– …да ничего страшного, – успокаивала его Шакти, – этот мафурский блохун бросил на меня дверь. Она прижала меня и кажется, оглушила. Очнулась, когда они пристрелили Оя. Солдаты поняли, что я жива, и хотели и меня прикончить… Я сумела нащупать револьвер и прищучила одного. Тут на огонек заглянула моя команда, которая пряталась неподалеку. Мафуры – надменные засранцы, но от пуль мрут не хуже нас… – она увидела Спифи, Алексу и Герти и кивнула.

– Привет Алекса. Привет Спиф. Опять старушка ранена. Самое поганое то, что не я пристрелила эту стерву сама…

– Шакти! – сказал Рик внушительно. – Тебе нельзя было…

Могучая старая дама поглядела на него хмуро.

– Эта тварь – Ученица моего Ученика!

– Так вот оно что!! – мысленно воскликнул Спифи. – Получается, Рик был учеником…

– … и значит, я тоже отвечаю за нее и мерзости, которые она совершила. Но хотя бы ее поганый корабль сбила! – Шакти помолчала и тихо сказала. – Тебе не стоило учить эту тварь – с самого начала ясно было.

Рик ничего не ответил и опустил голову.

Алекса вывела Спифи и Герти прочь.

Рик вышел от раненой нескоро и быстро ушел – он не желал с ними говорить.

Много времени спустя, Спифи и Алекса пошли искать Рика сами. Они начали с кубрика, потом – осмотрели кают-компанию, машинное отделение и под конец, уже сильно волнуясь, нашли Рика в зенитной кабине. Он сидел в глубочайшей задумчивости в кресле стрелка и невидящими глазами смотрел, как далекую землю стремительно закрывают тучи.

– Может быть, Шакти и права, – сказал он тихо. Только сейчас Спифи понял, что Рик все же видит их, стоящих рядом.

– Я… в общем, лет двенадцать назад я был сбит около Валенты – Рик помолчал, словно собираясь с мыслями. – За ее стеной. Корабль мой раскололся вдребезги, но меня без сознания нашли Падальщики, и отнесли в свои норы под скалой, куда не доходит волна Титании. Ну, и хотели съесть по обычаю гостеприимства тех мест.

Однако среди них была девочка… лет двенадцати… с жутчайшим шрамом. Даже Падальщики боялись ее. Она пробралась ко мне из штолен в глубине горы, где жила, перерезала веревки и научила, как выжить тут – вызвать на бой вооруженного главу Падальщиков и убить голыми руками – ну, стать членом племени. Я одолел его, но выбраться оттуда все равно не мог. Городом, отходами которого они кормились, была Валента, а валентийцы ни перед чем бы не остановились, чтобы меня убить. Я пробыл в пещерах много месяцев и подружился с той девчонкой.

– Она родилась в Валенте, но была лишней – родители выкинули ее за стены. Кто-то из Падальщиков воспитал ее, но она была… другой – мечтала покинуть пещеры и увидеть город за стеной. Луна собирала обломки, которые приносила Титания, и мастерила из них дирижабль. Я помог ей. Без Луны я бы никогда не выбрался их тех жутких нор…

– Полет на ее самоделке был тем еще приключением, но когда мы благополучно добрались до соседнего города, я обещал Луне выполнить любое ее желание. Она попросила сделать ее моей Ученицей…

Рик сказал совсем тихо. – Я согласился. Шакти была против того, чтобы я учил Падальщицу, и мы крупно поссорились тогда. Несколько лет потом не разговаривали… – он надолго замолк.

– У Луны никогда никого не было. Ее шрам… когда она впервые увидела себя в зеркало, то заплакала и закрыло руками лицо. Я дал ей свой старый шарф, и с тех пор она носила его, не снимая. Луна считала, что у нее никогда никого не будет из-за этого шрама… И я был для нее единственным родным человеком… – Рик замолчал.

Под их ногами набухали тучи.

Они долго стояли, не проронив ни слова. И когда тучи прорезали первые молнии, Рик сказал горько.

– Наверное, справедливо было, что мне пришлось все-таки сделать все самому.

Вялые переговоры с Ксарном длились еще два дня, а потом верный слуга-нух привел тайным ходом в покои сеньора Стефано высокого смуглокожего джентльмена в белоснежной чалме.

Ректор республики и принц Наут провели содержательную тайную беседу, а на следующее утро слуги Наута передали зеленщику, у которого принц и его свита постоянно покупали товар, кое-что в двойном дне пустой корзины – запечатанное личной печатью принца письмо. Люди Алого герцога не спускали глаз со слуг Наута – но у них было много работы и помимо того, и они не следили за его зеленщиком. Письмо покинуло город, вшитое в широкие шаровары одного каапи и еще до обеда легло на стол мисс Чиппи – временный штаб Клуба асов был устроен на Джолли-рок. Ответ в Фиору пришел через сутки и тем же порядком, через шаровары и корзину зеленщика поступил Науту, а потом и сеньору Стефано.

Грозный и всезнающий Алый герцог так никогда и не узнал об этом обмене обещаниями. Потому следующий шаг ректора республики застал его врасплох. Через сутки сеньор Стефано вызвал к себе командиров отрядов наемной пехоты и приказал им собрать своих вооруженных людей на парад перед дворцом в течение получаса. Алый герцог уже прощупывал их мнение о власти сеньора Стефано… или какого-нибудь другого ректора республики. Но Алый был осторожен, как и всегда, и даже не делал намеков на чье-либо отстранение… И на награду за это. Потому кондотьеры честно сделали, что просил хозяин. Когда солдаты выстроились, Стефано вызвал Алого герцога к себе. Тот явился – а что ему оставалось? Во дворце нарастало напряжение.

И вот сеньор Стефано в окружении пышной, тщательно подобранной и хорошо вооруженной свиты явился к высокому послу империи мафуров. Алый герцог мрачно шел в толпе. Естественно, ректор не арестовывал его. Герцог пока не совершил ничего предосудительного, а хватать без причины старых слуг – верный путь к потере авторитета. Но Алый Пьеро был под надежным надзором и лишен всякой возможности вести собственную игру. Тыл ректора укрепился.

Войдя в апартаменты посла, сеньор Стефано извинился перед высоким гостем за неожиданное вторжение и смиренно объяснил, что, к великому сожалению, переговоры о союзе империи и республики Фиоры явно зашли в тупик. И он (с величайшим горем в сердце) вынужден сообщить высокому гостю, что нашел другой вариант союза.

Ксарн поднял левое ухо. Как эта букашка смеет нарушать планы…

И тут его чутких ушей достиг многоголосый крик снаружи. Толпы народа собрались у трибун, с которых вестники республики торжественно, под звуки труб и литавр объявляли, что республика заключила оборонительный договор… с Клубом независимых асов! Толпа секунду недоверчиво молчала, а затем раздались отдельные приветственные крики. Они нарастали волной и захлестнули площадь перед дворцом – Стефано заранее предупредил Клубы о своем решении. Ксарн глухо зарычал. Его великолепные Охотники могли бы рассеять наемников у дворца, но даже мощи мафурского крейсера не хватило бы, чтобы угрожать всему полису. Сила была не на его стороне. Проклятые недоразумные!

Ксарн с величайшим трудом овладел собой и, вежливо пожурив сеньора Стефано, выразил сожаление о напрасных переговорах. Также он попросил у ректора республики разрешения отбыть домой.

– Надеюсь, следующий тур окажется более продуктивным – заметил Ксарн невинным тоном. У него было кое-что в рукаве.

На обратном пути друзья блаженствовали на борту «Алого клинка» – уютного, словно дом родной! Люди Катоны перешли на «Чакрум». Герти хотели устроить в каюте Спифи, но девушка выбрала машинное отделение.

– Там места больше, – заметила она небрежно.

– А шум? – спросил Спифи. – Он боялся, как бы Рик не подумал, что он рад остаться у себя в каюте. Особенно потому, что действительно был рад там остаться.

– Ф-р-р-р! – ответила Герти таким тоном, что всем стало понятно – она дочь механика и понимает, что тот шум – вовсе не так уж силен. Тем более что она уже одолжила у Спифи беруши.

В тот же день Спифи и Алекса осмотрели двигатель и почистили и смазали его – им показалось, что команда Катоны недостаточно о нем заботилась. Спифи никогда бы не подумал, что ему понравится ползать под двигателем! А какие великолепные партии они вчетвером устраивали по вечерам в «Небеса и драконы»! Кают-компания погружалась в уютную полутьму, ровно рокотали моторы, яркие, крупные звезды глядели в иллюминаторы, а в круге света разворачивались хитроумные бои.