Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Гатмора вполне устраивала ливрея. А вот подходящий костюм для Дарада стал насущной проблемой, да и Рэпу требовалась какаянибудь приличная и ни к чему не обязывающая одежонка. Пользоваться чарами было опасно: и продукт ненадежен, и, что главное, волны магии могут привлечь постороннее внимание, а это уж совсем ни к чему. Поэтому Рэп сам задумал сделаться портным, взяв урок шитья у Кэйд. Фавн просидел добрую часть ночи, портняжничая, и справился так, будто всегда был виртуозом в этом мастерстве.

Вряд ли Гатмор спал в эту ночь, потому что к утру сделался почти невменяемым, предвкушая предстоящую встречу с Калкором. Рэпу очень не понравилось состояние духа друга, и он без особого энтузиазма попробовал отговорить моряка от поездки. Чарами фавн не пользовался, а потому попытка его провалилась. Что беспокоило Рэпа больше всего, так это кинжал, спрятанный в рукаве Гатмора, хотя вряд ли Калкор за здорово живешь позволит себя ударить. К тому же Рэп всегда мог с помощью магии убрать оружие, если Гатмора спровоцируют пустить кинжал в ход Калкор обладал несколькими волшебными словами, моряку не справиться с колдуном.

У Дарада тоже были свои счеты с жестоким таном. Так что Рэп не доверял и ему.

Они вышли из дома в предрассветный час, и все же, несмотря на абсолютный контроль Рэпа над лошадьми, их карета прочно застряла среди людских толп довольно далеко от Эбнилина поля. Неохотно оставив лошадей на попечение пары прожженных юнцов с воровскими замашками, Рэп отправился пешком, в сопровождении друзей.

Огромные габариты Дарада и его недюжинная сила хорошо послужили маленькой компании, но гораздо более ценным оказалось наличие в этой толпе магической пульсации, сотрясавшей пространство. Мест, от которых исходили волны, было так много, что казалось, чародеи наполнили столицу, как бездомные собаки зимой. Рэп в этой каше запросто мог затеряться и безнаказанно пользоваться магией. Вокруг наверняка отирались воришки, добывшие себе одно, в лучшем случае два волшебных слова и теперь использующие свои таланты на манер Тинала; ну, а провидцы заключали беспроигрышные пари.

Рэп манипулировал магией так, чтобы продвигаться вперед, очищая путь себе и своим друзьям, и одновременно не создавать лишних волн в магическом пространстве. Люди, сами не понимая почему, отодвигались в сторону, и шаг за шагом компания приближалась к склону, потом перебралась через вершину холма и наконец спустилась к огромной арене, превращенной в зеленое поле. Добравшись до шеренги легионеров, ограждавших место дуэли, друзья остановились, оказавшись в непосредственной близости от одного из шатров участников поединка. Охраняемый кордоном вооруженных до зубов солдат тролль, находившийся внутри шатра, чувствовал себя как рыба в воде. Рэп ощутил уверенность гладиатора и пожалел беднягу.

У них не было возможности пробраться в императорскую ложу, так что теперь все, что оставалось, — это ждать прибытия кортежа регента с вельможами и начала дуэли.

Постепенно императорская ложа заполнялась приглашенными, хоть сначала долгое время пустовала. Вдруг сердце в груди Рэпа отчаянно забилось, как пойманная птица в клетке…

— Уверена, я не ошибаюсь, — произнесла, прищурившись, Кэйд. — Разве там не султан? И Инос!

С тех пор как они покинули Алакарну, Рэп исподволь, незаметно исправлял близорукость герцогини, но действовал он так искусно, что Кэйд и не подозревала о его вмешательстве. Боли в спине, долгое время частенько мучившие ее, фавн тоже убрал и позаботился, чтобы старушка не обратила внимания на их исчезновение.

— Наверняка не скажешь, — проворчал Гатмор.

— Это они, — пробормотал Рэп.

Рассматривая Инос, фавн чувствовал непреодолимое желание вылечить эти ужасные, незаживающие шрамы. Но чтобы получить результат, действуя на таком значительном расстоянии, потребуется большая трата сил, а это для Рэпа было нелегко, да и опасно. Он избавит ее от следов ожогов, но позже, когда сможет приблизиться к ней. Самому фавну было не важно, как выглядела Инос, но она желала остаться красивой — он поможет ей ради нее самой. Рэп видел, что никакие несчастья не сломили гордый дух королевы Краснегара, а звезда ее горела ярче, чем прежде.

«Инос! О Инос!» — пела флейта в душе Рэпа, но сам он молчал.

Сильнее, чем когдалибо, фавн жаждал сказать Инос, как сильно любит ее. Одинединственный раз произнести заветные слова о том, что он всегда любил ее. Но теперь говорить с ней о чувствах он уже не вправе.

«Инос замужем. Рядом с ней красавец муж, гигант джинн. Вот их представляют регенту», — следил за событиями фавн. Он мог бы с легкостью услышать, что там, в императорской ложе, говорилось, но не стал делать этого. Он просто угрюмо смотрел.

Затем в действие вступили иные актеры. Глашатаи вышли из шатров и дунули в старинные трубы. Раздался резкий, неприятный звук, и началась битва. До чего же отвратительно! Калкор вовсю использовал магию, то и дело сотрясая пространство мерцающей рябью. И сальто с топором, и сама убийственная атака тана — все было преисполнено циничной насмешки над древним ритуалом Божьего Суда. Рэп знал, что пират владеет не одним волшебным словом. Тан должен быть по крайней мере магом, чтобы так четко управлять летящим в воздухе боевым топором и так легко проникнуть сквозь оборону гладиатора…

Что тут особенного! Волшебные слова — один из видов богатства. Как и любые ценности, их тоже можно отнять силой. У тролля не было шансов победить.

Калкор, для вида поиграв с ним немного, сначала искалечил его, а потом хладнокровно зарубил. Пока тролль истекал кровью, тан глумился, стоя над ним, и только потом добил. Да и сделал это как мясник, оттяпав бедняге голову. В конце концов пират зашагал к императорской ложе, так и не вы пуская из рук свой топор.

«Так вот каков жестокий ритуал, который он так гордо называл священным древним правом Божьего Суда», — вспомнился Рэпу давний разговор с Калкором.

Кровь действовала на джотуннов не хуже, чем красная тряпка на быка. И Гатмор, и Дарад распалились до такой степени, что уже пританцовывали на месте в полной готовности пустить в ход кулаки и кинжалы. Рэп с сожалением навел на них чары и усыпил, так что теперь они неподвижно стояли, смутно улыбаясь своим видениям.

«Так безопаснее для них самих, — сердито убеждал себя Рэп. — К тому времени, как чары рассеются, тан куданибудь исчезнет».

Усталый и злой кордон легионеров стойко сдерживал напор толпы, выполняя строжайший приказ регента. Щеголеватые всадникигвардейцы курсировали вдоль строя, проверяя, все ли в порядке.

— А! — воскликнула Кэйд. — Видишь, мастер Рэп? Тот высокий на серой лошади, я его знаю. Он приезжал в Кинвэйл. Я уверена, он помнит меня! Не сделаешь ли так, чтобы он подошел сюда?

— Да, мэм, — согласился Рэп.

Время пришло.

В тебе веселость детскую ценя,
Тебя, ты вспомнишь, многие любили,
Но был один, ему любовь внушили
Твой дух скитальческий и скорбь твоя
Кейтс. Когда ты будешь старой…
(пер Л Володарской)

Часть седьмая

Влюбленный шёпот

1

Легионеры расступились перед Инос, а она, не заметив этого, бежала… нет, летела как на крыльях. Она промчалась мимо гвардейца и его коня, проскочила, не заметив изумленную Кэйд — та так и осталась стоять с вытянутыми навстречу племяннице руками и застывшей улыбкой на лице.

Поддавшись порыву, Инос бросилась бы на шею Рэпу, сжала бы его в объятиях и, вероятно, расцеловала бы, если бы внезапно не споткнулась о какойто барьер, остановивший ее и не пустивший к фавну. Она смотрела в глаза Рэпа, большие, серые, до боли знакомые, но сейчас странно непонятные.

— Рэп! — одними губами прошептала Инос.

— Здравствуй, Инос, — негромко откликнулся он.

57
{"b":"7593","o":1}