Я покачала головой, взглянув в сторону стола, где сидела Марлен.
– Не только они. Я тоже… У меня миллион вопросов!
– Сегодня вы получите ответы на часть из них.
Как только я закончила с десертом – они здесь были очень вкусные, настоящее итальянское джелато! – Марлен встала из-за стола, остальные поднялись вслед за ней. Повесив рюкзак на плечо, я взяла книгу и присоединилась к своим братьям по Ордену. Провожаемые любопытными взглядами, мы покинули трапезную. Снова поднимались и спускались по лестницам, проходя через коридоры и открытые галереи. Солнечный свет пробирался сквозь облака, озаряя сиянием море и лесные массивы. Марлен открыла дверь, и, спустившись за ней по ступенькам, я оказалась в просторной и уютной комнате овальной формы. Помещение заливал мягкий свет большого камина и старинных светильников, которые симметрично висели по всему периметру. В комнате были три небольших стола, похожие на журнальные, три больших мягких дивана и несколько кресел. Уодной стены расположился невысокий книжный шкаф. На столе стоял поднос с пирожными и печеньем, большой пузатый чайник и чашки с блюдцами. Мне понравилась эта комната, наполненная теплым светом и манившая к себе мягкими диванами и креслами.
– Как же здесь уютно! – Я остановилась, восхищенно осматриваясь, подошла к дивану и провела рукой по спинке кресла. – Можно? – я показала на кресло, и, получив утвердительный кивок Марлен, опустилась в мягкие объятия большого кресла.
Марлен устроилась в соседнем кресле, остальные расселись на диване и на креслах, стоявших по другую сторону стола.
– Чай? Печенье? – поинтересовалась Марлен. – Или есть ещё пирожные.
– Все равно, – покачала я головой, – и печенье и пирожные хороши с чаем.
Я нервничала, и организм требовал «успокоить» волнение едой. Хотя позже я буду раскаиваться, что наелась на ночь. Но сейчас, ощущая на себе оценивающие взгляды собравшихся в комнате, мне было все равно. Напряжение, не покидавшее меня последние дни, постепенно спадало. Я надеялась, что скоро смогу получить ответы хоть на какие-то свои вопросы. Проблема была в том, что пока я сама не понимала, о чем спрашивать – слишком многое было покрыто мраком. Марлен разлила чай по чашкам и села рядом со мной.
– Ну, что ж… – она посмотрела на меня, потом на остальных, настороженно смотревших на гостью. – Добро пожаловать в наши ряды Смотрителей от корпорации «Олимпик»! Очень-очень долго нам пришлось ждать этого события…
– Это точно, – откликнулся какой-то парень, сидевший на диване и жевавший печенье. – Больше ста лет прошло.
Со всех сторон на меня были устремлены взгляды, ожидавшие чего-то. Главный вопрос для меня был – как вести себя, как наладить отношения с ними? Я решила, что самое лучшее сейчас – это честно рассказать о себе, как я здесь оказалась. Держать себя как можно проще, не навязывать свою дружбу, но и не отвергать их, если они пожелают сближения. Мне хотелось поделиться, какое чувство нереальности происходящего я испытываю, и которое не покидало меня с того момента, как я побывала на Совете богов и переступила порог Замка Ордена.
– Знаете, я… – я остановилась, подбирая слова и думая, как лучше начать.
– Полина, давайте сначала познакомимся, – Марлен пришла на помощь, видя моё замешательство. Она явно была лидером.
– Вы правы, – я потрясла головой. Видимо, здесь со всеми придется разговаривать на «вы». – Как это глупо с моей стороны…
– Всё в порядке, – успокаивающе сказала Марлен, – не волнуйтесь. Сейчас вы среди своих, можете расслабиться.
Расслабиться – это звучало как непозволительная роскошь. Но тугой комок в груди стал чуть меньше, и я почувствовала себя свободнее.
– Меня вы уже знаете, я – Марлен. Это – она указала на молодого человека лет 27, темноволосого, с серыми глазами, довольно крупным носом с горбинкой, – Рене. Он у нас знатного происхождения, так что будьте с ним почтительны.
В голосе Марлен прозвучали шутливые интонации, а все собравшиеся, включая Рене, засмеялись. Видимо, это была дежурная шутка.
– Это Маркус – молодой человек, которого Полина видела в библиотеке, почтительно склонил голову. – Он знаток и фанат библиотек, так что, по любым вопросам, связанным с книгами, обращайтесь к нему.
– Полина видела меня сегодня как раз в библиотеке, – кивая головой сам себе, пробормотал Маркус.
– Что я говорила, – Марлен пожала плечами и повернулась к молодому человеку, который сидел рядом с Маркусом. – это Фабио, истинный флорентиец, по происхождению, уму и обхождению со всеми.
Фабио лукаво улыбнулся мне, в его темных глазах прыгали чертики. Я улыбнулась в ответ и заметила, что темные волнистые волосы истинного флорентийца отливали рыжиной.
– И, наконец, Салли, – рыжеволосая девушка с карими глазами и веснушками, рассыпанными по лицу, подняла руку в знак приветствия – она родилась в далекой Австралии, и, прежде чем попасть в Орден, успела пожить в Америке. Салли – прекрасная наездница и кладезь знаний о древних культурах индейцев.
Салли тоже улыбнулась мне, а я с неподдельным интересом смотрела на девушку. Почему-то я почувствовала душевное расположение к Салли.
– Ты забыла сказать о себе, Марлен, – Рене взял с подноса пирожное и помахал им. – Давай, не стесняйся.
– Ах да, – лицо Марлен приняло строгое выражение, – обо мне. Я родилась где-то в лесах Баварии, и всё мое детство прошло на природе. Я знаток искусства средневековья. Пока достаточно?
– Вполне, – Рене поставил чашку на стол, и все взоры снова обратились на меня.
Они ждали мою историю. Я глубоко вздохнула, готовясь к одному из самых важных в моей жизни выступлений.
– Я – Полина, – начала я, – родилась в Москве, мой папа – сын Гермеса, а мама – дочка потомков Зевса и Немезиды. Далекое родство с Еленой Троянской сыграло решающую роль в том, что Совет богов выбрал меня кандидатом в Смотрители от корпорации.
У меня вырвался нервный смешок, и для успокоения я взяла пирожное, положила его на тарелку, размышляя, о чем стоит говорить дальше.
– Если честно, это самое странное и удивительное, что случилось со мной…– Я усмехнулась и покачала головой. – Мой образ жизни был такой же, как у любого среднестатистического обычного смертного человека 21 века. Я не задумывалась о том, что где-то там, далеко, живут боги. А может быть, их нет…
Я снова замолчала, а кто-то из присутствующих, кашлянув, спросил.
– А как живут самые обычные люди 21 века?
– Ээ… Могу рассказать на примере нашей семьи … – Мой голос дрогнул, – потому что мы вели самую обычную жизнь. Мы с братом ходили в детский сад, потом в школу. Правда, школа у нас была специальная, где учились дети богов или их потомков. Родители работали.
Я увидела недоумение на лицах Смотрителей.
– Что-то не так? – я посмотрела на Марлен и других.
– Нам не понятно, что такое детский сад, – пояснила Салли, – а ещё – что такое специальная школа для детей богов.
По неизвестной причине это вызвало у меня нервический смех, и несколько минут я сидела, закрыв лицо руками, и пытаясь справиться со слезами, что текли по лицу. За этим простым вопросом «что такое детский сад» скрывалась огромная пропасть, отделявшая меня от людей, которые сидели за столом напротив. Я порылась в рюкзаке и нашла остатки упаковки салфеток.
– Простите, – вытирая слезы, сказала я, – не знаю, что на меня нашло. Это было невежливо с моей стороны. Просто…– Я обвела их взглядом. – Это так странно, что нужно объяснять кому-то, что такое детский сад или специальная школа для детей богов.
– Полина, – строго произнес Маркус, – мы не знаем, что это такое.– Он посмотрел на других. – В наше время – он выделил это слово – детских садов не существовало.
– Вы правы, Маркус. Простите. – Я вытерла лоб и пригладила волосы. – Итак… Детский сад это такое место, куда родители приводят своих детей в возрасте от 3-х лет, иногда и раньше. В детском саду дети играют, учатся рисовать, лепить, гуляют на улице и спят. С ними занимаются и о них заботятся воспитатели. Родители приводят детей утром, по дороге на работу, и забирают около шести вечера, после работы.