Илай уходит твердыми, размеренными шагами. Дверь с щелчком захлопывается за ним, оставляя меня в состоянии растерянности и невыносимого тепла.
Что за игру мы сейчас ведем? Ведь никто не проинформировал меня о новых правилах.
Он должен был относиться ко мне с презрением, так какого черта произошла эта внезапная перемена?
На следующее утро я с удивлением обнаруживаю Илая на кухне.
Обычно он уходит из дома к тому времени, когда я просыпаюсь в десять утра, и возвращается поздно вечером, обычно после того, как я удаляюсь в свою комнату, чтобы сразиться со своей обычной войной с бессонницей.
Войной, которую я полностью проиграла прошлой ночью, потому что легла спать только в четыре утра.
Я подумываю о том, чтобы вернуться в свою комнату и исчезнуть, пока он не уйдет куда-нибудь, но это будет означать, что я избегаю его.
Я лучше умру, чем дам ему хоть какой-то намек на это.
— Доброе утро, Сэм, — я приветливо улыбаюсь женщине, пока беру свой коктейль и полностью игнорирую его болезненное присутствие.
Несмотря на то, что в соседней комнате целая столовая, он сидит за кухонным столом, читает газету, как старомодный лорд, и потягивает кофе.
Белая рубашка, темно-синие брюки и мои часы на запястье.
Да. Все так же безупречен, как и всегда.
— И тебе доброе утро, миссис Кинг, — говорит он, не поднимая глаз от своей газеты. — Приятно, что ты наконец — то присоединилась к нам. Я думал, что фондовый рынок закроется раньше, чем ты осчастливишь нас своим появлением.
— Хорошо, что я не занимаюсь своим собственным портфелем инвестиций, — я сажусь напротив Сэм, она тоже потягивает чай и без эмоций наблюдает за нашим обменом мнениями. — Я иду в оранжерею. Позвони мне, когда исчезнет это неприятное зрелище, Сэм.
Илай наконец смотрит на меня поверх своей газеты. Он приостанавливается, когда замечает мою бархатную юбку цвета шампанского. Она длиной чуть ниже ягодиц, обтягивая мои стройные изгибы.
Его взгляд спускается с моей белой муслиновой блузки, останавливается на груди, а затем окидывает взглядом мои голые ноги и милые тапочки-кролики. На мгновение я ощущаю, как его большие венозные руки вычерчивают узор на моей обнаженной плоти, обжигая и отмечая ее, чтобы все могли увидеть.
Перестань думать о сексе и Илае.
Он возвращает свое внимание к моему лицу.
— Сядь.
— Нет.
— Усади свою задницу, пока я не нашел для тебя менее приятный стул.
— Все равно нет. Приятного аппетита, — я посылаю ему фальшивый поцелуй и направляюсь к двери.
Прежде чем я успеваю выйти из его орбиты, две сильные руки поднимают меня за талию, и я вскрикиваю, когда Илай опускает меня на твердую поверхность.
Его колени.
Что за…
Смузи плещется в стакане перед тем, как попасть мне на одежду.
Его упругий бицепс обхватывает меня. Он весь твердый — его грудь, бедра и… черт. Это его эрекция прижимается к моей заднице?
— Что, по-твоему, ты делаешь? — в моем голосе больше ужаса, чем в голосе монахини.
— Нахожу для тебя менее приятный стул, как и обещал.
— Отпусти меня.
— Надо было подумать об этом, прежде чем бросать мне вызов. Тебе нужно научиться контролировать свое бунтарство, миссис Кинг, — его голос так близко, что я чувствую вкус его слов и дрожь его груди, когда мои ноги раздвигаются, обнажая бедра.
Мини-юбка была определенно не лучшим выбором.
Она задирается вверх по моим ногам, в опасной близости от того, чтобы обнажить нижнее белье. Я борюсь с желанием стянуть ее, потому что тогда я буду выглядеть кроткой перед дьяволом.
— Я сяду на стул.
— Шанс упущен, — он разворачивает газету, и, хотя она лежит прямо передо мной, слова расплываются.
Я бросаю взгляд на Сэм, патетически прося ее помочь мне, но эта чертова женщина занята складыванием салфеток у стойки спиной к нам.
Не желая выглядеть сбитой с толку, я отхлебываю свой коктейль и корчусь. Боже. Физически невозможно игнорировать его эрекцию.
— Ты сегодня получил прибыль от инвестиций в акции? — спрашиваю я, изучая свои ногти.
— Конечно.
— Это объясняет праздник, который происходит подо мной.
Он приподнимает идеальную бровь, на его губах появляется улыбка.
— О чем ты?
— Делать себя богаче, а население планеты беднее — единственное, что тебя возбуждает. Существует ли парафилия9, связанная с фетишизацией денег?
— Я должен спросить тебя, раз уж ты эксперт по расточительству. И еще, — он складывает газету и обхватывает мой живот, притягивая меня к себе, пока его член не упирается мне между ягодицами, где подол юбки сходится с моими обнаженными бедрами. — Деньги — это не то, что сидит у меня на коленях.
Тепло распространяется по мне, как взрыв фейерверка, когда соломинка падает из моих губ. Проглотить содержимое чрезвычайно трудно, пока я смотрю в его ослепительные глаза.
Искра вожделения смотрит на меня в ответ, душит горло невидимыми пальцами и пробирается под кожу.
Нет.
— Должна сказать, я страшно разочарована, — я глажу его по щеке, благодарная за то, что мои слова звучат достаточно связно. — Все в порядке. В посредственности нет ничего постыдного.
С другого конца комнаты доносится тихое фырканье, и я могу поклясться, что Сэм смеется, но не могу повернуться и посмотреть, потому что выигрываю этот раунд.
Меня встречает равнодушное лицо Илая.
— Неужели?
— Да. Думаю, да, — я притворно зеваю.
— Сомнительно.
— Оу. Тебя это задело?
— Едва ли.
— Сомнительно, — я ухмыляюсь, но улыбка исчезает, когда он крепче сжимает мою талию и скользит мной вверх и вниз по своей эрекции.
О боже.
Его член наливается кровью, утолщаясь и удлиняясь, пока не оказывается прямо между моих бедер.
Я сопротивляюсь желанию сжать ноги или опустить проклятую юбку.
— Похоже, ты впечатлена, — его темные слова доносятся до моего уха низким шепотом.
— Вряд ли.
— У тебя слюнки текут, миссис Кинг.
— Скорее, я в бешенстве.
— Настолько, чтобы попытаться наброситься на мой член? — его тон стал ниже, вызвав резкие покалывания на моем затылке.
— Я пытаюсь устроиться поудобнее в этих жалких обстоятельствах.
Он скользит другой рукой по моей спине, извергая вулкан на муслиновой блузке, и я прикусываю нижнюю губу, когда его пальцы касаются моего затылка.
Илай собирает мои волосы в хвост и откидывает мою голову назад так, что она прислоняется к его груди, а он смотрит на меня сверху вниз. Его губы почти касаются моих с каждым словом.
— Тебе достаточно комфортно, миссис Кинг?
Я перестаю дышать, отчасти потому, что если открою рот, то прикоснусь губами к его губам. Ту часть меня, которая осмеливается пойти на это, посмотреть, кто победит в этой битве, нужно сбросить со скалы.
Сзади нас, словно из подвала, доносится движение, а затем знакомый голос объявляет:
— Не слишком ли рано для этого шоу?
Я выныриваю из своего инопланетного состояния и выпрямляюсь, когда Илай неохотно отпускает мои волосы, выглядя при этом очень раздраженным.
Мой взгляд сначала падает на Крея, а затем из-за его спины, прикрыв глаза, выскальзывает девушка поменьше, одетая в фиолетовый комбинезон, с соответствующими повязкой на голове и серьгами.
— Анни!
— Ава!!!
Я отпихиваю Илая, чтобы наброситься на нее в медвежьих объятиях. Несмотря на то, что я познакомилась с Анни только в универе, мы сразу же нашли общий язык. Она любит фиолетовый, а не розовый, и единственная из моих подруг, кто одержим идеей выглядеть как принцесса. Все время.
Как только мы отстраняемся, я глажу ее длинные каштановые волосы и локоны, которые она завила.
— Мне нравится твоя новая прическа!
— Обожаю твою юбку!
Мы снова обнимаемся.
— Скучала по тебе, Анни.
— Я тоже по тебе скучала, будущая невестка.