— Что тебя гложет? — Спрашивает участливо, вероятно, выловив на моём лице озадаченность.
— Я искал Третьяковых…
— Мне доложили, — перебила и усмехнулась. — Скорее всего, они убрались с Острова тайно. К сожалению, с моими частыми отлучками осведомителей у меня доверенных нет. Вряд ли я смогу помочь больше, чем Татищев.
— Пожаловался?
Кивнула.
После второго бокала Небесная задумалась и как–то внезапно погрустнела.
— Что–то случилось?– Насторожился уже я.
— Да, не знаю, как тебе это сказать, — призналась вдруг, посмотрев на меня встревоженно.
— Как, как? Прямо, Насть.
Вздохнула тяжело, взгляд увела. Тааак.
— Британские меха–гвардейцы будут обучаться у нас на базе в Ангарске, — выпалила. — На наших полигонах. Договорились об обмене опытом. С девятого сентября начало мероприятий.
Весь романтический настрой, как рукой сняло. Что происходит⁈
— Я вас вообще не понимаю тогда, — развёл руками.
— В результате вчерашних переговоров было принято такое решение, — говорит, будто оправдывается. — В обмен британцы заложат на верфи в Петербурге по своим технологиям наш новый флагман. Будут работать их специалисты.
— Не понял.
— У нас будет свой дредноут. В обмен на обучение.
— Замечательно, — развожу руками. — И?
— Об этом позаботился Мастер. Он всё же на нашей стороне. Думаю, он хочет объединить нас. Или хотя бы создать паритет.
Что за бред. Я даже откинулся на спинку диванчика, не зная как ещё реагировать на такое заявление.
— Зачем ему это? — Спрашиваю, недоумевая.
— Не знаю, меня это беспокоит. Даже больше, чем то, что мы поделились с британцами своими боевыми машинами. Такое ощущение, что Мастер недоволен результатом нашей миссии. Будто мы сделали что–то не так.
— Не устранили меня, — огрызнулся.
— Думаю, это был личный порыв Олега. А не задание Мастера.
— Допустим, — хмыкнул, не став спорить, и вернулся к горячей теме. — А на кой чёрт британцам учиться у нас? У них есть Агнесса, она всё им покажет. Состряпать свой полигон и пару–тройку тренажёров — ума не надо. Тебе не кажется, что это ловушка? Они будут знать все наши слабости.
— Они и так их знают, — выпалила и замялась.
— Договаривай, — подловил её, в груди похолодело.
— Нам предъявили претензию за бойню на юге Африки, — выдавила. — Таковы их условия.
— Вот же чёрт, — прошипел, не сумев сдержать эмоций.
А что если Агнесса знала в нашу последнюю встречу, что мы сотворили с её новыми подданными⁈ Тогда понятно, почему она так ко мне отнеслась, когда освободилась от бремени воина Таннан.
Чувствую себя поганей некуда.
— А Агнесса? — Спросил, затаив дыхание.
— Она тоже заявлена в качестве руководителя своего меха–отряда.
— Что ещё мне нужно знать, Насть? — Впился в неё взглядом.
— Через два дня ожидается её прибытие на бал.
Сердце задолбило бешено.
— Да мне всё равно, — прокомментировал, солгав, и подлил в бокалы вина.
— Она будет с Уильямом, как его супруга, — подбавила ещё масла Небесная.
— Я же сказал, мне плевать, — выдавил.
— Андрей, не натвори глупостей, прошу тебя, — простонала Настя, принимая свой бокал из моей руки.
— Всё хорошо. Почему так смотришь?
— Никаких дуэлей с Уильямом, обещай мне.
— Всё зависит от него, — ответил, покривившись. — Если он обвинит меня в смерти своих моряков голословно, я молчать не стану.
— Вот этого больше всего и опасаюсь…
Глава 8
Встречайте, Уильям и Агнесса!
Иркутская область. Листвянка. Императорский остров.
17 августа 1906 года по старому календарю. Суббота.
22:01 по местному времени.
Главный зал императорского дворца.
Музыка обрывается на самом красивом куплете. И зал замирает. Потому что объявляют появившихся долгожданных, очень знатных гостей:
— Его королевское высочество принц Британии Уильям Альберт Виктор и принцесса Британии Агнесса–Виктория Голицынская!!
Услышав, кого представили, переполняюсь волнением. И не знаю, отчего больше переживаю. Наверное, что не смогу теперь посмотреть ей в глаза.
Потому что в них я — убийца.
А что думает обо мне Анна?
За три дня я так и не нашёл возможностей встретиться с сестрой. Да и не пытался, даже письмо передумал писать. А всё потому, что мне было чем заняться с Настей, которая буквально не выпускала меня из своих покоев, не заботясь о возможных слухах. Вероятно, она старалась заставить меня забыть другую. Очень старалась.
Но от этого только хуже.
Как объявили об Агнессе, пользуясь удачным одиночеством, вышел на внутренний балкон верхнего этажа, теперь мне прекрасно видно обоих.
И они ошеломительно прекрасны. Будто бросили вызов всему миру.
Я и представить не мог, что Агнесса в бальном платье будет выглядеть, как сказочная принцесса, от которой перехватывает дыхание. Она, что ослепительное солнце, нежный и самый невероятно красивый ангел, спустившийся с небес.
С балкона я вижу, как таращатся на неё все, как открываются их рты до самого пола. Изумление не сходит с лиц гостей. Я даже слышал, как ахнула толпа при их появлении, словно люди увидели чудо.
Уильям и сам хорош. Статный красавец, выправка и выражение на лице, как у Юлия Цезаря. Он больше не выглядит легкомысленным хлыстом. Это новоиспечённый вершитель судеб, который, вероятно, ещё примеряет свою новую желанную маску.
И Агнесса досталась ему…
От зависти меня задушила огромная жаба. Да так, что вино в горло уже не полезло. Сжав стеклянную ножку бокала, захотел пальцами раздавить её.
Как же повезло этому хмырю.
Настя отлучилась ещё час назад, иначе бы сейчас прочла на моём лице всё. И, наверное, стала бы презирать. Потому что никогда не видела меня таким безнадёжным.
Но разве возможно… не влюбиться в такую⁈
Агнесса в белоснежном платье с голубым орнаментом, утончённая, нежная, производит впечатление балетной примы. Гармоничная и интересная причёска красиво оголяет шею. Лицо, прекрасней которого не сыщешь, открыто и лучится белыми светом. Идеальная кожа, невероятные глаза. Ох, этот задорно вздёрнутый носик. Она и прежняя, она и другая. Роза, которая распустилась наконец. И всё, что я люблю в ней вдруг исчезло, но возродилось вновь в кратности великолепия.
От этого только хуже. Потому что сдохнуть от тоски хочется. Она не моя.
А те её порывы, первозданные и чистые оказались лишь подсознательным долгом. Но только благодаря им я понял, как она мне дорога. Несмотря ни на что. Невзирая на факты.
Я ей не верю. Её цинизму, её безразличию.
Нам надо поговорить. Нет… теперь мне страшно от этой мысли. Я боюсь услышать горькие слова.
И ненавижу себя за терзания и слабость.
Быть безразличным, когда она рядом — это выше моих сил. Остаётся только сбежать. Не видеть, перестать думать. С глаз долой — из сердца вон. Хочется в это верить. Хочется знать, что у меня есть пути к отступлению.
Чуть постояв, они двинулись вперёд торжественной походкой, как идёт пара под венец. И гости, что завядшие цветы, по мере их приближения распускаются вновь. Сад зацветает, он озаряется ласковым светом Солнца.
Целая делегация из двадцати персон следует за ними. Фрейлины, слуги, стража. Хм, им позволили привести сюда и своих охранников со шпагами.
Не сдержавшись, я иду параллельно им по второму этажу. Гости прилипли к перилам, как простые зеваки, им нет дела до меня и моей спешки. Они высматривают британцев.
Нет, я больше не хочу любоваться ею. Мне нужно знать, как встретит их император.
Как встретит Агнессу моя сестра.
Что обманывать себя, волнуюсь за обеих.
И с каждым шагом, выбираю из себя дурь. В ней нет ничего особенного, это просто женщина. Я владел ею, я получил всё, что хотел. Она дала мне это. Что же ещё хочу? Её любовь? Да к чёрту.
Ты сама сделала выбор. Теперь живи с этим. Агнесса.
Дохожу до места, где за мной наблюдал Мастер, когда я впервые увидел его. Но дальше стоит оцепление из гвардейцев, которые готовы уже наброситься на меня, дабы не пересекал границу. Встаю у перил на свободном участке, метров пятнадцати не доходя. Гостей здесь поменьше, но тоже устремили взоры в сторону входа, предвкушая приближение дивной пары.