Литмир - Электронная Библиотека

Машина продолжала ждать у дома. Сев в салон, я набрала номер Юрия Селиванцева.

— Это Марианна, жена Стаса.

Отец москвича сразу понял, что мой звонок не сулит ничего хорошего. Ведь я никогда не звонила сама ему. Всё вопросы решались через москвича.

Он сразу обеспокоенно спросил про внучку. Обрисовав всю ситуацию, я выдохнула. Было трудно даже вспоминать момент погони и стрельбы. До сих пор ощущение скованности и страха не покидало.

Селиванцев-старший быстро сориентировался и сказал, что тоже выезжает в больницу. В его голосе сквозила тревожность, несмотря на всю мужественность и власть этого человека. Единственный сын был для него смыслом жизни. И хотя он редко говорил о своих чувствах, Стас и все окружающие знали это.

Больничные стены навевали тоску, время тянулось медленно. После моего приезда прошло уже два часа. Стаса забрали в операционную врач пока не возвращался к нам. Ожидание не давало ощущение покоя. Водитель и охрана рассредоточились по периметру коридора. Облокотившись на стену, я наблюдала, как Юрий Селиванцева снует по коридору как маятник. Его жёсткая походка звонко отдавалась по скрипучему полу. Мужчина подключил все свои связи, в результате главный врач больницы стремительно побежал в операционную. Но и он так и не возвращался.

Инна приехала с Юрием. В начале женщина попыталась успокоить мужа, но видя, что её уговоры бесполезны, осталась молча стоять в стороне.

Холодная стена больницы передавала мне сквозь кожу страх, который витал в помещении. Я боялась вердикта врача и одновременно ждала его появления. Время тянулось медленно. Стрелки на часах, которые висели над дверью, казалось, замерли и прекратили свое движение.

— Как ты, Марианна? — ко мне подошла Инна.

— Я... я нормально. — сглотнув комок подступающих слез, соврала я.

Инна подошла ближе и молча обняла меня. Всё было понятно без слов. Эта одна боль и переживание за родного человека объединяло присутствующих.

Двери, соединяющие приёмный покой и операционные, открылись. К нам вышел высокий крупного телосложения мужчина, облаченный в медицинский халат и шапочку. Юрий Селиванцев сразу сделал шаг навстречу врачу.

— Ну что?

— Мы сделали все, что могли. Но он в крайне тяжёлом состоянии. Эту ночь ещё посмотрим, она будет показательной.

Врач посмотрел прямо в глаза Юрию. Мужчины поняли без слов, что ситуация непредсказуемая.

А что если Стас не выживет? Как же так? Я же не смогу без него. Я же так люблю его. Я же не успела так много сказать москвичу о своих чувствах.

Мысли крутились в голове, смещая друг друга с бешеной скоростью. Я посмотрела на Инну, в глазах женщины блестели слезы. Вердикт врача совсем не вселял оптимизма. Я подвинулась к Инне и обняла её. Мы тихо заплакали, утыкаясь в плечи друг друга.

Юрий тихо пообщался с охраной, оставив только двух человек.

— Марианна, мои люди отвезут тебя с Инной по домам. Я побуду здесь ночью. — Селиванцев-старший менялся на глазах. После новости о сыне он как будто постарел на глазах. Круги под глазами и сильно напряжённые мышцы лица и шеи выдавали напряжение мужчины.

— Мне надо покормить дочь. Но я обязательно вернусь. — заверила я.

Инна поцеловала мужа. Только сейчас я обратила внимание, насколько они подходят друг другу, как трепетно оберегают относятся к своей второй половинке.

Дом встречал одиноким сиянием света в гостиной. Остальные комнаты померкли в мраке. Входя в холл, я остро почувствовала одиночество, отчаяние и такую боль, что хотелось выть. Без Стаса я не смогу прожить и дня.

Присев на подножие лестницы, я вспомнила, как москвич целовал меня в своём кабинете, как мы занимались любовью в спальне и как игриво он вёл меня по лестнице. Слезы одиноко капали на пол. Я не могла поверить, что вот так, в одночасье, я лишаюсь любимого человека, с которым провела незабываемые дни на побережье.

— Вы вернулись? — Галина спускалась по лестнице.

Я смахнула свои слезы, чтобы домработница не поняла, насколько критичное положение.

— Да, сейчас пойду к дочке.

Галина спустилась и внимательно посмотрела на меня. Женщина сразу все поняла, не надо было и говорить лишних слов. Она заплакала тихо и горько.

— Со Стасом все будет хорошо. Слышите? Надо верить и он скоро поправится. — я попыталась успокоить Галину.

— Что сказали врачи? — сквозь слезы промолвила женщина.

— Они сказали, что эта ночь станет показательной, как будут дальше развиваться события. Юрий остался в больнице. Я сейчас займусь дочерью, а потом снова поеду к Стасу.

— Вам надо поспать. Посмотрите, вы же вся измученная. — критично посмотрела на меня Галина.

Я подошла к зеркалу. Действительно, передо мной стояла измученная женщина с осунувшимся лицом и кругами под глазами. О недавнем отдыхе можно было судить только по загорелому цвету кожи. В остальном было ощущение, что я уже неделю не спала.

— Да, я немного вздремну. Ты права. — я с благодарностью обняла Галину и поднялась наверх.

Дочка лежала тихо и наблюдала, как под музыку крутится мобиль из ярких игрушек над кроваткой. Я взяла малышку на руки. Как же она похожа на Стаса — те же глаза, слегка вздернутый носик и даже похожая родинка на щеке. Боль от возможной потери терзала сердце ещё больше при взгляде на Анну.

Укладывая ребёнка спать, я сама вздремнула на тахте рядом с колыбелью. В детской было ощущение спокойствия. Как-будто эта комната была защитой от насущных проблем.

Даже во сне я видела Максима, который пробирается за мной по кустам. Он зло смотрит на меня, достаёт оружие и стреляет в упор.

Я проснулась и села на постели. Не успев даже переодеться с вечера, я так и легла — в джинсах и свитере. Стало жарко не только от одежды, но и ночного кошмара.

Я встала с постели и посмотрела на Анечку. Дочь мирно спала в колыбели. На часах значилось три часа ночи.

Выйдя из детской, я зашла к Галине. Женщина спала. Положив записку и радионяню, я вышла из комнаты и направилась в больницу.

Люблю

Охранник сочувственно посмотрел на меня, когда я попросила довезти до машины. Видимо, выглядела я действительно не лучшим образом. Но мужчина проявил такт и молча подвез.

Ночная больница навевала ещё большую тоску. Только медсестры вяло ходили в регистратуре, оформляя новых пациентов. Юрия Селиванцева я нашла у аппарата с кофе. Судя по пустым стаканчикам, собранным один в другой, мужчина провел тут достаточное время.

— Марианна? Ты приехала? — удивлённо пробормотал мужчина, потирая покрасневшие глаза.

— Да, не могу сидеть дома. — я села в соседнее кресло. — Есть какие-то новости?

— Нет, никаких новостей. Хочешь кофе? — предложил мужчина.

— Да, пожалуй.

Юрий встал и нажал на автомате знакомые ему кнопки. Послышался шум бурления . Отец Стаса поднёс стаканчик ароматного латте. Я поблагодарила и с удовольствием сделала глоток крепкого напитка.

— Всё будет хорошо. — мужчина попытался меня успокоить. — Стас с детства был сильным и упорным. Когда другие дети ныли и сдавались, он шёл к своей цели.

Юрий с ностальгией вспоминал детство сына.

— Стас — настоящий мужчина. Он спас нам с Аней жизнь. Ведь Максим целился в нас, но Стас прикрыл наши тела собой. — я не выдержала и заплакала.

Юрий подал мне бумажный платок.

— Знаешь, когда мой сын поставил меня перед фактом и сказал, что женился, я не поверил своим ушам. Я думал, что это фиктивный брак, голый расчёт и все что угодно. Но когда вы вдвоём впервые пришли к нам в дом, моё мнение изменилось. Я увидел, как Стас смотрит на тебя, с какой нежностью и любовью... Ты полностью изменила его жизнь, и его самого.

— Он никогда не говорил мне о любви или своих чувствах. Так что я не уверена, что Стас меня любит.

— Мой сын безумно любит тебя и вашу дочь. Поверь, я знаю Стаса, как никто другой. Он защищал ваш брак, несмотря на все уговоры жениться на Кате. А когда появился тот поддельный договор... Даже тогда было видно, что Стас продолжает тебя любить.

31
{"b":"817203","o":1}