– Цыц, дура! – прикрикнул бортник на супружницу: – Честь тебе великая оказана видящим! Лично тебе серьги эти подарил! Так и сказал: подари, дядька Аким, жене своей! Значит, не серчает на деревню-то родную!
– Это Стера… Видящий? – задохнулась бабонька. – Да точно ли?
– Сам плащ видел, – перекрестился супруг.
– А чего ему на деревню серчать? – требовательно глянула в глаза мужа Ядвига, и замялся, затоптался на месте мужик. Покряхтел чуть и сказал:
– Обидели его в доме родном люто.
– Неужто Колояр? – ахнула женщина.
– Ежели б, – махнул рукой Аким, – Жинка его, Мила тупоголовая!
– Хоспади, помилуй нас, грешных! – закрестилась, запричитала Ядвига. Аким тоже перекрестился и сказал строго:
– Ты никому только не сказывай!
– А серьги? Серьги-то носить?
– А серьги носи, – кивнул Аким и распрямился гордо: – Пусть видят, что семью Акима видящий одарил! А потом дочери передашь, а та внучке! Видящий сказал – от любого злого духа серьги оградят!
Ядвига тут же потянула из ушей медные, скромные серёжки, сунула в карман на юбке, и принялась аккуратно расстёгивать застёжку на серебряном украшении.
– Аккуратнее, – чуть дыша говорил бортник, но жинка только зыркнула на него гневно глазищами, мол, поучи бабу с серьгами обращаться. Расстегнула, наконец, застёжку и ловко навесила одну, а потом и вторую серьгу.
– Как? – спросила мужа.
Тот молча показал большой палец, и Ядвига улыбнулась смущённо:
– Пойдём, что ли, блинов напеку?
Глава 15
Губернский город Медян строился некогда, как защита от варваров. Детинец был крепким, основательным. Стены – семи саженей в высоту да полторы сажени в ширину опоясывали большую крепость, где за раз уместилось бы с полтысячи народу. Опосля варваров разбили, отогнали далеко, и Медянская губерния стала чуть ли не центром Ивского княжества. Вокруг детинца стали строится ремесленники, купцы да крестьяне. Город рос, ширился. Через пару веков вновь решили огородить Медян стеной, уже пожиже да поменьше, но, пройдя с полверсты, забросили это занятие, так как за лето, что стена строилась, город разросся ещё шире. А стена эта осталась уже в черте города, окружённая со всех сторон домами и домиками. А потом возле стены этой вырос центральный рынок. А что? Место – удобнее некуда. Вдоль полувёрстной кладки выстроились палатки, образовались торговые ряды. И вначале торговались местные, а опосля и пришлые потянулись. Очень уж у губернского города местоположение удобное было. Стоял он на реке Иве, по которой, выше по течению, столица княжества стольный град Ив располагался. А ещё ниже по течению, прямо на юг, возле города Ореши река Ива в Южное море впадала. И так получалось, что торговая дорога с запада на восток тянулась аккурат через Медян, обходя по дуге столицу княжества.
Стера легко шёл по накатанной сотнями подвод дороге, постукивая посохом. В версте от города остановился на минутку, выпил водички из фляжки и бодро пошагал вперёд. Возле заставы дремали шестеро стражей в тени. На белобрысого парня в пиратской косынке глянули без интереса – обоза нет, в мешке заплечном много не утащишь. Потому даже из-под дуба не встали, под сенью которого и развалились, покидав пики, кто куда. Только старший встрепенулся, увидев ножны с мечом. Шагнул требовательно навстречу с окриком:
– Кто будешь таков?
Стера молча потянул из мешка краешек алой накидки, и старший тут же отступил, поклонился коротко, проговорив:
– Милости просим, видящий!
Услышав последнее и остальные стражи поднялись, взяли пики и приняли вид рабочий и максимально внимательный. Видящий – не начальство, но человек бывалый. Перед таким киселями выглядеть стыдно. А белобрысый подошёл поближе, и служаки увидели на мешке зверька, на хорька похожего. Видящий улыбнулся застенчиво и спросил кротко:
– Не подскажете, где в Медяне гостиница Южная? А то мы токмо в монастыре и бываем своём.
– Южная? – задумался старший и нахмурил лоб, – Это какая же Южной-то будет?
Оглянулся требовательно на своих бойцов, и один из них тут же сказал почтительно:
– Это которая возле рыночной стены! Господина Бузара, значицца!
– Это за общественными конюшнями, что ли? – переспросил старший, и страж кивнул согласно.
Старший повернулся к Стере и принялся пояснять:
– Сейчас войдёшь в город и по главной дороге прямо три квартала! Потом увидишь кирпичный дом трёхэтажный, он там один такой. От него повернёшь налево и ещё два квартала прямо. И упрёшься прямёхонько в гостиницу. Вдруг заплутаешь – спроси дорогу, там уже каждый подскажет!
– Да не должон заплутать. К монастырю всяко дорогу найду, – улыбнулся Стера. – Просто про гостиницу не знал, что возле рынка.
Видящий поблагодарил и зашагал в город. Когда отошёл прилично от стражей, повернулся к духу и проговорил требовательно:
– Шиш! Ты в городе не озоруй! Будь рядом со мной. Видящие тебя не тронут, конечно. Но там в городе других духов полно. Кто знает, чем закончиться может.
– Шиш-ш-ш не боитс-с-ся других духов, – зашипел попутчик Стеры, и видящий хмыкнул иронично. Но отвечать на хвастливое заявление даже нужным не посчитал. Шиши – духи не самые большие и мощные. Оттого и прислуживал он Гелло. Потому как частенько случалось, что сильные духи ещё и другими, помельче, себя окружали, чтобы мощь свою усилить.
Стера бодро прошагал три квартала, увидел трёхэтажное здание, но сам найти гостиницу не успел, потому как навстречу ему вывернули… знакомые волкодавы! Шли вдвоём Жито и Хват. Увидев Стеру, заулыбались радостно и бросились навстречу. Жито облапил видящего и пробасил:
– Быстро ты нас нагнал! Мы только вчера сами прибыли.
Стера нахмурился на мгновение, но тут же улыбнулся широко и подмигнул:
– А что время-то тянуть-растягивать? Гостинцы передал и в путь!
– Это правильно! – хлопнул по плечу парня Хват. – Ты с нами пойдёшь, али в гостиницу?
Посмотрел хитро на парня и добавил:
– Вея там. Позавтракала и тоскует сидит.
Стера покраснел густо и спросил:
– А вы куда?
– В самую лучшую в Ивском княжестве оружейную лавку! – пробасил Жито.
Видящий колебался недолго, махнул рукой и сказал:
– Я с вами!
Хват расхохотался и произнёс:
– Настоящего мужика от оружия ничем не отманишь! – и пошагал в проулок. Уже через несколько минут друзья оказались возле неприметной лавки, за которой стояла закопчённая кузня. И Стера даже удивился вначале неказистости строения, уж туда ли попали? Никак эта лавка на лучшую в городе не похожа была. Хват понял сомнение Гая и произнёс:
– Ты на внешний вид не смотри. Встречают по одёжке, а провожают, сам знаешь. А у Огнедара лучшее оружие в княжестве! Точно тебе говорю!
Стера решил не обижать приятелей недоверием и шагнул вслед за ними в тесное помещение. Внутри лавка тоже не отличалась изяществом. Зато оружие, которое висело на стенах, и расставлено было на подставках, заставило Стеру замереть от восхищения. Хват улыбнулся, довольный эффектом, и крикнул куда-то вглубь:
– Огнедар! Встречай гостей!
Откуда-то из другой двери вошёл к прилавку огромный, поперёк себя шире мужик в закопчённом фартуке, с рыжей бородой и жилистыми ручищами. Прищурился в полутьму лавки и проревел неуверенно, пытаясь по максимуму смягчить голос:
– Хват?
– Он самый, – засмеялся волкодав, и потребовал: – Показывай, что нового есть. Мы с прибытком неплохим вернулись! И десяток стрел с серебряными наконечниками сразу отложи! Вея наказала без них не возвращаться!
Пока Хват беседовал с кузнецом, Стера медленно обходил оружие. Разглядывал шипастые кистени и длинные бердыши. Трогал секиры и копья. Осмотрел и ощупал каждый меч на стенах. Но остановился и замер перед обычным, казалось бы, кинжалом. Долго смотрел на оружие, боясь вздохнуть сильно. Пару раз протягивал к оружию руку и отдёргивал в последний момент.
– Это единственное оружие в лавке не моей работы, – досадливо проговорил Огнедар. Стера даже не заметил, как гигант подошёл сзади, настолько увлёкся невиданным клинком.