Вера схватила его за руку.
— Пожалуйста, Тони, будь осторожен!
Он осторожно опускал корабль, пока тот не оказался не более чем в сотне ярдов над странным, неподвижным скоплением тумана, которое не колыхалось на ветру. По-прежнему за ним ничего нельзя было различить, кроме смутных теней и огней. Из осторожности включив электрозащитный экран, Йорк продолжил спуск, пока почти не коснулся слоя маскировки.
Пройдя ещё несколько футов, корабль погрузился в туман, а затем резко остановился.
Йорк и Вера посмотрели друг на друга. Никакой ощутимой преграды перед ними не было, только странный, мерцающий, непроницаемый туман. В качестве эксперимента Йорк увеличил мощность своего двигателя. Его корабль давил на странное препятствие до тех пор, пока корпус не заскрипел, но не продвинулся больше ни на дюйм.
Йорк, что-то бормоча, сбавил обороты.
Затем, с внезапностью, заставившей их вздрогнуть, мощный телепатический голос ударил в их мозг.
— Кто это ищет присутствия Троих Вечных?
Многозначительно взглянув на Веру, Йорк ответил с помощью телепатии, которую он столько совершенствовал и использовал в космосе.
— Антон Йорк, Бессмертный!
— Спускайся!
Одновременно с этим словом мерцающий туман под килем их корабля исчез. Внизу открылась котловина, пустынная, за исключением огромного мраморного здания в её центре. Оно было выполнено в древнегреческом стиле, а камень, из которого оно было сложено, покрылся пятнами от глубокой старости.
— Те двое мужчин были здесь! — ахнула Вера. — Он сказал правду. Тони, ты думаешь, и всё остальное, что он говорил…
Йорк неопределённо мотнул головой.
Глава 4. «Атлантида восстанет вновь»
Антон Йорк посадил корабль перед зданием, оставив защитный электроэкран включённым. Когда телепатический голос пригласил его войти в здание, Йорк вежливо отказался. Вместо этого он включил свой телевизор, попросив их сделать то же самое, если у них есть такой инструмент.
Мгновение спустя это подтвердилось, и его экран заиграл кружащимися огнями, которые, наконец, оформились в изображение богато обставленной комнаты, в которой сидели трое мужчин.
Йорк и Вера внимательно всмотрелись в них.
Их богатые бархатистые тоги были странного, непривычного фасона. Их черты лица, хотя и были чисто человеческими, представляли собой странную смесь восточных и нордических признаков. По возрасту все они казались достигшими расцвета сил. Но больше всего было заметно, что их глаза светились тем же странным светом, что у Йорка и Веры — знаком бессмертия!
— Мы ждали вас, Антон Йорк, — сказал один из троицы, всё ещё используя универсальный язык телепатии. — С самого твоего прибытия в Солнечную систему мы знали, что вы услышите о нас. Как это произошло?
Йорк рассказал о встрече с кораблём-бродягой и словах воскресшего человека.
— Он сказал, что вы угрожали уничтожением цивилизации! — закончил он с вызовом.
Якобы бог холодно улыбнулся.
— Да, полагаю, мы рассказали им эту историю. Вкратце, несколько месяцев назад они пролетали над горой Олимп на самолёте. У него отказали двигатели, и он разбился о нашу крышу из защитного тумана. По нашей прихоти мы вылечили их. В качестве ещё одной прихоти мы рассказали им историю, которую вы слышали. Мы хотели посмотреть, сведёт ли это их с ума. Но мы быстро потеряли к ним интерес и отослали прочь. Мы живём долго, очень долго. Ничто в мире смертных нас больше не интересует.
Что-то вроде ярости вспыхнуло в Йорке из-за того, как спокойно и холодно это существо говорил о других людях.
— Вы не имели права играть двумя человеческими жизнями! — горячо воскликнул он.
Вечный пожал плечами.
— Мы живём долго, очень долго, — повторил он. — Концепции правильного и неправильного перетекают друг в друга на протяжении веков.
Йорк собирался снова гневно ответить, когда Вера тронула его за руку.
— Не спорь с ними, Тони — бесполезно! — быстро прошептала она, сознательно желая, чтобы транслируемые ею мысли были пустыми. — Вместо этого выясни о них всё, что сможешь.
Йорк сжал её руку и заговорил с троицей холодноликих мужчин.
— Сколько же вы прожили?
Снова ледяные, презрительные улыбки от всех троих.
— Сколько ты прожил, Антон Йорк — около двух тысяч лет с тех пор, как тебе сделали прививку восстанавливающей радиогены сыворотки? Нам тоже был дан такой эликсир молодости, чтобы вечно оставаться в расцвете сил, но это было двадцать тысяч лет назад!
Невероятное заявление заставило Йорка и Веру на мгновение оцепенеть. Эти трое прожили очень-очень много!
— Этого не может быть! — пробормотала Вера. — Этого не может быть!
— Однако это правда, — заверили Вечные. — Двадцать тысяч лет мы трое жили и дышали: вам интересно, чем мы занимались всё это время? Большую часть времени, как и вы двое, мы провели в космосе. Мы странствовали на бесконечные расстояния, видели бесчисленные миры у бесчисленных солнц.
Однако потом нас заинтриговали определённые действия в Солнечной системе. Мы посмеялись про себя, Антон Йорк, когда увидели, как ты перемещаешь астероиды и создаёшь кольца для Юпитера. Потому что ты просто продолжил то, что мы бросили от скуки. Мы были теми, кто создал кольца Сатурна! И мы, проверяя наши возможности, взорвали планету, вращающуюся между Марсом и Юпитером, чтобы создать современные астероиды.
Первоначально у Венеры был спутник, который мы переместили на новую орбиту. Теперь он называется Меркурий. Меркурий в мифологии — странствующий бог или блуждающая планета. Мы дали названия всем планетам.
Но со временем эти вещи утратили свою новизну. Мы больше ничего не делали. Блуждания в космической пустоте и наблюдения за другими мирами и цивилизациями занимали гораздо больше нашего времени. Со временем надоело и это. Наказание за бессмертие — скука, как ты тоже заметишь, когда проживёшь немного дольше и увидишь пепел тщеты за кострами жизни. Последние пять тысяч лет мы оставались на Земле, находя её великолепие по меньшей мере таким же интересным, как и всё остальное во Вселенной. Мы участвовали в истории человечества, как и вы. Мы, а не первобытные египтяне, построили великую пирамиду Хеопса, потом они скопировали свои с неё. Это наша отметка, чтобы показать медленное течение времени в более быстром темпе. Каждое столетие свет неподвижной звезды немного смещается по шкале в конце одного из внутренних проходов. «Неподвижная» звезда! За время наших жизней даже звёзды сдвинулись!
Мы непреднамеренно вызвали Ноев потоп, когда раскололи некогда прочный Гибралтар и заполнили водами Средиземноморский бассейн. Какое-то время, в великую греческую эпоху, мы в некоторой степени контактировали со смертными, дав начало их знаменитой мифологии. Наши научные деяния и кажущиеся чудеса произвели на них впечатление деяний расы богов.
Мы делали и многое другое. Но со временем все эти вещи перестали нас интересовать. За последние три тысячи лет мы мало что делали, только вздыхали и задавались вопросом, не предпочтительнее ли самоубийство медленному отравлению скукой. Даже твоё возвышение две тысячи лет назад, Антон Йорк, и твои подвиги тысячелетней давности не смогли заинтересовать нас надолго. Мы полностью утратили эту странную, но важную человеческую способность переживать по любому поводу!
Внезапно Йорк и Вера увидели в их глазах невероятную усталость духа, которая овладела ими. Они, несмотря на их молодые тела, были тремя очень старыми людьми, которые вкусили жизнь в полной мере и больше не могли выжать из неё ни капли вдохновения. Внутренне они уже умерли.
Антон Йорк глубоко вздохнул. Временами он тоже, даже за свои сравнительно короткие две тысячи лет существования, задавался вопросом, сколько времени пройдёт, прежде чем для него не останется ничего нового — ничего, что могло бы привлечь его внимание. Потом он сбросил с себя эти чары уныния. Не следует слишком много думать о таких вещах.