Глянув на своё отражение, я вновь вздрогнул. Пол лица в бородавках и правый глаз тоже стал жабьим.

— Ээээ… — Начал я. — И как это… — В этот самый момент мне очень, сука, больно прилетело по затылку и вскользь по шее. — Ай, блядь! — Выкрикнул я на русском. Открыв глаза, я глянул на руку, которая за это мгновение вновь стала нормальной. — Чудны дела твои господи…

— Как ты мог видеть, если не контролируемо впустить в себя природную энергию, то, начинаешь превращаться в священное животное с которым связан, а затем в камень. Иметь дело с неконтролируемой природной энергией – очень опасно. Здесь, на горе, пусть её и много, но она сконцентрирована в мягкой форме. С дикой природной энергией, ты бы превратился в прах мгновенно. Чтобы минимизировать риск, я буду бить тебя этим посохом, который создан самим… Кхм-кхм… Не важно. Главное, что он обладает способностью выбивать природную энергию откуда угодно, даже из живых и тех, кто её удерживает. Любое количество и концентрат природной энергии могут быть выбиты и развеяны при контакте с этим посохом мгновенно. Пусть риск куда меньше чем у остальных храбрецов, которые решились на эту тренировку… — Он снова с намёком глянул на всех этих каменных жаб и печально выдохнул. — Риск всё ещё есть. Пока трансформация не завершена, процесс обратим, но если переборщить, то…

— Старик…

— М?

— Ты же понимаешь, что выхода у меня нет. За мной идёт сам лидер «Рассвета», а это одна из самых опасных сволочей во всём сраном мире и одолеть его без этой силы у меня шансов почти нет, поэтому… — Я поднялся с колен и снял с себя спортивную куртку и футболку демонстрируя свои татуровки-печати на мускулистом теле. — Прошу, помоги мне побыстрее освоить это ваше «искусство мудреца»… Буду должен.

— Так ты уже знаешь? — Я кивнул. — Хех… — Выдохнул старый жаб. — Ничего ты мне не должен. Достаточно и того, что ты был избран следующим мудрецом жабьей горы.

— Ну тогда… Приступаем. — Протянул я к нему кулак и Фукасаку, как наш чувак, несмотря на свой почтенный возраст сразу всё сообразил и отбил его.

***

Железная дверь открылась и в просторное помещение складского, административного здания вошёл Кабуто с усталым видом в своём плаще с натянутым на глаза капюшоном.

— Мне казалось, Коноха так не действует… — Раздалось недовольство от стоящего в дальнем углу седоволосого мужчины в комбинезоне и жилете-разгрузке Конохи. — Бледный, что ты собираешься делать с работниками склада, которых ты запер в подвале? Разве недостаточно было их просто связать, раз уж выгонять не хотел? Зачем ты всех отравил своим ядом? Если там кто слабый, то, может и не проснуться.

— Простите, Сакумо-сан, но это уже не вашего ума дело. Вы всё равно уже мертвы… Лучше следите за округой.

— Учиха, ты тоже с этим согласен? — Обратился он, к откинувшемуся на стуле и задремавшему черноволосому парню в рваной белой рубахе и чёрных полевых штанах. — Открыв глаза ему пришлось их протереть, чтоб вновь навести фокус.

— Кабуто… Тебе ведь больше не нужны тела для экспериментов?

— Не вижу пока смысла тащить с собой лишний груз. Посмотрим, как Тоби сдержит своё слово. — Ухмыльнувшись ответил он.

— Так какого хрена? — Спросил Саске поднимаясь с деревянного стула на котором остался рваный плащ.

— Уходя по воде вдоль береговой линии нам повезло наткнуться к вечеру на этот порт. Пусть у нас и получилось захватить здание ночью и очень быстро, но не стоит недооценивать Скрытое Облако. Они легко могли просчитать, что мы окажемся здесь или просто отследить нас. Если нас найдут, то понадобятся заложники.

— Разве нам недостаточно Восьмихвостого? Не будут же они бить на поражение пока он с нами? — Глянул Саске на покрытое ожогами разной тяжести тело мускулистого чернокожего блондина, связанное несколькими змеями, которое оставили лежать у стенки.

— Кто знает… — Пожал плечами Кабуто. — В любом случае, я уже заминировал этих людей и при отходе это выиграет нам некоторое время.

— Тц… — Цокнул языком Саске.

— Знаю, тебе это не нравиться, но нам следует действовать хладнокровнее, если хотим уйти живыми из логова врага.

— Вам следует действовать как шиноби Конохи и не забывать про честь! — Строго произнёс Сакумо, заставив Саске активировать шаринган и перевести на него взгляд.

— Ты, что-то перепутал, старик. — Повернувшись к нему, произнёс Саске. — Мне насрать на этих людей, и мы вовсе не шиноби Конохи. Честь шиноби, говоришь, а? — Сделал Саске несколько шагов ему на встречу. — Я наслышан о тебе, Белый Клык. Ты ведь отец Какаши, так? Ты о той самой чести думал, когда послал приказ деревни к чёрту, чтобы вытащить своих товарищей? Или честь толкнула тебя на суицид, оставляя своего малолетнего сына на произвол судьбы? Давай… Расскажи мне о чести шиноби Конохи, а я расскажу тебе о том, как моего родного брата заставили вырезать собственную семью, якобы во благо деревни! Я бы хотел сейчас спросить у него, что он думает о чести тех людей, кто отдал ему этот приказ, но я не могу, потому, что я убил его! Убил родного брата, по чести отомстив за родителей и клан!

— Хех… Так значит клан Учиха всё же пал… Это печально, Фугаку. — С грустью глянув в пол, произнёс Сакумо.

— Меня не так зовут…

— Знаю. — Поднял он глаза. — Просто глядя на тебя, я вижу молодого Фугаку. Ты ведь его сын? — На этом Саске вздрогнул, но чуть погодя, снова ухмыльнулся.

— Так ты поэтому меня спас? Напрасно… Чтоб тебе всё было понятно, я намерен уничтожить Коноху до самого основания! — Выкрикнул ему в лицо Саске. — Честь… Товарищество… Любовь. Всё это хрень собачья! За этой ширмой, которая ничего не стоит, скрыта правда, что эта деревня стоит на крови и смертях! Смертях невинных женщин и детей! Смертях, одураченных шиноби, что сложили свои головы за то, чтоб всякая сволочь могла дальше защищать свои интересы лишь прикрываясь благими намерениями! Ну… Каково тебе узнать после смерти, что на твоём наследии был взращён тот, кто намерен уничтожить всё то, что ты так рьяно защищал?! Ты такой же, как и Какаши – дурак, что не видит дальше собственного носа, верующий в чушь, которую используют, чтоб твоими руками творить на этой земле ад! — Подойдя почти в упор, Саске встретился с Сакумо взглядом и стоял так около минуты, но, последний ничего не ответил, продолжая смотреть в его шаринган сложив руки на груди. — Тц… Это разговор с глухим. — Произнёс Саске, проиграв в гляделки и прикрыв глаза вернулся и сел обратно на стул. Потянувшись к стакану с водой и деактивируя шаринган, Саске случайно задел стакан предплечьем и опрокинул его. Посмотрев на свою руку сразу после этого, по спине Саске пробежали мурашки. В глазах слегка потемнело и зрение заметно упало, а рука едва заметно дрожала.

— У нас гости. — Коротко произнёс Сакумо и его глаза снова стали волчьими. Шаринган Саске вновь активировался, копавшийся в вещах Кабуто резко поднялся с корточек и бросил Саске один из его подсумков.

— Где они?

— Склад окружён, ближайшие дороги перекрыты. — Смотря волчьими глазами в потолок, произнёс Сакумо и на секунду закрыл глаза концентрируясь. — Есть кое-что… Похоже, они вычислили наше местоположение благодаря сенсору. Он прячется в канализации прямо под нами. Пока к нему не прибыло подкрепление – это единственный способ для нас уйти, не вступая в бой с ударными группами Облака.

— Тогда так и сделаем, Сакумо-сан. — Улыбнулся Кабуто. — Не думал, что вы будете жалеть шиноби Облака и уводить нас от столкновения с ними.

— А что если он ведёт нас в ловушку? — Спросил Саске и Кабуто покачал головой.

— Это невозможно. Моя техника печати сейчас не берёт полный контроль над ним только потому, что я не хочу тратить лишнюю чакру полностью подавляя волю столь сильного шиноби. Будучи связаны контрактом призыва мёртвых и видоизменённым фуиндзюцу Орочимару-сама, мы можем чувствовать намерения друг друга. Всё, что собирается делать мертвец, которого я призываю, проходит через мой разум, чтобы я в любой момент мог запретить то или иное действие. Также есть ряд и безусловных ограничений. Призванный мертвец не может лгать, атаковать призывателя, сопротивляться прямым командам.