Богащенко лишь еле слышно простонал в ответ. А мы продолжили свою практику, и к концу занятий почти у всех получилось заставить листок парить в воздухе. Даже у меня, хотя я очень сильно сомневался в том, что у меня получится. Но нет. В один момент, когда я уже устал его гипнотизировать взглядом, и пытаться ощутить, как мана через кончики моих пальцев наполняет его, он вдруг шевельнулся, заёрзал на столе, и нехотя поднялся вверх сантиметров на десять.
Я так обрадовался, что потерял контроль, и он также плавно опустился на стол, но дело было сделано. Теперь я хотя бы поверил, что могу это делать.
— Капец, блин. Устал так, как будто вагоны разгружал, — простонал Артём, с трудом вставая с лавки, когда лекция закончилась.
— Ага, у меня такое же ощущение, — согласился я с ним, — Но ты сейчас хотя бы отдыхать пойдёшь, а мне ещё, блин, на тренировку идти. И зачем я только подписался на это дело?
— Не знаю, я сам удивился твоему решению, — пожал плечами Артём, — Ты же ещё, получается, одного выходного себя решил. Игры же по воскресеньям.
— Вот же ж блин… — только и смог, что устало выдохнуть я, еле удержавшись от того, чтобы не высказать чего покрепче.
* * *
— Григорьев, аккуратнее! Ты нас так без нападающих перед игрой оставишь! — встревоженно крикнул тренер, когда я, поймав кураж, впечатал Юрика в борт.
В этот раз я на льду держался увереннее, и уже примерно представлял, на что способны игроки атаки, и понимал, чего от них ждать. Благодаря этому я довольно неплохо читал игру, и встречал их в своей зоне вовремя, не давая прорваться к воротам.
— Смена! — крикнул тренер, и я усталый, но довольный, покатил на лавку.
— Витя, ты, конечно, молодец, отрабатываешь здорово сегодня, но, пожалуйста, не увлекайся, — тут же подошёл ко мне тренер, — Мало того, что можешь травмировать кого-нибудь из игроков, так и сам все силы потратишь, на игру не оставишь ничего. Послезавтра игра, можешь не успеть восстановиться.
— Понял, Всеволод Валентинович, буду аккуратнее, — кивнул я, — А насчёт моих сил не переживайте. За субботу я полностью их восстановлю.
— Ну-ну, — лишь покачал головой тот, но спорить не стал, и повернулся к площадке, следить за игрой.
Я же действительно сбавил обороты, и до конца игры, которую, кстати, моя команда выиграла, больше никого летать в борт не отправлял.
* * *
— Привет! — встретила меня вдруг Настя прямо у дверей раздевалки, когда я выходил. Я аж чуть не подпрыгнул от неожиданности.
— Привет, — согласился я с ней, — Ты чего тут делаешь?
— Тебя жду, разумеется, — насмешливо фыркнула она, — А ты, кстати, очень даже неплохо играешь, я видела. Мне разрешили на вашей тренировке поприсутствовать.
— Да? — удивился я, — А почему я тебя не видел?
— Да потому что мне разрешили сидеть только вдалеке, у выхода, чтобы не отвлекать вас, — пояснила она, и тут же сменила тему, — Напоминаю про должок! Я уже знаю, что дядя вас взял, так что с тебя свидание! У меня, кстати, воскресенье свободное, — намекнула она, — Можем сходить куда-нибудь в городе.
— Не можем, — покачал головой я.
— Не поняла? — нахмурилась она.
— Да что тут понимать? Во-первых, у нас игра как раз в воскресенье, ну, а во-вторых, мне временно запрещено покидать территорию академии. Так что сводить я тебя могу только в местные кафе.
— Ни фига. За что это тебя так? — удивлённо наклонила она голову.
— Да там долгая история, — отмахнулся я.
— А я никуда не спешу.
— Рад за тебя. А вот я, увы, спешу, — немного резче, чем следовало, ответил я, — Так что предлагаю перенести наше свидание на время, когда с меня снимут наказание.
— Ну уж нет! — покачала она у меня перед носом указательным пальцем, — А если его отменят только через год? Или вообще до конца учёбы не отменят? Не согласна я на такое! Тогда лучше так сделаем. Я схожу на вашу игру, ну, а после неё, ты отведёшь меня в местное кафе, только не в то, где хоккеисты тусуются! Идёт?
— Ладно, — махнул рукой я. Так даже лучше. Быстрее от долга избавлюсь.
— А теперь ты можешь проводить меня до общежития, — ослепительно улыбнулась она, и взяла меня под руку.
Пришлось подчиниться, и проводить её до дверей общаги, где мне даже перепал поцелуй в щёку на прощание.
Интерлюдия
— Герр Хофман, добрый вечер.
— Здравствуй, Ханс. У тебя есть для меня новости? Ты нашёл Гончарова?
— Почти, герр Хофман. Мы проследили за слугами министра, и доехали до Уфы, где они сняли себе дом. А это значит, что объект где-то здесь. По слухам, он приехал сюда на учёбу, так что сейчас мы проверяем все местные учебные заведения. Почти все уже проверили, осталась лишь какая-то академия, закрытого типа, на территорию которой не так-то просто попасть, и о которой нет никакой информации в сети. Но нам удалось выяснить, что в это воскресенье там будет проходить хоккейный матч со сборной другого института, и на эту игру можно будет пройти любому желающему. Мы воспользуемся этой возможностью, и проникнем на территорию академии. Возможно, там удастся что-нибудь выяснить.
— Постарайтесь, Ханс! Этот маг очень важен для нашей страны! Найдите его, и будете достойно вознаграждены!
— Непременно найдём, профессор! Не сомневайтесь в нас!
— Очень хочу в это верить, Ханс. Как только выберетесь с территории академии — сразу доложи мне о результатах вылазки! Ясно?
— Так точно, Герр Хофман! Но у меня есть ещё один вопрос…
— Спрашивай.
— В каком состоянии вам нужен этот маг? Я понимаю, что живым, но насколько важна его целостность? Я слышал, что он довольно сильный маг, и не уверен, что мы сможем выкрасть его без боя, если он окажется в этой академии. Она очень хорошо охраняется.
— Ханс, он нужен не просто живым, но и по возможности здоровым! И какие ещё бои? Ты там совсем с ума сошёл? Всё должно быть абсолютно бесшумно! Никто даже догадаться не должен, что его похитили! И уж совершенно точно никто не должен подумать на нашу страну. Нам не нужен открытый конфликт с Россией! Действуйте крайне аккуратно и тихо. Ты меня понял?
— Так точно, герр Хофман, — тяжело вздохнул в трубку собеседник, — Но это будет очень сложно сделать. Наши возможности тут и без того крайне ограничены, а вы вообще урезаете их практически до нуля…
— Не желаю даже слышать твои жалкие оправдания! — рявкнул профессора так, что даже его помощники в другом конце лаборатории вздрогнули, — Ты прекрасно знал, куда едешь, и был никак не ограничен финансами и другими ресурсами, когда готовился к поездке, и должен был всё предусмотреть! Не разочаровывай меня, Ханс. Ты прекрасно знаешь, чем тебе грозит моё разочарование…
— Виноват, профессор, приложу все усилия, чтобы выполнить миссию! — сразу взбодрился собеседник, который, будучи личным помощником профессора, прекрасно знал, на что тот способен в гневе, — Можете быть во мне уверены!
— Хотелось бы, Ханс. Очень хотелось бы…
Глава 24
— А теперь давайте поприветствуем выходящих на лёд наших Витязей и пожелаем им удачи! — раздался под сводами арены громкий голос, и нашу команду встретили бурными аплодисментами и криками, когда мы показались в проходе.
Соперник, Челябинский Коршун уже ждал нас на арене, нетерпеливо постукивая клюшками по льду.
Мы двинулись к ним, а я ошалело оглядывался по сторонам, разглядывая переполненную арену. Вот это да… Вот вам и студенческая лига… Я-то думал, что если нас придут поддержать пара сотен человек, то это уже будет очень хороший результат, но было не меньше пары тысяч народа. Свободных мест вообще не было видно. Отовсюду доносились крики, вой каких-то музыкальных инструментов, барабаны. Всё смешалось в дикую какофонию, и било и по ушам, и по мозгам.
Ноги вдруг как будто свинцом налились, и я невольно замедлил шаг. Я никогда не был публичной личностью, и сейчас ощущать столько направленных на меня глаз было как-то тяжело. Как будто груз ответственности упал на плечи, и здорово так придавил к земле.