— Доброе утро, мальчики, — поздоровалась и супруга Антонова. — Кирилл, представь меня молодому человеку, а то он так на меня смотрит, что даже неудобно.
Антонов смерил меня довольно странным взглядом, но в нём точно не было никакой ревности, как у Германа. Скорее, недоумение и немой вопрос. Только понятия не имею — какой.
— Дорогая, позволь тебе представить Николая Александровича Арсеньева. С недавних пор он работает на наш Дом. А это моя супруга Агата Евстратовна Антонова-Волынская.
Услышав двойную фамилию, я даже подавился и начал кашлять. Получается, что жена Кирилла Андреевича в девичестве была Волынской. И скорее всего, довольно значимой фигурой в роду. Если не дочь главы семейства, то как минимум его племянница. Иначе и быть не могло. Просто никого ниже по статусу не подпустили бы к племяннику главы Дома Антоновых.
— Это сын Александра? И почему ты мне раньше не сказал, что он теперь работает на нас? Я всегда думала, что он далёк от всего, что связано с шахтами и энергонами. Вроде Александр говорил, что его сын решил посвятить себя науке.
— Ты же знаешь, как переменчивы бывают люди в молодости, — рассмеялся Кирилл Андреевич и посмотрел на меня так, что я невольно сделал шаг назад.
Мать Лизы восприняла это совершенно иначе.
— Вижу, что Николай спешит. Хочет поскорее встретиться с Лизонькой. Я ведь правильно поняла, что именно он будет сегодня её сопровождать? — получив от мужа утвердительный ответ, она продолжила: — То-то дочка всё утро от зеркала не отходит и гоняет гувернантку с платьями по всему дому. Поэтому не буду больше вас задерживать, молодой человек. Надеюсь, что дочка не доставит вам особых хлопот. Порой она бывает такой егозой.
— Дорогая, ты пока иди к машине, а я сейчас тебя догоню. Отдам кое-какие распоряжения и сразу за тобой.
Агата Евстратовна ещё раз окинула меня взглядом, что мне очень не понравилось. Словно оценивала жеребца на конюшне. Удовлетворённо кивнула своим мыслям и направилась к автомобилю, что стоял немного левее центрального выхода из поместья.
— Надеюсь, ты понимаешь, что сегодня не просто выходной, а вполне себе рабочий день? Приглядишь за Лизой. Не отказывай ей ни в чём, но знай меру. Деньги тебе должны были выдать, так что не подведи.
Кирилл Андреевич хлопнул меня по плечу и поспешил догнать супругу, которая ещё даже не успела дойти до ворот.
— Вот видишь, какие у нас порой выдаются выходные. Но ты не привыкай. Как станешь полноценным мастером, так тебя перестанут дёргать из-за подобной ерунды. А теперь дуй за мной, отведу тебя к юной госпоже, — сказал Герман и двинулся в поместье.
Феликса к этому моменту уже не было. Здоровяк словно испарился.
Внутри нас встретил дворецкий, также осмотрев меня оценивающим взглядом. Этот тоже остался доволен. По крайней мере, не корчился от отвращения. Сообщил, что Елизавета Кирилловна уже давно ждёт, и вызвался сопроводить меня к ней.
Здесь отвалился и Герман. Но я совершенно не переживал из-за этого. Особенно, когда увидел матушку.
Тут же подбежал к ней, схватил в охапку и закружил. Всё же она у меня такая хрупкая и лёгкая, что даже веса практически не ощутил.
— Хватит! Коля, поставь меня на место. Да и не сжимай так сильно. Весь дух из меня уже выдавил. Ты когда успел стать таким сильным? Не виделись совсем ничего, а ты вон как сильно изменился. Стал шире в плечах, заматерел, что ли? Даже толком понять не могу.
— Да, мам, чего такое говоришь? — смутился я. — Ничуть я не изменился. Может, действительно немного сильнее стал. Просто в последнее время очень много занимаюсь физическими упражнениями. А вот ты у меня совершенно не изменилась, всё такая же красивая и хрупкая.
— Только это не помешало вам схватить Ольгу Дмитриевну и трепать её, словно тряпичную куклу, — раздался голос Лизы.
Слишком я был занят матушкой и даже не заметил, как подошла юная хозяйка поместья. Повернувшись, я потерял дар речи. Настолько красива была Лиза. И настолько она выделялась на фоне матушки.
Мама была одета в довольно строгое прогулочное платье, тёмно-синего цвета. С юбкой в пол, белоснежными оборками на рукавах и воротнике. Что привлекало внимание к её тонким запястьям и шее. На ногах были надеты аккуратные белые туфли, с закруглёнными носами. А завершала образ небольшая шляпка, приютившаяся в замысловатой причёске.
А вот Лиза была в лёгком, кремовом платье, струящемся по её потрясающей фигуре и в районе бедра распадающемся на множество невесомых лоскутов, что ниспадали практически до самого пола. Но при каждом шаге восхитительная ножка выглядывала из-под ткани, будоража фантазию. Лёгкие босоножки, сделанные из кожаных полос, охватывали ногу едва ли не до колена. Что также выглядело очень красиво.
Рыжие локоны ниспадали с плеч и были закреплены заколками, изображающими воронов. Герб Антоновых даже на столь простых вещах.
Но вся эта красота меркла в сравнении с лицом Елизаветы. В прошлую нашу встречу я толком не смог разглядеть, насколько она в действительности красива. Слишком сильно волновался из-за потери материалов. А вот сейчас мне ничего не мешало.
Пожалуй, я ещё ни разу в жизни не видел столько красивой девушки. В этом лице было всё идеально. Начиная слегка вздёрнутым носиком и заканчивая веснушками, что убегали под великолепно уложенные волосы.
— Сынок, с тобой всё в порядке? — спросила матушка, когда я завис на несколько секунд, пытаясь собраться с мыслями.
Сегодняшний день будет для меня чертовски трудным.
— Всё хорошо, матушка. Просто я поражён красотой Елизаветы Кирилловны. Она буквально выбила меня на несколько секунд из реальности.
Девушка залилась румянцем, отчего стала ещё красивее, а вот матушка покачала головой, а затем ущипнула меня за щеку.
— Не нужно смущать Лизоньку. Она прекрасно знает, что очень красива. А ещё она очень скромна и вот такие комплименты в лоб… Кто тебя только этому научил? Хотя, чего это я? Сама не могла тебя научить, всё же я женщина. А здесь нужен мужчина. Вот и нахватался ты, не пойми чего, и не пойми от кого. Нужно будет попросить Кирилла Андреевича найти для тебя хорошего учителя. Чтобы показал, как нужно правильно общаться с девушками, делать комплименты и вообще…
Что «вообще» — матушка недоговорила. А я так и не смог понять. Зато Лиза, похоже, прекрасно поняла и покраснела ещё сильнее.
— Прошу прощения, если я вас смутил. Постараюсь впредь держать язык за зубами и не позволять ему болтать всё, что в голову взбредёт.
— Не стоит. Мне было приятно, — продолжая стесняться, сказала Лиза. — И давайте, перейдём на «ты». Всё же мы ровесники и лишняя фамильярность ни к чему. Мне её вполне хватает. А так хочется простого общения.
— Без проблем. Это я запросто.
Матушка посмотрела на меня так, словно я только что оскорбил Лизу. А вместе с ней и всех Антоновых. Но я лишь пожал плечами. Раз девушка просит, то не вижу причин отказывать ей.
— Так куда мы сегодня отправляемся? Я знаю в городе несколько отличных мест. Но сперва предлагаю забежать куда-нибудь перекусить.
Матушка посмотрела на меня очень подозрительно, а затем выдала:
— Мы уже позавтракали. Так что в этом нет необходимости.
— А вот я бы не отказалась от чая со свежей выпечкой. Николай, ты знаешь, где можно это найти? — Лиза уже перестала стесняться и даже подошла ко мне ближе.
Уловил её аромат, от которого голова пошла кругом, но на этот раз я смог сдержаться и, расплывшись в улыбке, предложил девушке идти вперёд. Я знал место, где пекут самую вкусную в столице выпечку. А ещё там рядом есть цветочная лавка — то, что нужно.
* * *
— Здесь, действительно, очень вкусная выпечка. Особенно круассаны с вишнёвым джемом. Но такие большие порции. Боюсь, что после сегодняшнего дня мне придётся сесть на строжайшую диету. Иначе не влезу ни в одно платье, — уплетая уже четвёртый круассан, возмутилась Лиза.
Матушка тут же начала ей отвечать, что это будет лишним. Что несколько круассанов не испортят идеальную фигуру и всё в этом роде. Я же, под предлогом того, что мне нужно в туалет выбежал из кофейни и поспешил в цветочную лавку, где купил потрясающий букет из ирисов и жёлтых тюльпанов.