Столовая, до которой шла в тяжких размышлениях, была светлой, и только стулья и шторы на окнах имели глубокий зелёный оттенок. А вот на стульях уже сидели представители эльфов, и, если я правильно прочла ауру, кто-то из двуипостасных. При моём появлении мужчины дружно встали, от чего я чуть не дала назад. Мало ли, мне уже пора вещички собирать и уматывать отсюда, чтобы костерок не развели? Благо, со мной просто поздоровались.
— Ты долго. Садись завтракать, а после поговорим. — Во главе стола сидела женщина, что, по прослеживающимся общим чертам, приходилась матерью для этого тела.
На мужчин она смотрела надменно, будто они рождены были только для того, чтобы обхаживать её костлявую тушку. Не подружимся, сразу решила я, бесшумно скользя по мраморному полу к своему месту. Ещё одно отличие от тех эльфов, с которыми я была когда-то знакома, заключалось в том, что эти ели мясо. Причем с таким аппетитом, словно телятина нанесла им смертельное оскорбление. Весы моих подозрений всё больше перевешивали в сторону не самых радостных. Но мысли мыслями, а завтрак — самый главный приём пищи человека, даже если ты теперь немного эльфийка.
— Марэль, я одобряю твою просьбу и разрешаю посетить невольничий рынок для покупки наложника. — По-доброму улыбнулась хозяйка, а у меня от её слов чуть через нос чай не пошёл. Зато хоть имя своё узнала. — Можешь сразу после завтрака ехать, тебя сопроводят братья.
Женщина посмотрела в ожидании, наверное, думая, что сейчас её дочь вскочит со своего места и вприпрыжку помчится в конюшню. Возможно, даже не забудет поблагодарить за столь щедрый подарок матушку. А вот я в этот момент могла только моргать. Даже дышала через раз, надеясь, что эльфийка рассмеётся и скажет, что пошутила. Честно говоря, на то, что у меня просто закончится воздух в легких и я потеряю сознание, уходя так от неудобного разговора, тоже надеялась.
— Доченька, ты могла бы хоть спасибо сказать. — Укорила эльфийка, так и не услышав писка восхищения. — Как-никак ты сможешь сама выбрать партнёра для своего первого раза.
Писка как не было, так и нет, а вот сип из горла всё же вырвался. Мне ещё и тело девственное досталось. Полный Мрак. — Спасибо. Мама. — выдавила из себя через силу.
Какой кошмар. Что мне делать, если совершенно ничего не знаю и, что ещё хуже, не понимаю. На меня медленно, но верно всё же накатывало осознание того, что боги запихнули мою душонку в другой мир. Но неужели в качестве извинений за неудобства не могли хотя бы имена новых родственничков впихнуть? Вот кто из девяти представленных на обозрение мужчин являются братьями? И кто в таком случае остальные? И в конце-то концов, за каким Мраком мне лишаться девственности с каким-то купленным мужиком?! Крамольную мысль, что можно во всем сознаться и весело поскакать на костёр, пока отложила, но убирать далеко не стала. Мало ли способов вывернуться из неприятностей, а то и вовсе обернуть их в свою пользу?
— Матушка, позволь отложить поездку на некоторое время. — развернувшись корпусом в сторону эльфийки, смиренно решила выпросить для себя отсрочку.
Но, кажется, сделала что-то не то, потому что не только она, а вообще все в столовой уставились, будто я призвала в качестве музыканта на бал касори. А чего? Голос у этой тварюшки Мрака сильный, а то, что визжащий и вызывающий желание сдохнуть… Ну так кто не без греха, как говорится? И всё равно, что я сказала не так? Эта эльфийка явно же главная. Не могу сказать пока, нормально ли это для всех эльфов или только для этой семьи, ну так и я время выпрашиваю не для того, чтобы крестиком пойти вышивать.
Мне нужна библиотека с её многовековой информацией. На крайний случай и кладбище сойдет. Ещё ни один призванный призрак не мог меня обмануть или утаить информацию. А кто лучше их может знать о том, где я оказалась, но при этом не проболтается об этом остальным? Другой вопрос, если здешние призраки окажутся сильнее, чем в моём мире. Проблем мне это не доставит, а вот разозлить может. Но и тогда не мне переживать надо, а тем, кто попадется под руку черной магисе ступени архимагистра, да еще и жрице Великой Мары по совместительству.
Глава 4
— Д-да… — неуверенно брякнула эльфийка, явно не подумав, и осеклась. Прокашлялась, посмотрела на прислужников, на сидящих за столом, взяла себя в руки и заговорила по существу. — Могу я узнать почему? Ты неделю уговаривала меня с отцами, а сейчас желаешь отложить поездку?
Отцами? Так, а вопросы-то всё копятся.
— Я поняла, что ещё не готова взять на себя ответственность за наложника. Я очень благодарна и ценю, матушка, что ты дала одобрение на покупку, но всё же прошу дать мне немного времени. — щебетала я, растягивая губы в улыбке и хлоп-хлоп ресничками.
— И сколько же тебе нужно времени?
Уточнила эльфийка таким тоном, словно спрашивала, когда её доченька лишится девственности? А то дочери её подружек уже давно это сделали, а её всё в девицах сидит. Непорядок, однако! Хорошо хоть не стала уточнять, для чего это время мне понадобилось.
— Дайте мне неделю, матушка. — не прекращая улыбаться, поднялась на ноги и, присев в легком реверансе, начала медленное отступление к дверям. — Спасибо за завтрак. Приятного дня.
В коридорах я решила вспомнить студенческие годы, поэтому неслась так, словно на финише меня ждал самый нудный преподаватель, который любит валить каждого второго адепта с автоматом. Мне нужны знания! У меня голова скоро взорвётся от всё генерирующих мозгом вопросов. Но сколько ни бродила, ни искала, а найти библиотеку так и не смогла. Слуги провожали меня недоумевающими взглядами. У меня же спустя час безнадёжных поисков было столь паршивое настроение, что они предпочитали молчать. Хотя в мыслях сделала пометку, что все встречные существа были только мужского пола. В это с трудом верилось, но в огромном трехэтажном особняке с несколькими крыльями — нет библиотеки. Да что там, даже маленькой комнаты хотя бы с одной полкой с книгами и то нет! Плохо об этом думать, тем более жрице Смерти, но я была готова кого-нибудь убить. А после призвать в это тело какого-нибудь призрака, привязав к себе, чтобы наконец узнать хоть что-то о том, где мне предстояло прожить новую жизнь. Но я была не столь отчаянна, чтобы попасть в немилость своей богини, а вот попытаться с ней связаться — другое дело. Да, за помощь потребуется плата, но лучше уж пойти поработать по известной тебе специальности, чем умереть, когда только начала осознавать, какая благодать тебе досталась. Ведь мне позволили переродиться, сохранили память о прошлой жизни и даже уровень магии остался прежним.
— Вот ты где! — в беседку, в которой я медитировала, ворвался молодой двуипостасный. Сколько ни всматривалась за завтраком, но определить, какой у того зверь, так и не смогла. В моём мире двуипостасные могли оборачиваться и только, а в этом, что удивительно, они, похоже, ещё и магией владеют. Причем резерв их немаленький, потому что у более старшего мужчины, что тоже сидел за столом, исходила похожая сила. — Марэль, ты чего сегодня по дому бегала? — он плюхнулся рядом, довольно улыбаясь.
Я хотела промолчать, но вспомнила, как заглядывала в каждую комнату, чуть ли не обнюхивала каждый угол в надежде услышать тот самый неповторимый запах книг, и из горла вырвался едва слышный рык. Глаз пока не открывала, зная, что их заволокла Тьма.
— Марэль? — растерянный шёпот, а моего плеча касается горячая ладонь парня. — С тобой всё хорошо? Сестрёнка, если с тобой что-то случится, нас же с братьями первыми обвинят, что не уследили! Так, я за лекарем! Нет! Я тебя к нему лучше отнесу!
— Сидеть! — рыкнула на запаниковавшего, как выяснилось, братца. — Со мной всё в порядке.
— Да в каком же месте в порядке?! Ты с самого утра ведёшь себя странно. Ты даже не обрадовалась мне, когда я пришел! — с обидой почти выкрикнул парень.
Открыв глаза, поняла, что обиды в глазах не меньше, чем в голосе, но что я могу поделать? Сейчас всем нелегко живется. А мне без знаний и вовсе хреново. Парень на вид лет двадцати пяти, со светло-голубыми глазами, короткими светло-русыми волосами, ещё по-юношески округлым лицом, но уже пробивающейся щетиной, которую парень, по-видимому, сбривает, тонкие губы, короткий нос без горбинки и прямые черные брови. Высокий и массивный по сравнению с эльфами, но оно и понятно — всё же внутри него живет зверь. Который, кажется, меня боится, потому что аура двуипостасного потускнела, не желая привлекать к себе внимание той, кто может повелевать мертвыми. Но почему этого не чувствует человеческая часть? Они должны быть единым целым.