Варя зажмурилась. Её переполняли ярость и тяжёлое чувство, которого она не могла бы объяснить или описать.
Через две улицы – остановка. Наверное, Стёпка давно сошёл со своего автобуса. Может быть, Макар уже привёз его домой и теперь бегает по округе в поисках младшенькой. Но не стоит слишком на него надеяться. Эта часть села почти заброшена, про неё подумают в последнюю очередь. Поблизости только пара жилых домов. И в одном из них обитает Антонина Сергеевна, но даже если бы девочка могла придумать способ вызвать её… Что может сделать не очень здоровая пожилая женщина с ватагой разъярённых хулиганов?
Это место – пустыня. Потому и привлекает любителей грязных игр и тёмных делишек. Здесь лес подступает к самым дворам. И он зовёт Варю.
«Что?» – удивилась девочка. Ветер гудел между веток, заставляя листья шелестеть всё громче и напористей. И в шуме этом слышалось чужое имя, которое почему-то показалось очень близким, как будто когда-то принадлежало ей. Чаща смотрела на неё всей глубиной.
Джек скулил так жалобно, что каждый звук отдавался в её собственном сердце болью. Дыхание сбивалось, грудь теснило, будто что-то пыталось вырваться из неё, зов леса превратился в треск. Чёрная туча взмыла над деревьями и с невероятной скоростью понеслась к девочке. Уши болели от надрыва. Ещё минута и она не выдержит, ещё минута и…
Варе казалось, что кричит не она. Голос был совсем не похож на тот, который ей приходилось слышать. Всё плыло вокруг, в глазах потемнело. Она ещё видела, как что-то замельтешило, слышала гул. Она различала ужас на лицах всех этих мальчишек, которые бешено махали руками, будто пытались кого-то отогнать, и убегали прочь. Даже Ромка смотрел на неё странно, хоть и оставался рядом до той самой минуты, когда картинка перед её глазами смазалась и погасла.
– Варюха! – последнее, что ей удалось расслышать.
Кошмар
Тело всё ещё ныло, но больше, чем физические неудобства, Варю бесила мысль о том, что шесть драгоценных дней были потеряны из-за каких-то идиотов. Почти неделя её прекрасных летних каникул!
– Ммм? – спросил Стёпка, протягивая ей кружку знахарикного волшебного чая.
Варя попыталась улыбнуться. Плечо прошивало острой болью всякий раз, когда она пыталась им пошевелить.
– Ммм, – покачал головой брат.
– Это пройдёт, – заверила девочка и, склонив голову на его руку, продолжила наблюдать за Ромкой, в тысячный раз пересказывающим их приключение. Мама морщилась. Макар посмеивался над новыми деталями и красками, которыми обрастала история. Знахарка делала вид, что очень занята собственными заботами, но Варя знала – она слушает. И следит за всеми.
Джек мирно посапывал, привалившись худой мордой к девочке. Он почти перестал вздрагивать и скулить во сне. Это немного успокаивало. Значит, любой кошмар забывается. Может быть, и с ней всё будет в порядке.
– Ммм? – спросил брат.
– Да так, – она не отрывала взгляда от Ромки. – Думаешь, он избегает меня?
– Ммм… – пожал плечами Стёпа, но подумав, добавил:
– Ммм? – показывая пальцами: «чуть-чуть».
– Скорее во-от так, – развела руками сестра.
Стёпа потрепал её по голове и ничего не ответил.
Три дня, которые Варя провела в бреду, Ромка от неё не отходил. Так ей сказала мама. Она и сама видела, как он обрадовался, когда подруга открыла глаза. И первый вечер был рядом с ней, пел свои цыганские песни и несмешно шутил. «Ты же, – говорит, – не корова, зачем принялась его бодать? Лучше бы пнула». Потом они оба засмеялись, но тут же схватились за больные места. Ему досталось ещё больше.
Но дальше как-то сам собой разговор пошёл о развязке. Все почему-то этой темы сторонились, а Ромка так и вовсе глаза отводил, да мямлил какую-то ерунду.
– Что было-то? – допытывалась Варя.
– Тебе видней, – буркнул друг.
– Ещё и эта туча откуда ни возьмись, – не обращала внимания девочка. – В прогнозе ни слова про осадки. Я же помню. И небо ясное…
– Так и не было дождя, – перебил Ромка, – только этот противный гнус.
– Гнус?
– Ну да, – его передёрнуло при одном воспоминании. – Комары да мухи какие-то. А ещё ты…
Он прикусил губу и уставился на свои расцарапанные синие руки.
– Чего?
Он пожал плечами. И помрачнел. В тот вечер он больше на неё не посмотрел. Варе припомнились перекошенные страхом лица, которые она видела, как в дурмане, и свой собственный голос, казавшийся чужим. Не могли же они все испугаться её? Она же обычная девчонка. Безумная, если пошла против оравы хулиганов, но не самая смелая и уж точно не самая сильная.
– На что это было похоже?
Варя вздрогнула. Ей так и не удалось привыкнуть к внезапным появлениям знахарки.
– Ммм! – возмутился Стёпа.
– Как будто ты тонешь, и не хватает воздуха? – не обращала внимания женщина. – Или, может, на пожар, пожирающий тебя изнутри.
– Какие образы, – попыталась съязвить Варя, – вы фэнтези не пишите? Я бы почитала.
– На что это было похоже? – в её взгляде заблестел лёд, недобрый знак.
– Я не знаю, – вздохнула девочка.
Знахарка помолчала, давая время на раздумья, но глаз не отвела. Сегодня вряд ли удастся уйти от вопроса.
– Как будто я – не я, – сдалась Варя. – Как будто что-то внутри управляло мной. А ещё лес…
– Лес? – звучало обеспокоенно.
Варя застыла, будто только сейчас что-то припомнила и снова забыла. Вот всегда с ней так! Вертится же прямо тут, а высказать никак. Она нахмурилась и, наверное, выглядела слишком озадаченной, потому что Стёпка снова вмешался:
– Ммм! – недовольно замахал руками, объясняясь со знахаркой.
– Хорошо, – смягчилась та, – успеется. Ишь, защитник какой.
Она странно рассмеялась, но лёд из глаз никуда не делся.
– Отдыхай, красавишна.
Варя прищурилась, в очередной раз заприметив, как женщина сторонится огня.
– Ммм, – кивнул Стёпа, он тоже видел.
– Вовсе не странно, – поспорила сестра.
– Ммм,– не унимался парень.
Варе не нужно было прикладывать усилия, как другим, она всегда понимала, что он хочет сказать. «Ты так не думаешь», – слышалось в его интонации. И девочка знала, что брат прав, но соглашаться не хотелось. В последнее время её вообще тянуло противоречить всему. Поэтому она легонько толкнула парня здоровой рукой:
– Да ну тебя!
***
Варя нашла Макара у озера. Ночной холод уже остудил землю, и теперь запах сырости от воды казался ещё острей. Посиделки у костра давно закончились. Но девочке не спалось. И похоже не ей одной.
– Никак? – спросил мужчина, не повернув голову в её сторону.
«Ну, блин!» – вздохнула Варя. Ей никогда не удавалось подкрасться к нему незамеченной.
– Что меня выдало? – поинтересовалась вслух, самым равнодушным тоном, на который только была способна в этот момент.
– Ты как медвежонок. Пыхтишь, топаешь, сметаешь всё на своём пути.
Он обернулся, смерив девочку оценивающим взглядом. Она еле сдерживалась.
– Прости, я не думал, что ты охотишься, в другой раз непременно подыграю.
Варя недовольно фыркнула, озираясь по сторонам. Макар это сразу заметил. Он вообще всё замечал.
– Ищешь шпинатный пирог? – спросил он, улыбаясь. – Или в меня бы запустила что-нибудь посолидней?
Девочка надула губы. Но ссориться ей не хотелось. Точно не сейчас. Только Макар мог решить её вопрос или хотя бы указать направление.
– Ну что там? – напомнил мужчина.
– Как глаза закрою – всякая ерунда мерещится.
Он понимающе кивнул. И от этого немного полегчало. Варя знала, что завтра ей снова будет грустно и плохо, потому что все вдруг стали смотреть на неё с особой тревогой. Мама и Стёпа, потому что переживают, Ромка, потому что боится, а знахарка… Её взгляд тоже изменился. В нём не было непонимания, но что-то, заставляющее ёжиться и сомневаться в своей нормальности, то и дело выскакивало наружу, хоть женщина и пыталась это тщательно спрятать. С Макаром было иначе. Он вёл себя так, будто ничего особенного не случилось.