– Придётся вас немного простимулировать,– злорадно усмехнулась Кира.
Она сделала ложный выпад с противоположной стороны ствола и тут же снова спряталась обратно. На этот раз убийцы не дремали, из кустов раздался хлопок пистолетного выстрела, и в тот же момент арбалетная стрела взметнула прядь волос на голове Киры, пролетая в дюйме от её виска. Ответный выстрел раненого охотника был более результативным. Тихий стон и хруст ломающихся веток были тому прямым доказательством. Итак, количество нападавших сократилось на одного, в идеале, убийца вообще остался в одиночестве. Это не могло не радовать.
– Интересно, кого из двух стрелков постигла кара? – мысленно прикинула Кира. – Я бы целилась в арбалетчика, пистолет – не слишком меткое оружие, тем более в сумерках, да ещё и в лесу.
Некоторое время она подождала, чтобы дать оставшемуся убийце время осознать своё положение, а потом снова метнулась к дереву, рядом с которым лежал раненый охотник. Никакой реакции со стороны нападавших не последовало. Может быть, убийца испугался и сбежал? Или занят подстреленным товарищем? Этой передышкой следовало воспользоваться. Кира дотянулась до своего арбалета и, подхватив оружие, откатилась под защиту ближайшего ствола. Тёмная тень метнулась в кустах, и бравая охотница не мешкая спустила курок. Стрела ещё не покинула арбалетное ложе, а она уже поняла, что цель поражена. Действительность не замедлила подтвердить Кирины инстинктивные ощущения, второй убийца рухнул как подкошенный, ломая ветки кустарника и даже не успев произвести ответный выстрел.
– Что это за фигня? – фыркнула сновидица. – Я уже, что ли, могу управлять реальностью сна? Круто, так я скоро, вообще, выбьюсь в волшебники.
Она поднялась на ноги и отправилась посмотреть на дело своих рук. Тело молоденькой девушки со стрелой в горле лежало в неестественной позе, словно у механической куклы кончился завод, и она грудой тряпья рухнула на землю. Где-то рядом должно было находиться ещё одно тело, но Кира не стала его искать, поскольку зависла в ступоре, не в силах оторвать взгляда от жертвы своих охотничьих игр. Неудачливая убийца была Кире знакома, помнится, в каком-то из прошлых сновидений они даже мило болтали за чашкой чая. А теперь смерть наложила свои права на это юное создание, превратив жизнерадостную девушку в сломанную куклу.
– Я её убила,– отрешённо пробормотала Кира и не узнала своего голоса, он прозвучал глухо, словно это говорил автомат, а не живой человек.
Ей казалось, что она спокойна и полностью себя контролирует, но вдруг обнаружила, что ноги отказываются держать её ставшее ватным тело. Кира рухнула на колени, и её вырвало.
– Молодец, меткий выстрел,– раздался одобрительный смешок за её спиной. – Похоже, это твой первый труп. Ничего, привыкнешь.
В первый момент Кире захотелось заорать, бросить этому насмешнику какую-нибудь гадость, но сил на агрессивную ответку не нашлось. Ей стало так жалко себя, слёзы сами по себе хлынули из глаз. Она взахлёб зарыдала, отдаваясь своему горю и изливая вместе со слезами ужас от совершённого убийства. Сейчас Кире было до лампочки, что этот кошмар случился во сне, что она просто защищалась и пыталась спасти жизнь раненого, подобные утешительные аргументы больше не работали.
– Если ты сейчас же ни возьмёшь себя в руки, то на твоей совести будет ещё один труп,– строго произнёс раненый охотник,– а конкретно, мой. А ну, быстренько вытерла сопли и бегом за подмогой.
Командирский тон подействовал на Киру словно ушат ледяной воды. Она вскочила на ноги и, не глядя на раненого, бросилась в сторону болота, где по всем расчётам должен был располагаться лагерь охотников. Чутьё её не обмануло, и через полчаса раненого со всеми предосторожностями перенесли в домик лекаря. Сама Кира, дождавшись благополучного окончания спасательной операции, побрела к реке. Она ощущала себя грязной, ей хотелось смыть с себя несуществующую кровь убитой девушки. Разумеется, сновидица отдавала себе отчёт в иррациональности своих действий, но инстинкты взяли верх над логикой, и она не стала сопротивляться своему спонтанному порыву.
Забурившись в заросли каких-то кустов, Кира стянула с себя грязный комбинезон и в чём мать родила плюхнулась в воду. Тело тут же покрылось мурашками и принялось дрожать от холода как заячий хвост, но упёртая купальщица продолжала принимать водные процедуры, словно в каком-то мазохистском порыве наказывала себя за совершённое убийство. Впрочем, долго плескаться в холодной воде Кире не дали, буквально через пару минут на берег прибежал запыхавшийся посыльный и потребовал, чтобы она немедленно предстала пред светлые начальственные очи. Делать было нечего, пришлось подчиниться, таковы уж были правила охотничьего сна, которые сновидица соблюдала с религиозным фанатизмом.
В домик лекаря набилось столько народу, что, как говориться, яблоку негде было упасть. Мужики громко спорили, не обращая внимания на лекаря, хлопотавшего около раненого.
– Рис, ты точно видел, что их было двое? – с напором вопрошал командир Кириного звена, судя по всему, уже не в первый раз. – Мы нашли только Мелли.
– Может, второго ты только ранил? – предположил незнакомый охотник.
– Не, тогда мы бы нашли кровавый след,– тут же возразил ещё один.
Раненый устало прикрыл глаза, ему было откровенно плохо и совсем не хотелось участвовать в разбирательстве. Охотники беспечно игнорировали его состояние и наседали на бедолагу не то с вопросами, не то с обвинениями. Кира поняла, что её спаситель сейчас сам нуждается в спасении, и решительно выступила вперёд.
– Их было двое,– уверенно заявила она. – Одного убил Рис, а второго я, вернее, вторую.
– А как тот первый выглядел? – тут же накинулся на неё командир звена.
– Я не разглядывала,– Кира резко повернулась к дознавателю,– не до того было.
Наверное, допрос мог бы продолжаться ещё долго, но тут лекарь решительно вклинился в толпу охотников и потребовал, чтобы те освободили помещение.
– Деточка,– обратился он к Кире,– ты не боишься крови? Поможешь мне с этим парнем?
Просьба прозвучала неожиданно, и Кира сходу не смогла найти убедительную отмазку, чтобы откосить от участия в операции. Не то чтобы она боялась крови, но без подобного зрелища она точно могла бы легко обойтись. До сих пор в своих снах она не сталкивалась с кровавыми сценами и не была уверена, что желает получить такой жизненный опыт. Кира смущённо подняла глаза на раненого и встретила его понимающий взгляд. Ей стало стыдно до красных ушей. Этот парень со странным именем Рис закрыл её своим телом от арбалетной стрелы, а она брезгует помочь лекарю его перевязать. Просто позор.
– Конечно,– беспечно улыбнулась Кира,– что нужно делать?
– Помоги мне снять с него куртку,– распорядился лекарь, даже не заметивший колебаний своей невольной помощницы. – Держи ножницы, разрежь ткань вдоль спины, чтобы открыть рану.
– Эй, док, а нельзя как-то без порчи имущества? – возмутился раненый. – Я за этот комбез отвалил сотню галленов.
Возмущение Риса было вполне оправдано. Боевые комбинезоны в этом сне делали из прочного и очень дорогого волокна, которое называлось синтэк. Несмотря на созвучное с синтетикой название, эти волокна были вполне природного происхождения, их получали из какой-то местной лианы. Боевые комбинезоны из синтэка являли собой образец надёжности и удобства и пользовались заслуженной репутацией топовых моделей военной амуниции. А вот цена у них была совсем негуманная.
Увы, неуместные попытки Риса отстоять свою собственность не произвели на лекаря никакого впечатления. Он только фыркну и кивнул Кире, чтобы приступала к операции. Рис ещё немного поворчал, но сопротивляться не стал, ему уже было не до того, потеря крови была слишком значительной. Когда рана обнажилась, лекарь поблагодарил Киру и разрешил ей уйти. Она с облегчением вздохнула и уже повернулась к двери, но тут её взгляд снова упал на бледное лицо Риса. Что-то в его глазах заставило женщину остановиться и присесть рядом с раненым.