когда Аделаида, умирая от кровопотери, молила о помощи, затоптал, сломав ей челюсть. Ее спасли. К сожалению, спасли. Лорд отделался дополнительной платой, равной тридцати тысячам золотым, и все. Аделаиде Грегори предложил другой контракт и разными убеждениями заставил его подписать. Меня не было! Никогда в жизни не дала бы его подписать.

Хотя какое мне дело? Она даже не была подругой. Плевать! Плевать! Плевать! Чужая жизнь не моя! Лгать Сарике я не стала:

— Возможно.

Она шмыгнула носом.

— Поэтому надо хитрить, Сарика, правдой ничего не добьешься.

— Ты ведь дружила с ней, Сив, он…он будто хочет убить то, что дорого тебе, — всхлипывает девушка.

— Мне никто не дорог, если ты об этом, — отложила приторную конфету.

— Да, ты права, — она расстроенно уткнулась в свою чашку. Грустные мысли ударили уже в меня.

«Отключить все чувства», — именно так стоит жить.

Некоторое время мы пили чай в полном молчании, Сарика буквально разрывалась от обиды, но молчала, натянуто улыбаясь, а я отплевывалась от ее сознания. Второй стакан чая утолил жажду окончательно, а мелкие брызги, исходящие от фонтана, приятно охлаждали.

Где бы мог находиться Николас Фламель? Рядом с площадью или, напротив, на окраине?

— Сарика, твой Эрик маг? — поинтересовалась, нарушив тишину.

— А? Да, у него дар воздуха, он рассказывал, что собирался на какую-то к… — нахмурила светлые брови, — кафиреция? — и посмотрела с такой надеждой, внутренне стыдясь незнания.

— Конференция, — поправила, кивая. — Не знаешь, где она пройдет во второй раз?