— Понятно, — Камманд сделал шаг вперёд, осторожно заглянув вниз, однако из-за яркого света ничего не увидел, — сделаем это! — и он шагнул в луч, тут же исчезнув белой вспышкой.
Следом за ним молча последовала Лупо, напустив на себя беспристрастный вид. Хотя она понимала, что новусы наверняка увидят её беспокойство, но ей не хотелось выглядеть откровенно нервной.
— Ну… понеслась… — только и выдохнула Ани, на всякий случай закрыв глаза, прежде, чем исчезнуть в белом луче.
Арги также молча распрямилась и подошла к лифту. Внутри лисицы сейчас наступил такой покой и радость от избавления от усталости траура, что она совершенно забыла о страхе. С улыбкой кивнув Урси, мол, мы справимся, белая беот качнула хвостом, поправляя серебристый комбинезон, и быстро спустилась вниз.
— Урси, — окликнула его Юмена прежде чем он последовал за подругой, — я знаю, ты, как и я, больше всех хочешь мира… Твои друзья в глубине своих душ желают борьбы. Кто сам по себе не склонен к смирению, кто переживает внутреннее противостояние. Но ты не такой. Постарайся убедить Оперетту, ибо мои слова теперь будут значить не так много, как прежде.
— Я понимаю, — он невольно улыбнулся, осознав про себя, что ждал от неё этих слов, — я — это ты, ты — это я, Соланис Юмена. У нас одна цель.
Взгляд заполнил яркий свет, на секунду ослепив бурого беота, и заставив рефлекторно прикрыть глаза. В нос ударил аромат ладана и свежего воздуха, приносимого ветром. Ощущение тепла и радости усилилось, и он расслышал едва уловимую мелодию, льющуюся томным потоком и одновременно звонким ручьём прямо в глубины сознания, наполняя светом. В голове на секунду наступила тишина, а разум наполнился уверенностью и надеждой. И вот хор бесчисленных голосов зазвучал в его голове, изгоняя весь негатив, тоску и уныние. Урси ещё никогда не чувствовал себя столь хорошо. «Будто во сне… — он нехотя открыл глаза. — Как спокойно…»
Это место и правда походило на сцену театра. Высокие тёмные стены нависали над округлой площадкой, заволочённой густым дымом от ладанов и кадил. Мелькнула белая вспышка — это гравилёт, на котором они прилетели, умчался куда-то вдаль, открыв им обзор на ночное небо. Вновь подул лёгкий ветер, прогретый тепловыми установками наверху, немного разогнав дым и обнажив под ним огромную эмблему в виде вытянутой головы с шестирукавной звездой галактики на лбу, раскрывшую рот и сверкающую глазами. «Тайный знак Хора Ауколис, — догадался Урси, поднимая голову, — вот как он выглядит…» Прямо перед ними стояли, зловеще подняв внушительные выступы-клинки, три больших колонны, увенчанные площадками-трибунами. Белые светодорожки слабо светились на них в полумраке сцены, но лишь по ним можно было оценить высоту этих сооружений. Справа и слева также стояло по две колонны, правда, немного отличающихся от тех, что располагались впереди. Более тонкие и разрисованные, они изредка освещали пространство перед собой какими-то знаками, в которых Урси, присмотревшись, узнал древнеайварские слова-руны. Площадки наверху слабо озарял синий свет, излучаемый короткими стенками полуарок.
— Хор, что воспевает Песнь Ноосферы, именем Великого Храма Ауколис, — голос над ними мгновенно сломал Конвентумы Урси и Ани. Только теперь беот понял, что Хор — в буквальном смысле хор. Голоса новусов звучали как один, и их мощь сливалась в единую волю, куда более сильную, чем всё, что довелось ощутить ранее остолбеневшему медведю, — приветствует вас, анимагены Кайлити.
На высоте, почти у самого края под изогнутой кровлей, сияли тусклым фиолетовым светом семь балконов, по три на каждой стороне и один впереди. Изогнутые выступы на них почти достигали середины площадок, и их подсветка довольно ярко высвечивала лица новусов. Словно белые статуэтки, они стояли неподвижно, но их глаза сейчас горели сплошным светом. Переполняющая их псионическая мощь вырывалась в материальный мир через генно-модифицированные тела. «Три Баастара, — Урси вспомнил слова Юмены, — четыре Сопраниса и семь Соланисов».
— От имени анимагенов Кайлити, мы, Старшие Советники Триединого Союза «Первородный Огонь» и А-Трибуны Технократии «Новое Кайлити», приветствуем вас, новусы Хора Ауколис, — ему пришлось приложить немало усилий, чтобы голос перестал дрожать. Несмотря на позитивную энергию и тёплые чувства пронизывающие храм, они все чувствовали огромное давление. Новусы не стесняясь рассматривали их мысли и воспоминания, изучая и делая про себя какие-то выводы.
Арги, поджав хвост, осторожно обернулась. Позади них стояло по меньшей мере полтысячи новусов, мужчин и женщин, и все как один смотрели на них. «Тенорусы, Альтусы, Меццы, Баритусы… — она запомнила все старшие и средние Воксы. — Один разум, один голос».
— Кто говорит с нами? — на трибунах внизу, величественно подняв головы, стояли Баастары и Сопранисы, включая Кадаслу и Роривера. Глаза новусов продолжали светиться, а лица практически не выражали эмоций.
— Моё имя Урси, Первый Неизвестный, — бурый беот сделал шаг вперёд, чувствуя, как дрожат колени, — со мною Арги Изобретательница, Шестая Неизвестная, Лупо Охотница, Командир Обороны Сольтена, А-Трибун Камманд, легат авангарда первого Легиона и А-Трибун Ани, легат Консилиума, говорящий от имени Прокуратора. Мы пришли к вам за помощью. Мы хотим остановить войну, — он понимал, что в этой формальности не было необходимости — новусы уже знали их имена и должности, равно как и причину, из-за которой они прилетели сюда. «Это проверка на ложь, — вспомнил беот слова Юмены, — они проверяют нашу искренность».
— Да будет тебе известно, Урси, Первый Неизвестный, что не мы начали эту войну, — заговорил Хор, и каждое слово ярким импульсом отдавалось в головах анимагенов, — ваши создатели, что нарушили естественный порядок вещей и исказили ноосферу, обрекли наш мир на появление аномалий и развратили многих наших братьев и сестёр.
— Но мы не виноваты в этом! — вскричала Ани, не выдержав. — Анимагены не желали ничего плохого людям! Даже больше: мы уничтожили Эксплара!
— Гибель безумца не отменяет его преступлений перед Аревиром и его человечеством, — беспристрастно возразил ей Хор, и девушка почувствовала, что они обратили внимание на неё, — и сейчас среди вас есть анимагены, поддерживающие его идеалы.
«Сектанты! — Арги сжала кулаки. — Последователи Эксплара…» Факт их существования вылетел из головы всех пятерых. Они и забыли, что малая группа анимагенов, до сих пор считающая падшего Создателя своим хозяином, всё ещё действует на территории Кайлити.
— Мы сражались бок о бок с людьми ради совместного мирного будущего, — голос Лупо дрожал от ярости и напряжения, — мы и сейчас сражаемся за это! Те, кто не согласен, изгоняются из городов и никак не контактируют с остальными!
— Но, тем не менее, их ряды пополняются, — резонно заметил Хор, — как мы можем быть уверены, что ваши намеренья чисты? Пусть ваше личное желание спасти свой народ искренне, но если вы не можете отвечать за каждого из них, то почему мы должны пощадить тех, кто желает гибели человечеству? Хор Ауколис поклялся защищать людей Аревира от любых угроз, и вы всё ещё входите в их число.
— И где же вы были, когда погибала Нелия? — Камманд ядовито ухмыльнулся. Невзирая на страх, он поднял голову, посмотрев в светящиеся синие глаза стоящего на центральной колонне Баастару. — Почему не остановили Эксплара, когда он начал притворять в жизнь свои проекты? Семь лет после победы над ним мы отстраивали заново страны Кайлити и объединились с выжившими людьми. Вы же сами всё видели! — он поискал взглядом Юмену, и обнаружил, что та стоит на самом крайнем балконе высоко над ними.
— Надзор Хора не безграничен. Регенты Кайлити не допускали нас на материк по причинам, о которых мы узнали из уст павшего главы «Хранителей Жизни», Рингара Исая. Эксплар обманом заставил их действовать против нас, ввергнув страну в изоляцию и раздрай.
— Получается, Хор Ауколис можно победить одной лишь подписью коррумпированного чиновника? — насмешливо уточнил А-Трибун. — Не слишком ли громкие слова вы говорите, если это так?