— Не бойтесь. Это всего лишь глупые животные. Мы сильнее и умнее. Держитесь за мной, — командует Ремезов. — Теперь туда, в проход. Там люди.
Слышу голоса и негромкую музыку. Но люди далеко, если собаки на нас бросятся, мы не успеем!
И тут из прохода вылетает что-то мелкое, рыжее и заходится бешеным визгливым лаем.
Это совсем крохотная, но очень, очень, ОЧЕНЬ злая собака. Домашняя, ухоженная, залюбленная и оттого уверенная в своей непобедимости.
В ужасе собираюсь зажмурить глаза; сейчас от крохи останутся рожки на ножки, не хочу на это смотреть!
Но происходит чудо. Бродячие псы поджимают хвосты и пускаются наутек.
— Вот видите, Таня, наглость — второе счастье, и размер не главное. Злость и вера в себя важнее силы, — говорит Ремезов и тянет меня руку. — Идем к людям. Хватит с нас опасных приключений. И пожалуйста… простите меня, Таня. Я был беспечен. Завел вас невесть куда. Из-за меня вы могли пострадать.
* * *
Спотыкаюсь от изумления.
— Все в порядке, — бормочу. — Вы не виноваты. Это же я придумала такое приключение, с меня и спрос.
Ремезов мрачно вздыхает. Надо же, какой совестливый!
— Вы меня не дали бы в обиду, правда? Я в вас верю, — утешаю его. — Вы знали, что делать. С вами не пропадешь.
— Никому не стоит полностью верить, Таня. А вы молодец — вели себя разумно и не паниковали.
Да ну?
Наконец мы выходим к людям. Вздыхаю с облегчением. Рыжая псинка подгоняет нас лаем. Вот она точно вожак. У нее не забалуешь.
На площадке у последнего гаража, под ивами, компания устроила пикник. Дымится шашлык на мангале, играет музыка, туда-сюда бродят веселые мужики и их спутницы.
К нам кидается толстый лысый дядька и кричит:
— Туся! Туся! А ну, сюда! Молчать! Ну что ты за зараза такая, Тусечка… — он подхватывает рыжую мелочь и целует ее между ушей.
— Простите, пожалуйста, она вас напугала, наверное! — извиняется мужик. — Она не кусается, только ругается.
— Вы бы не давали ей одной бегать, там собаки бродячие. Она на них набросилась и нас спасла, — серьезно объясняет Ремезов. — Но ваша Туся могла огрести.
Мужик охает и переживает.
— Маша! — зовет он жену. — Забери Тусю, не пускай ее никуда, ради бога!
— Здравствуйте, — рослая блондинистая женщина внимательно нас оглядывает. — Заблудились?
— Немножко. Поехали погулять в незнакомый район и заплутали, — объясняю я. — Сюда можно такси вызвать?
— Лучше дальше пройти, к дороге, тут таксисты долго искать будут, куда проехать. Но идти минут пятнадцать, и дорогу надо знать. Хотите шашлыка? — вдруг предлагает она. — Посидите с нами, отдохните! А мы вас потом отвезем.
— Да нет, мы лучше…
— Спасибо, с удовольствием, — перебивает Ремезов.
Мужик протягивает ему руку и представляется:
— Вова.
— А я Маша. С Тусей вы уже знакомы.
Мы называем себя. Нас проводят и представляют остальным. Нам рады — компания уже навеселе, в таком состоянии, когда любишь весь мир и хочешь всем сделать хорошо.
Нас усаживают на перевернутые деревянные ящики, протягивают пластиковые тарелки с шашлыком и бутылки с пивом. Я отказываюсь, а Ремезов делает пару глотков. Он расстегнул куртку, широко расставил ноги и вообще чувствует себя вольготно.
В компании восемь человек. Две семейные пары лет за тридцать, два холостых парня и две девицы.
Ремезов мигом со всеми подружился. Ловко вклинивается в общий разговор, вставляет меткие замечания. Я слушаю вполуха, вытягиваю гудящие ноги, отдыхаю.
Хорошо как! Сто лет не выбиралась на такие посиделки, а я их люблю. Жаль, Эдик не разделяет моей любви. Ему нужно, чтобы все было чисто, комфортно, а еду подавали на фарфоровых тарелках в ресторане.
Но мне становится неловко, когда вижу, что принаряженные, несмотря на полевые условия, девицы поглядывают на меня задиристо. По их боевому раскрасу определяю, что их пригласили сюда, чтобы свести с холостыми друзьями. И вот незадача: эти холостые друзья уселись по обе стороны от меня и предлагают мне то томатного сока, то кусок мяса понежнее. Расспрашивают, как меня занесло в эти края, рассуждают о погоде и преимуществе углей над дровами в жарке шашлыка.
Девицам это не нравится. Они записали меня в соперницы.
Зря, между прочим. Парни просто взяли надо мной шефство.
Девицы шепчутся, косятся в мою сторону. Брюнетка с накладными ресницами решает взять реванш. Подсаживается к Ремезову и начинает о чем-то с ним говорить нежным мяукающим голоском.
А Ремезову это нравится! Он поворачивается к ней, сверкает белозубой улыбкой. Девица расцветает, хлопает ресницами. Зачем ей такие длинные? Они ей лоб не царапают, когда она глаза распахивает? Как вот сейчас, когда она пялится на Ремезова в восхищении.
Отворачиваюсь. Пускай Ремезов развлекается. Мне какое дело?
Блондинистая Маша, жена Вовы, совсем захлопоталась. Она взяла на себя роль заботливой хозяйки. Туда-сюда мечется, то тарелки принесет, то шашлык нанизывает, то помидоры режет. Мне становится ее жалко, и я вызываюсь помочь.
Маша отнекивается, но я настаиваю. За работой болтаем, и болтовня приносит неожиданную практическую пользу.
У Маши есть десятилетний сын Артем. Он не успевает в школе по русскому и английскому, они ищут ему репетитора. Я тут же предлагаю свои услуги и Маша ведет меня знакомить с Артемом.
Мальчишке скучно в компании взрослых, он спрятался в гараже и играет с телефоном. Моему появлению он не особо рад, но я умею находить общий язык с подростками.
А в гараже у Вовы здорово! Чисто, уютно. Кожаный диванчик, деревянные шкафчики, плакаты на стенах. Лыжи, велосипеды, рыбацкие снасти…
Мы с Артемом сначала немного играем на телефоне — я попутно, как бы невзначай, выясняю, почему парень английский не любит и какие у него в целом проблемы с учебой. Потом я его все же отвлекаю от гаджета — расспрашиваю про велики на стенах. А потом мы находим на полу рогатого жука и вообще обо всем забываем. Жук пытается свалить, а мы устраиваем ему разные препятствия на пути из щепок.
Ну их этих скучных взрослых! Пускай себе пьют пиво и флиртуют, а нам и так хорошо.
На пороге раздаются голоса, в гараже появляются мужчины — заходят Вова и Ремезов. У Вовы в руке стакан с пивом, у Ремезова — жареная сосиска на тарелочке, залитая кетчупом. Мужчины ведут оживленную беседу о рыбалке. Вова хвастается спиннингами.
— А, Таня! Вот вы где! — замечает меня Ремезов. — А что это вы тут делаете?
— У нас жучиный Форт Боярд, не мешайте.
Ремезов заинтересованно смотрит на пол.
— О, простите, я чуть не наступил на вашего чемпиона.
— Артемка, геть на улицу, свежим воздухом дышать! — велит Вова и Артемка убегает. Жук тоже сматывается в щель.
Ну вот, явились мужчины и все испортили. Как всегда.
Я поднимаюсь, но в этот момент Вова отводит руку с пивным стаканом, я попадаю головой по донышку, и пенное содержимое выплескивается на Ремезова. От неожиданности тот дергает рукой и залитая кетчупом тарелка впечатывается в его грудь.
— Татьяна, да елки же палки! Вы это специально, да? — возмущается Ремезов. — Два-один в вашу пользу!
— Ой! Простите! — перепугалась я. — Почему два-один?
— Один — ваше платье на бизнес-конференции. Два — мой костюм и теперь свитер и куртка! Свитер, между прочим, кашемировый, мне его мама купила.
— Я не специально, честное слово! А на конференции вы сами были виноваты.
— Родик, я тебе чистую одежу дам, — суетится Вова. — У меня в машине есть, сейчас принесу! Вот вам пока салфетки вытереться.
Он сует мне пачку бумажных салфеток. Ремезов раздраженно хмурит лоб, оглядывает себя. Он сильно промок, перемазан кетчупом, от него ужасно несет пивом.
— Давайте помогу!
Кидаюсь к нему с салфетками, но он уже скинул куртку и стягивает свитер через голову.
И тут я имею удовольствие видеть полуголого Ремезова.
Я облизываю внезапно пересохшие губы и вспыхиваю. Потому что зрелище и правда доставляет мне постыдное удовольствие.