Арпег не знал, как реагировать на такие откровения. Алиса не так часто делилась подробностями своих злоключений, но иногда вот так, именно на эмоциях, прорывалось.

— Мне жаль, что все именно так сложилось, — ответил он довольно нейтральной фразой, как по учебнику. — Мне кажется, та тетка слишком легко отделалась. Неужели ей ничего не было? — ведь по сути, если бы не та психованная баба, Алиса бы тут вряд ли бы сидела. Конечно, жажда легких денег все еще могла иметь место, однако стабильная учеба скорее всего отбила бы желание искать себе авантюры на пятую точку.

— Ее ребенка потом переехал грузовик у нее на глазах. Я к этому отношения не имела, но выпила в тот вечер на радостях, если честно. Я ведь не одно искреннее проклятие в ее адрес отправила, — Алиса издала довольный хмык. Наверное, плохо такому радоваться, но ее это не особо волновало.

Это заставило Арпега окончательно замолчать и еще раз задуматься, что вообще произошло с Алисой. Что было первым, жизненные невзгоды или странный характер? Ему вряд ли пришло бы в голову праздновать, что чьего-то ребенка переехал грузовик, даже если бы он этого человека десять раз ненавидел. Для него это было чем-то противным и неправильным. Отвратительно радоваться чужому горю. Хотя вряд ли он понимал слово «ненависть» так же глубоко, как Алиса. Все же, это очень личное чувство, сравнимое разве что с любовью. Далеко не у каждого в жизни случалось что-то, способное наполнить его душу самой настоящей черной ненавистью, отравляющей и носителя в том числе.

— А что с тобой в участке происходило? — все же решил перевести тему парень и заодно подвести разговор к странному порезу, который он оставил болторезом.

— Разговаривали со мной там, — ответила Алиса с какой-то неопределенной интонацией, — Мортен прав был, они ловят магов. Мужик говорил, что меня засекли еще в пункте тестирования, но не смогли почему-то договориться с твоими родителями. Типа я интересна для ученых. Он спрашивал меня про навыки и говорил, что у меня цвет магии не соответствует, еще способности есть. У меня она голубая, а должна была в ультрафиолет уйти. И что магия — это возмущения квантовых полей.

Арпег немного задумался, обдумывая информацию. К сожалению, про магию и квантовые поля он ничего сказать не мог, потому что даже приблизительно не представлял, как это может работать за пределами классических теорий. А описание от Алисы было слишком общим.

— Про цвет магии я могу сказать, что чем ближе свет к верхней границе спектра, тем ниже длина его волны, выше частота и выше энергия фотонов. Возможно, чем сильнее маг, тем ближе цвет его магии к фиолетовому по радуге. И соответственно слабее, если к красному. Ультрафиолет это за пределами видимого спектра, после фиолетового. Это лишь предположения, ты сказала просто несколько каких-то непонятных обрывков информации.

Алисе это показалось логичным. У того же Штерна магия вроде как желто-оранжевая, и он жаловался, что мало чего умеет. А у нее даже телекинез получился, несмотря на то, что в процессе сгорела бумажка. Но голубой — это вроде как достаточно высоко, куда еще в ультрафиолет-то?

— Разве ультрафиолет не вредил бы мне, если бы моя магия действительно его излучала? — девушка с сомнением посмотрела на собственные руки.

— Возможно, у магов есть защита от пагубного воздействия. Вон тебя же взрывом не тронуло, как я вижу. А меня всего корежит… — пожаловался Арпег, кряхтя. — Или вон на рану свою посмотри, — он ткнул пальцем себе в шею, в то место, где у Алисы был надрез от болтореза.

Арпег дождался, пока девушка ощупает кожу, ощутит корочку зажившего ранения и с вопросом уставится на него.

— Когда я случайно ее тебе нанес, кожа вся была черная. Как когда ты превращалась на корабле. Учитывая, что в обычном виде ты не регенерируешь и даже превращение после ранения не дает такого эффекта, рискну предположить, что твой странный вид дает тебе какие-то преимущества. Ты знаешь что-то об этом?

Девушка лишь мотнула головой, трогая порез повторно.

— Я вообще не видела других магов, — про Штерна она решила не рассказывать. Кто знает, что с ними еще будет происходить? Мортен доверил ей эту тайну, и она постарается унести ее в могилу. — А со мной все это началось только здесь. Хотела бы я сама знать, что это значит.

— Мортен сумел собрать с тебя генетический материал и, когда добрался до секвенатора с бактериями, расшифровал и его тоже. Он сказал, что еще посмотрит внимательнее и, возможно, покажет разбирающимся людям, если все кончится благополучно, но глядя на результаты, он сказал, что ты человек. Правда, позже, уже когда мы летели на Такт, он сознался, что у человека есть куча всяких кусочков генокода, о значении которых никто точно не знает. Возможно. способности пробуждаются каким-то сложным сочетанием сразу нескольких признаков, — сообщил Арпегиус, с некоторой настороженностью косясь на Алису. Неизвестно, как она отреагирует на тот факт, что ее тестировали без согласия.

— Вот падла, — девушка была лаконична, но недовольство было какое-то блеклое и усталое — Я же сказала, что хрен ему, а не мое ДНК. Ладно… — кажется, она не горела желанием долго злиться. — Уже все равно, на самом деле. После такой истории нас Альфа из-под земли выкопает. Мы можем попробовать скрыться, но мне кажется, это лишь продлит агонию. Мортен что-то сказал про содержимое термоса? — в голосе Алисы слышался неяркий интерес.

Арпег лишь печально кивнул на мысль про Альфу. Он-то куда лучше подруги понимал, что скрыться в Альянсе практически невозможно. Особенно сейчас, когда он и сам стал персоной нон-гранта. До этого еще были какие-то шансы выправить фальшивые документы Алисе через родителей.

— Он сказал, что бактерии из твоей банки очень похожи на бактерии с его красной планеты. И что они в термосе все переженились, выделили какой-то усиливающий регенерацию белок, но при этом там еще оказался токсин, из-за которого тебе так плохо было.

— Жаль, что все так закончилось. Я бы хотела поэкспериментировать с этим. Может получилось бы сделать чистую микстуру, без токсина. Такая полезная штука была бы, мне кажется, — девушка перевела взгляд на небо в районе загоризонтного свечения. От засвета отделилась светящаяся точка, напоминавшая небольшой летательный аппарат. Аэрокары были меньше, к друзьям же приближалось что-то вроде большого потомка вертолета.

Алиса встала на ноги.

— Прятаться будем? — поинтересовалась она у Арпега, глядя на него сверху вниз.

— Не стоит, — качнул головой парень. — Если от Альфы, то все равно поймают. А если местные, то могут и не найти. Смысл тут сидеть?

— Я думала, ты захочешь попрощаться. Ну, с сестрой, к примеру. — Алиса сначала сказала, а уже затем запоздало подумала, что сморозила чушь. Арпег собирался с ней в Вондерленд, а значит, наверняка сказал всем все, что хотел. Да и никто его не будет расстреливать на месте. Упрячут куда-нибудь за решетку надолго. Или казнят после суда. В тонкостях местного правосудия девушка была не сильна.

— Да пошла бы она. Раз сама все лучше всех знает, то пусть гадает, что со мной случилось, — неожиданно произнес парень.

Алиса лишь тихо выдохнула и опять закашлялась.

— Тогда я пойду встречу, что ли, — с этими словами она двинулась к кратеру. Наверняка на него и ориентировались те, кто летят сейчас в их сторону.

Пока Алиса болтала с Арпегом, огни приблизились, и точка света разделилась на четыре. К ним двигался большой квадрокоптер — легкая маневренная машина, отлично подходящая для перемещения внутри куполов, вместительная и быстрая.

Прошло около минуты, прежде чем квадрокоптер оказался над головой. Сердце екнуло, когда глаза выцепили знакомый красный логотип «Альфы» на борту. Честно говоря, девушка надеялась на местных.

Летательный аппарат приземлился метрах в пятнадцати от Алисы, но она все равно получила свою порцию песка в лицо. Пока Лиддел отплевывалась, двери коптера открылись, и оттуда спрыгнули на землю бойцы в знакомых экзоскелетах. Девушка спокойно ждала их. Руки не подняла, но смотрела на корабль спокойно, без резких движений. Стояла и стояла.