Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Это была Лиа, проводник и начальник их стремительной экспедиции. В серебристой, ладно сидящей кожаной одежде эльфийка выглядела не старше самой Инос, но это было далеко не так. Пару ночей назад Лиа вскользь упомянула о своих внуках, к тому же после многочасовой скачки она заметно уставала — все это указывало на ее истинный возраст. Инос вспомнила, что полное ее имя — Лиа’скан.

— Твои родные края?

— Родные края? Пожалуй, хоть родилась я совсем не здесь, но изредка я приезжала сюда… — задумчиво улыбаясь, говорила эта похожая на девочку бабушка, разглядывая изпод руки расстилавшийся перед путниками пейзаж. — Каждый эльф принадлежит Небесному дереву, как пчела своему улью.

— Небесное дерево. Как бы мне хотелось посмотреть на него поближе!

— Редко кто из чужаков приближался к Небесному дереву. Но если ты действительно желаешь, Иносолан, это можно устроить.

Такая предупредительность изумила Инос и заставила ее задуматься. Она оглянулась на остальных спутников. В Элмасе эльфы в конце концов согласились помогать ей, но только ей. Гости получили и право проезда, и эскорт. Зато от отряда Азаку пришлось отказаться. Ему позволили взять с собой лишь трех воинов. Султан выбрал Чара, Варруна и Джаркима; всех остальных во главе с Гаттаразом, а также Зану, он отослал обратно в Зарк.

Ни Инос, ни четверке джиннов оружия не оставили, в то время как эльфы буквально обвесили себя сверкающими клинками. Мечи, безусловно, были очень легкими — тяжелый меч эльфу не поднять, но скорость, с какой двигались юные воины, превращала игрушки в смертоносные жала. Половину эскорта составляли женщины. На быстроногих лошадях они летели как ласточки на ветру, Азак был мрачнее тучи, а при таком угрюмом настроении нет места для благодарности.

— Госпожа, — произнесла Инос, — может, я чегото не понимаю? Я полагала, мы направляемся в Империю, не так ли?

— Прокатимся немного, — предложила Лиа, оглянувшись на приближающегося Азака. Ударив пятками лошадь, она заставила ее двинуться шагом. — Лошадям нельзя застаиваться после долгой скачки, они могут простудиться.

Инос тронула кобылу и нагнала Лиа, весьма заинтригованная.

— Ты правильно полагала, вы направляетесь в Империю, — подтвердила Лиа. — Завтра до полудня вы будете на границе. Мы проведем вас нехожеными тропами, снабдим соответствующими документами. Уверяю тебя, никто, кроме пограничного таможенника, в глаза не видел настоящих паспортов. Так что до самой столицы сможете ехать спокойно. Оружие мы тоже вернем, хотя вам разумней было бы припрятать его получше, но это уже ваше дело. Все будет сделано так, как обещано.

— И это все, что ты хотела мне сказать? — спросила Инос. Девушке не понадобилось оглядываться, чтобы понять, что эта беседа была тщательно подготовлена. Трое эльфов пристроились позади обеих женщин, напрочь отрезав джиннам возможность приблизиться к Инос и Лиа.

— Хочешь знать, дитя? Действительно хочешь? — Эльфийка смотрела на Инос настороженно и с вызовом. Наконец она промолвила: — Есть и другой вариант.

— Какой?

— Для эльфов нет ничего в мире важнее красоты — в любой ее форме. Шрамы на твоем лице вызвали у Амиэль горячее сострадание и острое желание помочь вам, а через нее обеспечили благосклонность… других важных людей.

— Уверена, что и ты сама не «пустое место», госпожа.

— Не важно, кто я, — улыбнулась Лиа. Эльфам нравятся причудливые титулы, но они смеются над ними с той же легкостью, с какой ими наслаждаются. — Хранитель Юга — эльф, вот что важно. Наш народ высоко чтит его. Конечно, мы трепещем перед Литрианом, но также и восхищаемся им и его делами.

Тропа опять свернула к деревьям, и обе женщины обернулись бросить последний взгляд на радужное великолепие, которое называлось Вальдосканом. Ветви скрыли чарующий пейзаж.

— Литриан редко покидает Вальдориан. Это на противоположной окраине Илрейна, но все же ближе, чем Хаб. Не желаешь сменить направление?

— Он исцелит меня?

— Несомненно. — Глаза эльфийки мерцали, как опалы, но, больше зеленым и кобальтовосиним.

— А с моего мужа снимут проклятие?

Юное лицо Лиа будто одеревенело, а голос звучал с холодным безразличием:

— Было решено что предположение касается только тебя.

— Понятно, — обронила Инос. Ее искушали, но победит ли она в этом испытании? А главное, кого или что ей нужно, побеждать?..

— Азак не из тех, кто с ходу может снискать симпатию эльфа, — ехидно заметила Лиа.

— Он прекрасный человек, — убеждала Инос, — и превосходный правитель для суровой страны.

— А также подходящий муж для августейшей особы, не так ли?

— Ты далеко заходишь.

Лиа грустно усмехнулась.

— Прости мою несдержанность. Но мы не понимаем тебя, Инос. Почему ты вообще стала женой этого вульгарного дикаря? Ведь не альковные ласки приворожили тебя, если он огнем опаляет любую женщину, которой коснется. Ты не похожа на глупышку, очарованную игрой мускулов и демонстрацией грубой силы. Так почему? Трон здесь тоже ни при чем, султанша — не властительница, а не более чем домоправительница. — Подождав и не получив ответа, эльфийка безжалостно продолжила: — Говорят, Бог Любви частенько подшучивает над нашими сердцами. Ты любишь Азака ак’Азарака, Иносолан?

«Нет!» — крикнула душа Инос, но губы ее не дрогнули. Она вспомнила Рэпа: «Почему я не осмелилась правильно понять Бога?»

«Слишком поздно! Слишком поздно!» Инос казалось, что она слышит эти слова.

— Он варвар, Инос.

«Знаю, он до смерти замучил человека, которого я любила и который любил меня. Он убил человека, который пересек полмира, чтобы помочь мне». Она задыхалась от этих мыслей; ее переполняла горечь.

— Если я соглашусь на твое предложение и направлюсь к Литриану, что ждет Азака?

— У него будет выбор — вернуться туда, откуда пришел, или продолжить путь в Империю. Но я сильно подозреваю, что его выдадут легионерам.

— Ты безжалостна, госпожа, — пристально всматриваясь в спутницу, укорила Инос.

— Эльфийский характер, — печально кивнула Лиа. — Иногда это удивляет даже нас, не только других людей. Я ведь сразу сказала: помощь окажут только тебе. А теперь я жду ответа.

— Еще один вопрос: мое королевство, оно вернется ко мне?

— Понятия не имею. У нас самих проблем хватает, так какое же дело эльфам до чужой политики?

Инос оглянулась. Азак пожирал ее свирепым взглядом. Судя по всему, Азак пытался пробить блокаду эльфов, но у него ничего путного не получилось.

«Убийца! Он убил человека только за то, что тот любил меня. А Кэйд осталась заложницей моего возвращения в Алакарну», — не могла прогнать назойливой мысли Инос.

Она представила себя во дворце Азака в роли султанши, но тут же вспомнила о Рэпе и возможной жизни с ним. Ее горло судорожно сжалось, а веки задрожали. Она чуть не расплакалась. «Слишком поздно, дура, слишком поздно!» — вздохнула Инос.

Могло ли ее волшебное слово заинтересовать колдуна? Кто знает…

Клялась ли она в верности Азаку? Да, она торжественно обещала Богам стать его женой.

Отцу она тоже торжественно пообещала… но Империя вышвырнула ее и из королевства, и из политики, как ненужного котенка.

Старалась ли она поступать по чести и совести? Очень старалась, а что получилось?

Инос не знала, что ответить эльфийке. Она вспомнила отца, Рэпа и представила, что бы могли ответить они.

— Я жена Азака. Я не предам его. — Слова вылетели сами собой; в голове была пустота.

— Слова глупца или эльфа, — печально покачала головой Лиа. — Или королевы, я полагаю? Иного я и не ждала. Может быть, Боги наградят тебя за это.

9

— Тебя чтото беспокоит, дядя?

— Беспокоит? Меня? Нет, вовсе нет! С чего мне беспокоиться? Абсурд! Полный абсурд. — Посол Крушор резко встряхнул серебряной гривой развевавшихся по ветру волос и, скрестив на груди руки, облокотился на поручень, всем своим видом доказывая, что он совершенно спокоен.

35
{"b":"7593","o":1}