– Справлюсь. Дело нехитрое.
– Тогда можно надеяться, что нас с перепугу не перестреляете. А все остальное в руках Божьих...
Вит презрительно фыркнул. Падре серьезно смотрел на него, не отводя взгляда.
– Наша судьба только в наших собственных руках, святой отец, – возразил Вит. – Ну, еще, быть может, ГАВКа. Извините, я предпочитаю придерживаться научного подхода.
– Вы тоже, подобно Йоле, будете говорить мне, что Бога нет?
– Не буду. Бог есть, но он обретается где-то за пределами нашей Вселенной. Поэтому свои сакральные постройки людям следовало бы отмечать не крестами или полумесяцами, не золотыми навершиями пагод, а лежащей на боку восьмеркой – символом бесконечности.
– Вы, должно быть, философ? – хмыкнул падре.
– Я физик, – строго ответил Вит. – Теоретик.
– А еще талантливый казуист.
– Скорее, квазиказуист, – скорректировал Вит. – Быть квазиказуистом теоретически гораздо естественнее, нежели псевдопадре.
– Уж не сомневаетесь ли вы в легитимности моего сана? – в голосе падре отчетливо прозвучали насмешливые нотки.
– Нет. Просто я почему-то вспомнил о некоторых преимуществах, присущих не столько облеченному саном лицу, сколько собственно сану.
– Намек понял.
– Может быть, хватит философствовать, – раздраженно вмешалась Йола. – Тоже мне, нашли время и место... как молодые петушки, честное слово.
Виту было что сказать, особенно по поводу петушков и ряженых священников. Он уже открыл было рот, однако не успел.
Сзади внезапно послышался легкий шорох, отчетливо слышный в наступившей тишине. Падре моментально обернулся на звук, держа пистолет обеими руками. Из ярко освещенного прямоугольника двери осторожно показалось испуганное женское лицо.
«Черт! – обругал себя Вит. – Как же я мог о ней забыть! Видимо, радость встречи... – если не с падре, то по крайней мере с Йолой – затмила все остальное.»
– Уберите пистолет, падре, – успокаивающим тоном сказал он. – Здесь нет врагов.
Вит подошел к девушке, взял ее за руку и вытащил в коридор. Святой отец, убедившись в справедливости его слов, опустил оружие. Впрочем, он держал его так, чтобы в любой момент можно было пустить в ход.
– Кто это? – на взгляд Вита вопрос прозвучал излишне резко. Как на допросе.
– Мария, – ответил он, не дожидаясь, пока девушка сама назовет свое имя. – Мы вместе прятались в гардеробной. Она пойдет с нами, это не обсуждается.
Падре с огромным сомнением разглядывал нового, возникшего совершенно неожиданно для него члена маленького отряда. Было заметно, что под пристальным взглядом девушка чувствовала себя крайне неуютно.
Внезапно Йола сильно напряглась и, ухватив Вита за руку, сдавленно произнесла:
– Кажется, у нас гости. Там...
Она смотрела в сторону светлевшего выхода из потерны, куда-то за спину мгновенно подобравшегося падре.
Из затянувшей проход белесой пелены друг за другом проявились неясные фигуры. Вит насчитал даже не две, а целых четыре. В руках у пришельцев легко угадывались взятые наизготовку автоматы.
– Что там? – не оборачиваясь, одними губами спросил падре.
– Боевики. Четверо, – прошептала Йола.
«Кажется, наш земной путь оборвется именно здесь, – успел подумать Вит. – Жаль.»
Дальнейшее заняло не более двух секунд, хотя на его взгляд, прошла целая вечность. Падре резко развернулся лицом к выходу и начал стрелять. Гулкая потерна отозвалась невообразимым грохотом. Рядом кто-то оглушительно закричал, надо полагать, Мария... Один, два, три, четыре... и обрушившаяся на обнаженные нервы тишина, наполненная пороховой гарью.
В произошедшее невозможно было поверить. Четыре выстрела – четыре трупа... Словно в тире. Вит смотрел на святого отца со страхом, смешаным с безмерным уважением. Несомненно, перед ними был боец наивысшего профессионального уровня.
Совершенно не к месту всплыл все тот же набивший оскомину вопрос: «Что подобный персонаж делает рядом с Йолой? Неужели просто телохранитель? Зачем? Разве ей кто-то угрожает?»
– Нужно идти, – после недолгого молчания, не оборачиваясь, произнес падре. – Если там еще остались боевики, сейчас они сбегутся сюда на звук выстрелов. Предлагаю не дожидаться.
Он плавно, по-кошачьи, двинулся в сторону выхода, держа пистолет наготове. Похоже, священник-спецназовец нисколько не сомневался, что остальные последуют за ним без лишних разговоров.
Пробираясь между неподвижно лежащих бездыханных тел, Вит мельком подумал, что, наверное, неплохо было бы поменять пистолет на нечто более эффективное. Тем более, что бывшим боевикам никакие автоматы больше не понадобятся. Однако никак не мог заставить себя нагнуться над мертвецом.
«Ну и черт с ним! – с досадой на самого себя подумал он. – Автомат – штука тяжелая. Падре, вон, не торопится перевооружиться, ну и я не стану...»
Выбравшись из потерны в пустынный вестибюль, Вит был поражен картиной разрушения, которая предстала его глазам. Усеявшее ковротуар битое стекло и целое поле каменных обломков... бесчисленные следы пуль на стенах и декоративных колоннах... а главное – огромная, наполненная битым щебнем воронка прямо перед входом...
«Похоже, здесь взорвалось нечто помощнее обычной гранаты, – подумал он. – И все же, вопрос остается открытым: кто и с кем здесь воевал. Положим, с наемниками, пришедшими по мою душу, все ясно. Но другие... их загадочные противники? СБ? – он вспомнил убитых боевиков. – Не похоже. Впечатление такое, что здесь орудовала одна банда, вот только чего-то они не поделили...»
– Стоп! – внезапно скомандовал падре.
Все моментально остановились, тревожно озираясь по сторонам. Вокруг было пусто и тихо.
– Слушайте меня очень внимательно, – спецназовец в рясе обвел маленький отряд серьезным взглядом. – Сейчас мы выйдем на площадь. Справа – три авиетки охраны. Две из них горят, зато третья – наша. Пересекаем открытое пространство максимально быстро, еще быстрее загружаемся и улетаем. Пилоты найдутся?
– Он! – тут же сказала Йола, не обращая внимания на буквально остолбеневшего от неожиданности Вита.
– Ты о чем?.. Да я... да никогда в жизни... – он чувствовал, что выходит как-то не слишком убедительно, но ничего не мог с собой поделать.
– Вит хороший пилот, – уверенно заявила Йола. – Куда лучше меня, просто он это... забыл.
– Вот и давай! – обрадовался Вит. – Тебе и карты в руки. Нам бы только подняться и убраться отсюда куда подальше.
– У меня нет опыта пилотирования такого типа флаинг-машин. Пока я буду разбираться что к чему... – Йола беспомощно развела руками.
– А у него есть? Да он не сумеет поднять ее в воздух просто потому, что не помнит, как это делается, – подала голос Мария. – Не-ет, в одну машину с ним я не сяду.
– Вспомнит, как только увидит приборную панель. Я в этом не сомневаюсь.
«Мне бы твою уверенность, – подумал Вит. – Хотя что-то подсказывает, что в словах Йолы есть доля правды. Как бы бредово это ни выглядело.»
– Все ясно, – подвел итог падре. – Итак, пилотировать авиетку будет Вит. Дискуссия окончена. Вперед!
Никто не рискнул оспорить принятое решение.
Маленький отряд выбрался из здания концерна через огромное разбитое окно. Просто потому, что оно находилось гораздо ближе к цели, чем заваленный обломками главный вход. Пересекая площадь, Вит чувствовал свою полную незащищенность, ежесекундно ожидая роковой автоматной очереди. Однако вокруг стояла абсолютная тишина, нарушаемая лишь потрескиванием догоравших обломков. Слева вертикально вверх поднимались клубы черного дыма над останками десантного глайдера. Рядом с ним просматривались несколько неподвижных тел, по крайней мере одно из которых было в форме охранника.
«Это лишь начало, – с горечью подумал Вит, взирая на изувеченное здание концерна. – Вот-вот сюда заявятся тысячи погромщиков и вообще не оставят здесь камня на камне. Кого, спрашивается, станут интересовать проблемы энергетического изобилия и будущее человечества? Наказать зажравшихся гринго – вот самая заветная мечта, которая как никогда близка к воплощению. Ну и конечно, отобрать и поделить, куда же без этого.»