После небольшой возни, когда мы метались от одного края прохода к другому, я смог вытащить из захвата на ремне мужчины небольшой узкий нож и воткнул его в промежуток на плече, где не было брони. В этот раз я смог добиться болезненного вскрика с его стороны и более активных действий. Более того, наёмник сразу попытался выдернуть этот нож и всадить его ответно в меня, но остро заточенный клинок просто проскользнул по броне ткани и, наткнувшись на элемент брони, сломался.
Это оказалось достаточно, чтобы перехватить инициативу и подмять противника под себя. Только это ещё одна уловка, и наёмник стойко держал мои удары, пока не извернулся и ударом ноги неожиданно не подбросил меня вверх на два метра.
Воздух из груди вылетел сразу, и я от такого резкого изменения положения, что просто невозможно без использования все той же мистической энергии, несколько растерялся, что дало возможность моему противнику не только успеть вскочить на ноги, но и ещё раз отправить меня в полёт ударом кулака снизу вверх. Приземлился я в этот раз на багажник какой-то легковушки, который слегка промялся от силы удара. И всё же я смог оттолкнуться и скатиться в сторону, избежав тем самым удара ноги, который оставил глубокую вмятину на корпусе машины.
Это уже начинало надоедать! До этого момента я стоял в спаррингах со своими одногруппниками, но они, как правило, всегда держали контроль над своей энергией, и если уж её использовали, то на постоянной основе. Здесь же лишь одиночное применение и максимум усиление собственной защиты, чтобы продержаться под ударами подольше. Из-за этого я сам ошибся и неверно оценил способности моего противника, за что и поплатился.
Оказавшись на полу, я тут же вскочил на ноги и невольно схватился за бок, который неприятно покалывало. На самом деле повреждение было не столь серьёзным, да и регенерация уже вовсю работала над уменьшением последствий пропущенного удара, но ведь противнику об этом знать не стоит.
Сам же он в этот момент тихо ругался, держась за кровоточащее плечо. Я своим ударом смог повредить одну из связок и, похоже, немного задеть артерию. Так что этой рукой он уже действовать так активно не мог.
Казалось бы, равноценный обмен, но чем больше будет проходить времени, тем лучше будет моё собственное состояние.
— Кто вы такие? — вдруг спросил у меня мужчина, начав медленно приближаться ко мне.
Я с той же скоростью стал отступать назад, не теряя с ним контакт. Всё же то, что на мне был шлем, а на нём нет, давало некоторое преимущество, ведь моего взгляда он пусть и не видел, но чувствовал. И это не одно и то же, ну а в том, что он мог его чувствовать, я не сомневался.
Раз уж мой противник уже успел продемонстрировать умение использовать мистическую энергию, значит, и другими полезными свойствами тоже, скорее всего, обладает. Методы развития и изучения этой энергии могли идти разными путями, но во многом у них были общие этапы, что позволяло в той или иной мере сделать предположение, на что может быть способен противник.
— Почему вы согласились охранять этого пацана? Ведь все отказывались от этого, зная, что мы взялись за дело, — глаза мужчины блеснули опасностью. — Неужели думаете, что сможете противостоять нам, особенно когда попали в нашу ловушку?
Я на это лишь молча пожал плечами. Никогда не понимал, зачем вообще во время боя начинают разговор, если не хотят потянуть время, чтобы собраться с мыслями или придумать неожиданный ход. Правда, помня, что это могут, в том числе использовать и против меня, я внимательно прислушивался к окружению и мониторил пространство рядом с собой.
Благодаря этой предусмотрительности, я вовремя заметил, как за спину мне осторожно заходил один из стрелков, который, похоже, смог избежать боя с остальными участниками нашей группы. Может, пришёл в себя, а может, изначально выступал в качестве бойца-поддержки для моего текущего противника — всё это сейчас было несильно важно.
Главное, что в этот момент я услышал характерный звук передёргивания затвора и чутьё практически взвыло, предупреждая об опасности.
До этого момента я изображал, будто мне больно и все атаки наёмника достигли своей цели, но сейчас подпрыгнул вверх, закручиваясь прямо в воздухе. Рука опустилась на пояс, и я достал метательный нож, который бросил в стрелка, раня его в руку, и в то же время мой противник был вынужден срочно прятаться за одной из машин, так как из-за стрельбы его чуть самого не задели.
Благодаря этому прыжку, я оказался на крыше ближайшей машины и не заботясь о целостности и так порядком испорченного транспорта, побежал прямо на моего противника, который даже несмотря на ранение, пока ещё оставался самым опасным из встреченных мной на этой парковке наёмников.
Мужчина попытался подловить меня, метнув ещё работающей рукой несколько ножей, но я легко увернулся от них и в кувырке перемахнул через голову наёмника. Причём я ему ответил тем же самым, заставив прикрыться рукой, чтобы защитить лицо, в которое я, собственно говоря, и целился.
Из-за этого мой противник не смог уследить, куда я делся, а дальше перехватить руку и увести её за спину на болевой, параллельно ударив по открытым участкам костюма, где находились нервные окончания. Всё это создавало целый каскад неприятных ощущений в теле наёмника, но даже несмотря на это, он продолжал сопротивляться и брыкался, не давая мне провести приём как следует, чтобы зафиксировать его.
Пришлось перехватить по-другому и, подпрыгнув, вытянуть руку на себя, а ногами накрест зацепиться за шею. Несколько секунд сопротивления, и вот мой противник наконец-то обмяк.
Я проверил его состояние и, убедившись, что он не притворяется, быстро проверил, что ранение в плечо было всё же не столь опасным, и кровью без моего внимания он не истечёт, а значит, можно его оставить тут, пока бой не закончился. Только надо позаботиться о том, чтобы он не смог сбежать раньше времени, а то болтает много, да и навыками обладает, которые не совсем типичны для этого отряда, значит, и знаний у него может быть больше.
Глава 11
Только закончив с этим мужчиной, я добрался до подраненного стрелка, который больше заботился о своём состоянии, чем о чём-то другом. Моё попадание ножа было настолько удачно, что повредило его пальцы, и сейчас стрелок судорожно пытался одной рукой привести руку хотя бы в относительный порядок. Это настолько погрузило его в процесс спасения самого себя, что он даже не смотрел по сторонам и позволил мне приблизиться к нему на расстояние, когда уже сделать ничего было нельзя. Как итог, ещё один побеждённый на моём счету противник.
Только после этого я подключился к командной сети.
— Адриан! Где тебя там носит? — практически прорычал мне в ухо Рью. — Мне бы не помешала твоя помощь.
— Уже бегу! — ответно бросил я и, взяв в руки автомат мужчины, проверил, сколько ещё патронов осталось в магазине и в запасных магазинах, что обнаружились на его разгрузке.
Теперь я имел лучшее представление о текущей ситуации и всё, что я видел, говорило о том, что среди обычных наёмников был спрятан более элитный отряд, с одним из членов которого я столкнулся только что. Будь иначе, то ребята бы уже закрыли вопрос с нападением, но тот же Рью неожиданно встретил очень жёсткое сопротивление, даже несмотря на его довольно существенную физическую силу. Правда, у Ковача с собой не было его любимого молота, который просто не влез ни в одну из машин, так что его боевые возможности были не на максимуме.
Я успел как раз к моменту, когда ещё один наёмник изо всех сил сдавливал Рью другой машиной. В отличие от члена моей команды, этот мужчина не мог похвастаться крупным телосложением и вообще не казался особо опасным, но это до тех пор, пока взгляд не опускался на ноги, которые были несколько шире, чем может быть у человека. Будто он специально нацепил широкие штанины, да ещё и надел тяжёлые сапоги.
Вот мужчина сделал шаг вперёд, и Рью уже сквозь зубы начал материться, пытаясь удержать машину на месте. Его спасало лишь то, что всё это время он смещался вместе со сдвигаемой машиной, пока та не достигала следующей, и таким образом уже собрав за своей спиной три машины, которые продолжали тихо сдвигаться. Выглядело всё очень нереалистично, но оно было.