И вот оружие готово. Абсолютно невзрачный пистолет по старым чертежам. Можно сказать, кустарная, уменьшенная реплика одного из детищ Беретты. Хотя, учитывая оборудование, кустарной эту поделку язык назвать не поворачивался. Алису, не слишком сведущую в оружейных вопросах, происходящее немного удивляло. Это ведь все должно быть запрещено, разве нет? Почему тогда они так легко и достали патроны, и изготовили оружие, и все это для Харли чуть ли не рутина? Однако из обрывков разговоров Мортена и его подруги Лиддел поняла, что по юности Штерн состоял в банде местной шпаны и однажды чуть не потравил половину школы собственноручно изготовленной «Черемухой». Так вот откуда у него эти странные замашки! А ведь с виду весь такой из себя интеллигент.

— Думаю, великой точности тебе не надо. Все равно в критической ситуации ты будешь палить «в ту сторону». Так что главное — это чтобы отдачей тебя не сносило на другой конец коридора, — вещала Харли.

Уже на следующее утро они стояли в местном тире и ловили заинтересованные взгляды, которые, впрочем, теряли свой запал, уперевшись в Харли и Мортена. Несколько человек подошли и поздоровались за руку, похлопали парня по спине, спросили за жизнь. Что немного удивило Алису, про нее никто не интересовался. Так что она могла спокойно примериваться к новому оружию. Пистолет лежал в руке непривычно, но осознание того, что Лиддел легко, в эту же секунду, может вынести мозги всем окружающим, придавало ему веса. С ним Алиса чувствовала себя целостной, что ли. Больше не было маленькой девочки, которая ничего не значила. Внутри прорастало предчувствие. То, для чего она была рождена, невозможно выполнить голыми руками. Похожее чувство завершенности девушка ощущала, когда брала в Вондерленде свой нож. Тяжелый, почти полметра длиной от кончика до кончика, украшенный гравировкой. Также перевешивает хрупкую и слабую кисть и на первый взгляд вносит дисбаланс, но это только до тех пор, пока не начинает движение. Магия напитывает его, узоры начинают светиться, лезвие становится продолжением тела. Газовый голубой цвет отлично сочетается с кроваво-красным, капающим на траву. Убивать во спасение. Да. «Во спасение чего?» — задала себе внутренний вопрос Алиса. Ответ «себя» напрашивался сам собой, но что-то внутри говорило, что это не совсем верная догадка. «Друзей?» — продолжает гадать девушка, разглядывая сначала пистолет, а затем поднимая глаза на Штерна и Арпегиуса. Те заняты очередным знакомым Штерна и не обращают внимания на этот взгляд. И снова ответ неверный. Нет. И от них тоже можно будет избавиться, если они помешают спасению того самого. Но чего же?

Думай, Алиса. Что ты спасаешь? Почему ты здесь?

«Я хочу вернуться домой,— продолжает внутренний диалог девушка, немного выпадая из реального мира, но продолжая по инерции изучать оружие. — Я спасаю свое право на дом?»

По телу, от макушки до кончиков пальцев проходит волна мурашек, как будто Алису касается теплый магический ветер. Кажется, ответ верный. Алиса не может понять, появилось ли это ощущение вследствие осознания правдивости ее догадок или правдивость она осознала из-за этого ощущения. Мир на мгновение плывет. Мир на мгновение меняется. Она стоит посреди залитого солнцем луга. Луг заканчивается. Луг на летающем острове. Вокруг множество таких островков. А облака водят хороводы, будто очерчивая следы колец от взрыва.

— Эй, ты не выспалась, что ли? — смешливый тон Арпегиуса плеснул Лиддел в лицо холодной водой реального мира. Наваждение спало. Она снова маленькая ничего не значащая девочка.

Девушка встряхнула головой и хмуро уставилась на Пега.

— Нет, задумалась о том, как я здорово вынесу этой штукой тебе мозги, — мрачно пошутила она.

— Мне-то за что? Я хороший. Мортену вон можешь вынести. Он больше не будет тогда пытаться тебя лечить.

Аргумент. Алиса снова задумалась и посмотрела на Штерна. Чего бы не вынести, раз такой вредный.

— Ладно, мы сюда не разговаривать пришли, — Харли наконец оторвалась от очередного знакомого. — Раз уж Матс подтвердил информацию, то надо ускоряться. Давай, Алиса, вставай, как я тебя учила, и целься прямо в центр мишени. И постарайся ничего себе не отстрелить.

Лиддел безбожно мазала, что было довольно ожидаемо. Если бы цель стояла застрелить забор — она бы, может, даже справилась, но исключительно в том случае, если бы забор стоял на месте и не стрелял гвоздями в ответ. Харли побежала бы за дробовиком, чтобы решить проблему. Ведь, как известно, если у тебя дробовик, то твое неумение целиться больше не твои проблемы. Но Алису и так швыряло отдачей. Так что приходилось работать с тем, что имелось.

Алиса оказалась довольно способной ученицей по части обращения с оружием. Выстрелы все еще носили порой характер «в ту сторону», но кучность уже была достаточной для того, чтобы хотя бы попасть в человека. И это всего за пару дней. Лиддел скромно улыбалась и старалась лишний раз не упоминать, что ей раньше приходилось уже держать в руках оружие, пусть и магическое. Восхищение и оторопь окружающих нравились девушке, и на ее лице все шире расползалась самодовольная улыбочка. Роль безобидной девочки, которая оружием заставляла других сменить снисходительность на удивление, стала для нее желанной. Правда, это не слишком нравилось Апегиусу. Он наблюдал за успехами Алисы, все больше мрачнея.

— Почему ты каждый раз смотришь на меня с оружием, будто я балуюсь с ядовитой змеей? — поинтересовалась у него Лиддел, подсаживаясь рядом во время одной из своих последних тренировок. Рыжий тогда сидел в уголке и исподлобья наблюдал за тем, как девушка с азартом, пусть и с переменным успехом, расстреливает манекены.

— А тебя удивляет? Я изначально сказал, что это плохая идея, — буркнул Арпег. — Сделают из тебя вот такое же, — парень махнул рукой в сторону мишени, — даже хоронить нечего будет.

— Но ты же видел, я делаю успехи. Я смогу за себя постоять, — девушка нахмурилась и чуть надулась, наклонив голову набок. Пег был единственным, кто не выказывал восторга или одобрения.

— Постоять? Это ты про перестрелять безоружных сотрудников склада? Они и так тебя не тронули бы. Мортен в тебя играет, как мальчишка в солдатики! — Арпегиус воспользовался тем, что Харли с другом ушла на перекур, чтобы высказать то, что он думает. — А если по твою душу придут настоящие бойцы, то тебе эта штука не поможет. Только эта шпана непуганая в своем углу этого не понимает.

— И что? У тебя есть план получше? — с легкой насмешкой фыркнула Алиса, заслужив неодобрительный взгляд Арпега. — Про «забей на своего тупого кролика» я слушать не собираюсь.

Парень уже было собрался выдать что-то в духе «Какая-то ты шибко смелая стала с этой железкой в руках», но принял решение промолчать, понимая, что это приведет лишь к ссоре — Мортен оказывал на подругу слишком большое влияние. А уж какой эффект произведет напоминание, как Алиса тряслась после того, как несколько дней назад сбежала из того подожженного бизнес-центра… Она и вправду слишком заносчивая стала с оружием, может и вмазать в ответ.

Арпег поймал себя на мысли, что действительно допускает мысль о рукоприкладстве со стороны Алисы, хотя раньше об этом было бы дико даже подумать. Они знакомы уже год, и за все время Лиддел ни разу даже голоса на него не повысила. Хотя всякое бывало. Ссорились, мирились, спорили, обижались. Но здесь как будто что-то изменилось. Буквально за несколько дней девушка прибавила на вид пару лет и несколько сантиметров роста, хотя это было неправдой. Просто изменилась мимика и поза. Она перестала горбиться и зажимать плечи, будто закрываясь от всего мира. Добавились странные вещи вроде взгляда сверху вниз, различных недобрых улыбок и хитрых-хитрых глаз. Арпегиус, вспоминая эпизод на корабле, неуютно отворачивался, ловя ее кошачий взгляд. Словно на него смотрело что-то нечеловеческое. Может, прав был Мортен насчет чертей?

***