– Тогда для чего Ксорларр… волшебники До'Урден будут готовить магические круги?
– Посмотри туда, – сказала Воселли своей боевой подруге Амвас Тол. – Мензоберранзан – это лес каменных башен и сплошных теней. Быстрое размещение нужных сил в нужных местах определит победителей не меньше, чем качество армий.
– Однако мы могли бы легко делать это из Дома Бэнр, где нет недостатка в волшебниках и туннелях, как мы только что сделали при защите комплекса До'Урден.
– Дом Бэнр не нуждается в том, чтобы мы охраняли их стены. – Тогда Воселли увидела картину более ясно, улыбалась и кивала, молча поздравляя планировщиков Бэнр. – Здесь мы являемся настоящей демонстрацией силы.
– И мишенью, – напомнила ей Алеандра. – Мы – величайшее оскорбление для тех, кто следует пути Ллос. Идеальное место, чтобы выплеснуть насилие и недовольство тем, кто хочет обрести благословение Паучьей Королевы. Разве мы не видели таких приспособленцев в Браэрине несколько дней назад?
– Мы готовы, – сказала Воселли. – Пусть приходят. Пусть они все приходят. Хотя я сомневаюсь, что кто-то из них будет настолько смелым.
– Тогда скука – наш главный враг.
Воселли обратила внимание Алеандры на Остров Рофов.
– Посмотри внимательно. Энджрел скоро заключит сделку с теми, кто пасет стадо. Мы будем лакомиться ножками рофов, пока наши враги сидят в своих норах и едят волшебный хлеб. Это не наказание, мой старый друг. Это наша награда. Ходить открыто, хорошо питаться.
– Это не продлится долго, – предсказала Алеандра.
– О, нет, конечно, нет. Как сказал мне Дайниннэ, в переулке за Домом До'Урден я сражалась против Мастера Оружия Барризон Дель'Армго, Второго Дома. А это значит, что все взаимосвязано.
– Надвигается буря, так что давай наслаждаться покоем.
– Успокойся, – сказала Эскавидне удивленной Къернилл Кенафин Меларн, когда та неожиданно ворвалась к жрице в ее личные покои.
– Почему ты так расстроена, дитя? – спросила служанка, закрывая дверь и присаживаясь на кровать рядом с женщиной, которая вскочила от беспокойного сна, когда дверь распахнулась.
Къернилл хотела отпрянуть от служанки, которая появилась сейчас, как обычно, в виде почти обнаженной и бесспорно красивой женщины-дроу. Къернилл, однако, знала истинную форму существа – комок одушевленной грязи, больше похожий на полурасплавленную свечу, чем на что-либо разумное.
Сейчас она пыталась выкинуть этот образ из своих мыслей. Она была служанкой Ллос, демоническим существом, перед которым даже Верховная Мать Мензоберранзана благоразумно преклонила бы колени.
Она закрыла глаза и собралась с силами, когда Эскавидне протянула руку, чтобы нежно погладить ее по щекам и шее.
– Скажи мне, – проворковала Эскавидне.
– Ты напугала меня, вот и все, – настаивала Къернилл. – В конце концов, мы находимся в состоянии войны, и к тому же против Дома Бэнр. Когда я услышала стук двери, я испугалась...
– Дитя, – сказала Эскавидне, – первые арбалеты едва выстрелили. Дом Бэнр даже не объявил о начале войны. Уверяю тебя, они ищут другие способы, помимо войны.
– С самых ранних дней меня предупреждали об опасности переходить дорогу Дому Бэнр, – призналась Къернилл.
– Правда? – спросила служанка, и она задумчиво произнесла: – Хм.
– Верховная Мать Бэнр, Ивоннель Вечная, правила этим городом за пределами самых старых воспоминаний старейших дроу, – напомнила ей Къернилл. – Правление этого Дома не подвергалось угрозе ни при моей жизни, ни при жизни моей матери. О, конечно, было много недовольства и ворчания, когда старой Верховной Матери Бэнр не удалось захватить город дворфов Мифрил Халл, но даже тогда...
– А в Смутное время?
– Да, даже тогда, даже когда восстал Дома Облодра, – согласилась Къернилл. – Вспомни, что с ними случилось,
Эскавидне рассмеялась.
– Ты думаешь, тогда проявилась сила Матери Бэнр?
Прежде чем Къернилл смогла ответить, служанка резко добавила:
– Или сила Ллос?
– Ллос, конечно! Но через сосуд Верховной Матери Ивоннель Бэнр.
– И поэтому тебя по праву учили бояться переходить дорогу Дому Бэнр, из опасения вызвать ее гнев. Но считаешь ли ты, что они опаснее, чем Леди Ллос?
– Конечно, нет!
– Успокойся, дитя. Я здесь не для того, чтобы испытывать тебя или бороться с тобой.
Она наклонилась и поцеловала Къернилл, затем хрипло прошептала:
– Я пришла с намеками на большие надежды.
– Я... я не понимаю.
– Как ты думаешь, кто победит в этой войне?
– Тот, кто имеет благословение Ллос, – продекламировала Къернилл, ибо любой другой ответ на этот вопрос посчитался бы богохульством.
– Да, но даже у этой стороны будут жертвы. Много жертв. В конце концов, кто может сказать, какая сторона обретет необходимое благословение?
Къернилл отодвинулась от Эскавидне, с любопытством глядя на нее.
– И какие будут последствия для тех, кто окажется по другую сторону? – добавила служанка.
Къернилл потребовалось немало времени, чтобы переварить это, прежде чем, заикаясь, ответить:
– На что ты намекаешь?
– Когда все закончится, что бы ни произошло, Мензоберранзан станет другим местом. Несомненно, произойдет перестановка вещей, Домов, Матерей. По воле Ллос, Жиндия Хорлбар стала Матерью Дома Меларн, когда дома Хорлбар и Кенафин были объединены в один. Это был мудрый выбор.
– Да, служанка.
– О, прекрати это, глупая женщина, – отругала Эскавидне. – Это должна была быть Жиндия, разве ты не понимаешь? Потому что она самая ревностная в путях Паучьей Королевы.
– И поэтому она должна вознестись, чтобы стать Верховной Ма…
– Я не это сказала. Ее пыл был необходим. Ее фанатизм, амбиции, ее желание и верность – все это было необходимо во время великого испытания детей Ллос. Неужели ты думаешь, что Ллос не предвидела ересь Дзирта До'Урдена? Или зарождающуюся независимость Бреган Д'эрт и их любящего иблисов лидера? Ты знаешь о нем, Къернилл из Дома Кенафин?
– Да, конечно же, я знаю Джарлакса. Я управляла Домом как Мать, и каждая Мать знает его. Однако я редко имела с ним дело.
– Ты знаешь его секрет?
Она уставилась на Эскавидне, ничего не понимая.
– Он сын Ивоннель Бэнр, – сказала Эскавидне, и Къернилл испугалась, как бы ее глаза не вылезти из орбит. – Брат твоей нынешней Верховной Матери, дядя молодой и опасной Ивоннель. Если ты кому-нибудь расскажешь об этом, я позволю личинкам съесть твою дочь целиком, а потом брошу тебя в ванну поверх ее костей и фекалий, – предупредила Эскавидне, и Къернилл не сомневалась в этом, но едва ли могла осознать – настолько она была потрясена откровением.
– Да, и на момент рождения Джарлакса он стал третьим сыном Верховной Матери Ивоннель, после Громфа и Доквайо.
– Я не знаю о Доквайо.
– Это было задолго до твоего рождения, и он был мужчиной небольшого значения и репутации, – объяснила служанка. – Он был вторым сыном Дома Бэнр, что немаловажно. И Джарлакс, как третий, должен был быть принесен в жертву, потому что правящий Дом не посмел бы бросить вызов Ллос таким образом. Но что-то случилось. – Она рассмеялась. – Воля Ллос вмешалась в образе Матери Дома Облодра, тайно защищая Джарлакса, перенаправляя силу удара, который убил бы его, обратно на довольно бесполезного второго мальчика. Так похоже на Дзирта, тебе не кажется?
Къернилл пожала плечами, затем покачала головой, потому что она мало что знала о Дзирте До'Урдене. Однако она слышала, что его должны были принести в жертву. Но этого не случилось, потому, что один из других сыновей Матери Мэлис До'Урден был убит той же ночью во время налета на другой Дом.
– Это не имеет значения, – сказала Эскавидне. – Важно то, что все эти экстраординарные события вокруг тебя, весь этот хаос, все эти... возможности были предвидены. Джарлакс был испытанием для дроу, разве ты не видишь? Ибо ему были даны бразды правления собственной колесницей, чтобы забираться в места, в которые мужчинам не следует. И Дзирт, конечно же, является окончательным испытанием.