– Дамы, позвольте представиться! Меня зовут Дружок.

Он весело посматривал на соседок. Сестрёнки глядели на него с таким видом, будто оскорбились, что тот не просит лапу для поцелуя.

– Проходи, приляг, дядя Дружок! – пропищала Люся. – Расскажи нам про свою службу.

– Служба как служба, – вздохнул пёс. – Тренировки, дежурства, задержания. В общем, всё такое. А сейчас я на пенсии из-за… В общем, на пенсии.

– Всего-то?! – хихикнула Младшая. – А мы-то думали: работа мысли, погони, стрельба. Вот нам Хозяин читал про сыщиков, так там такое!

– Ну-ка, ну-ка, поподробней, – заинтересовался Дружок, – мне это интересно как профессионалу. Расскажите.

И Сестрёнки с Люсей, перебивая друг друга, разыгрывая в лицах сюжет, принялись пересказывать Дружку историю про охоту Шерлока Холмса на профессора Мориарти. Дружок, склонив голову набок и вывалив язык, внимательно слушал повествование, вертя головой от одной рассказчицы к другой, повизгивая в самых закрученных местах сюжета. Видя такое неподдельное внимание, Сестрёнки с Люсей разошлись вовсю и даже не заметили, как к ним подошёл Хозяин. Дружок поднялся первым и подал для знакомства лапу. Оценив воспитанность и благородство пса, Хозяин пожал протянутую лапу и обратился к нему:

– Я вижу, вы уже подружились. А у меня к тебе, дружище, серьёзный разговор. Через несколько дней мы должны будем вернуться в квартиру – мой отпуск заканчивается. Но если ты пообещаешь взять под охрану моих воспитанниц, то мы могли бы остаться. А я бы вечером возвращался сюда со службы и угощал бы тебя за это косточкой.

– Я их никому в обиду не дам! – гавкнул Дружок. – И вовсе даже не из-за косточки. А можно я тоже буду слушать книжки у вас по вечерам? Только вы поговорите с моим Макарычем, чтобы он меня не терял.

Теперь в домике Хозяина по вечерам было тесновато, но ещё веселее. Поскольку в гости приходил не только Дружок, но и его хозяин Макарыч, бывший работник МВД. И двум пожилым мужчинам было о чём поведать друг другу за рюмкой чая, а их питомцам – послушать.

Так и повелось. Утром Хозяин, отправляясь на службу, выгонял свою старенькую иномарку за ворота дачного участка. Там его неизменно ожидал Дружок – крепкий пес породы «немецкая овчарка», владелец которого стал Хозяину другом. Дружок, подав для приветствия лапу, проходил на участок и присоединялся к компании Сестрёнок и Люси. Двери в домик оставались полуоткрыты, и питомцы при необходимости всегда могли войти в него в случае непогоды, желания утолить аппетит или жажду. Дружок по многолетней привычке довольствовался ранним завтраком и поздним ужином. Недоброжелатели, зная об отсутствии Хозяина, попытались однажды проникнуть на участок, но, встретившись с Дружком, навсегда отказались от нехороших намерений.

Расположившись после сытного завтрака под яблоней, на любимом месте отдыха разношёрстной компании, Сестрёнки подрёмывали вполглаза, а неугомонная Люся играла с хвостом Дружка, карабкалась ему на спину и пыталась грызть уши. Дружок добродушно смотрел на её проделки и лишь иногда смахивал Люсю со спины языком и прижимал лапой к траве.

– Успокойся, неугомонная!

Сестрёнки не упускали возможности ввинтить шпильку в толстую шкуру Дружка.

– Странно, – томно полуприкрыв глаза, начинала Старшая, – ты вроде заслуженный пес, благородной породы. Почему у тебя такое имя – Дружок, как у обычного дворового кобеля?

– Вообще-то, по паспорту я – Фрей. Ну, или как-то так, – почему-то смутился он. – В переводе с английского – Друг. Мой Хозяин терпеть не может иностранные слова и выражения, поэтому всю жизнь зовет меня Дружок. А мне нравится. Не «Джек» какой-нибудь или там «Лорд». Мы ведь и в самом деле с моим хозяином друзья, а на службе бывало всякое, приходилось и жизнь друг другу спасать, ну там и прочее… – Дружок почему-то вновь засмущался и положил голову на лапы.

– Дядя Дружок, – Люся опять тормошила своего большого товарища, – расскажи про свою службу, ведь ты же долго служил в полиции! Что ты там делал?

– Ну-у… – Дружок отводил глаза. – Как и все служебные собаки, слушал приказы Хозяина и выполнял их.

– Сатрапом был, короче, – издевательским тоном замечала Младшая, и Сестрёнки заливались смехом.

– У тебя даже ранение есть, и не обманывай, я чувствую его – вот здесь, на груди, – Люся дотронулась лапкой до широкой груди пса. – Не болит?

– Только к непогоде, – Дружок вздохнул и ласково лизнул Люсю в мордочку, отчего та не удержалась на лапках и свалилась на бочок. И вновь началась веселая возня.

Ближе к возвращению Хозяина с работы, кошки поднимались и, тщательно извалявшись в пыли, отправлялись на охоту. Дружок менял дислокацию и перебирался ближе к калитке, чтобы предупредить своих подружек о его приближении. Автомобиль заезжал на участок, и Дружок бодро рапортовал Хозяину о состоянии дел на вверенном ему посту. К этому времени на крыльце неизменно лежали три свежепойманных мышки и отдыхали довольные охотницы. Объявив благодарность и приласкав всех, Хозяин проходил в дом, и начинались вечерние заботы, в процессе которых он незаметно избавлялся от охотничьих трофеев.

К концу июня серых грызунов – объектов охоты – на участке не осталось, и на крыльце Хозяина теперь дожидалась, как правило, одна, редко – две мышки. И если Сестрёнок это не особо напрягало, то Люся в порыве заботы о полноценном питании Хозяина очистила от мышей уже и соседние участки, благо перемахнуть через ограду ей не составляло труда, в отличие от изрядно пополневших Сестрёнок. Дружок ходил вдоль ограды и никогда не упускал её из виду, хоть и ворчал на Люсю за отлучки с участка. Любопытство и наблюдательность Люси позволили ей сделать вывод, что вероятность удачной охоты повышается с темнотой. И в один из вечеров, когда все уже улеглись, она, по обыкновению нежно укусив Хозяина за мочку уха, незаметно для всех ускользнула из домика – в форточку.

Подробности той ночи остались неизвестны Хозяину. Утром он обнаружил тело общей любимицы в траве на обочине дороги. Рядом сидел Дружок и, горестно поскуливая, вылизывал шёрстку окоченевшей уже Люси. Стараясь утешить друг друга, не скрывая при этом слёз, человек и пёс в последний раз приласкали её, завернули в чистое полотенце и, выкопав на участке ямку вблизи ограды, погребли маленькое тельце.

Дружок, сидя рядом с Холмиком, поскуливал, а Сестрёнки, непривычно притихшие и испуганные, сидели поодаль. Хозяин же поднял глаза вверх, неестественно высоко запрокинув голову, и долго смотрел в утреннее небо, будто стараясь разглядеть Радугу, по которой бежала Люся, завершив свой коротенький земной путь…

Лето неумолимо заканчивалось, на смену знойным дням и тёплым ночам пришли дожди с утренними туманами и сырой ночной прохладой. По вечерам Хозяин вновь разжигал камин, у которого собиралась компания хвостатых и их хозяев. О чём бы они ни беседовали, в мыслях у каждого всегда была Люся. Сестрёнки время от времени бросали взгляд на колени Хозяина и скорбно переглядывались. Дружок молча глядел на огонь, положив голову на лапы. Он будто враз постарел, виня себя за то, что не сберёг свою маленькую подружку, хотя все убеждали его, что никакой его вины в произошедшем нет.

По утрам он неизменно приходил к Сестрёнкам, но первым делом бежал к холмику, которому Хозяин не позволял зарасти травой, и некоторое время сидел, глядя на него грустными глазами. Сестрёнки больше не изводили его своими насмешками, а старались отвлечь от грустных воспоминаний светской беседой. Дружок вяло поддерживал беседу и грозно порыкивал на Сестрёнок, если те пытались покинуть пределы дачного участка.

А несколько дней спустя Сестрёнки стали свидетелями его необычного поведения. Лежавший неподвижно Дружок вдруг настороженно потянул носом воздух, вскочил, напружинив крепкие мышцы и, стрелой промчавшись по участку, перемахнул через ограду на улицу. Оттуда послышались рычание и крики ужаса. Любопытные Сестрёнки смотрели сквозь щели ограды, как Дружок легко догнал местного отморозка, вечно шатающегося по улицам с бейсбольной битой, и профессионально уложил его в густую придорожную грязь. Грозно рыча, он удерживал его до тех пор, пока не подошёл Макарыч. Хозяин что-то скомандовал псу, тот неохотно отпустил свою жертву. Коротко переговорив о чём-то с испачканным грязью типом, бывший сотрудник МВД вырвал из рук пострадавшего биту и крепким ударом расщепил её о бетонный столб. Отморозок, испуганно оглядываясь на собаку, затрусил вдоль по улице и больше в этом районе не появлялся.